Графский сын. Том 2
Шрифт:
Николай I, почти не владея своей речью, вымолвил из последних сил:
— Ты… я знаю, что это не ты придумал…
— Не только я, — ответил тот, с усмешкой. — Думаю, ваше величество, вы можете угадать, кто стоит за этой интригой. Он уже не мог ждать, и он решил ускорить ваше уход на покой.
Его слова казались нереальными для Николая I. Но, возможно, в этот момент его разум немного прояснился, и он осознал, что его сын Нильс — последний наследник, мог выступить против него. Дворяне были бы рады этому развитию. Но что же он
Николай I больше не мог продолжать диалог. Шок и страх унесли все его слова. Филип улыбнулся, зная, что его цель достигнута.
— Ваше величество, вы жили слишком долго.
Однако внутри себя император собрал остатки сил и попытался анализировать свою критическую ситуацию. Яд, как он надеялся, действовал медленно, либо его целью было парализовать, так что у Николая I был последний шанс.
Страх, опустившийся на его душу, был огромен, но он знал, что необходимо действовать, если он хотел остаться в живых. Он все еще надеялся, что кто-то пройдет мимо этого леса и услышит его крики о помощи, ибо только чудо могло спасти его от этого заговора.
Увидев, что Николай сохраняет спокойствие, Филипп расхохотался и сказал:
— Не стоит тянуть время. Никто не придет вам на помощь. Вы больше не можете надеяться на спасение. Единственная причина, по которой мы не убили вас мгновенно, заключается в том, что он приказал нам устроить сцену, как будто это был несчастный случай.
Филип и несколько его солдат спешно слезли с лошадей и достали мечи.
Николай I вновь ощутил страх. Внутри него бурлило отчаяние, но ему не оставалось ничего, кроме как проклинать своих обидчиков.
— Проклятье, будь ты проклят Нильс
— Не обижайтесь, ваше величество, — Филип начал снимать с него доспехи, прежде чем перерезать сухожилия. Он не собирался убивать императора так быстро.
Николай несколько раз моргнул, чтобы привыкнуть к новому ощущению, а затем осмелился взглянуть на своих палачей.
Каждый разрез на теле Николая сопровождался жуткой болью, настолько сильной, что слезы текли по его лицу. Единственная мысль, которая сейчас приходила ему в голову — это его любимая жена.
Старый император, который недавно доблестно сражался несколько часов подряд, не мог сопротивляться нападению и защищаться.
Он в прямом смысле слова истекал кровью, и видел перед собой только врагов. Полчища врагов, среди которых он был один-одинешенек. Ему оставалось только слушать их мерзкие голоса, проникавшие в его мозг, вытесняя из головы все остальное.
Через десять минут беспрерывных пыток Николай I был на грани смерти. Он потерял много крови. Он никогда не думал, что его конец как государя будет настолько мучительным. Это было далеко от того, как он себе представлял в молодости свой последний вздох.
— Побери его пекло, этот старик действительно не хочет умирать. Пора заканчивать! Мы уже наигрались. Давайте закончим и вернемся домой.
— Так точно господин!
В
В следующий миг его легкие перестали сокращаться, а потом и вовсе замерли. Из его рта, ноздрей и ушей хлынула алая кровь. Его тело дернулось в последний раз, напряглось и застыло навсегда.
Некогда великий император умер, он издал последний вздох.
И вот, император-владыка лежал, безжизненный, на холодной земле, его мраморное лицо усыпано брызгами красной жидкости, которая ещё мгновение назад была живым током в его жилах.
Несмотря на весь ужас предательства и боли, он унес с собой из этого мира улыбку на своих губах, словно посмеиваясь над предателями даже в момент своей гибели. Эта загадочная улыбка, будто посланная из потустороннего мира, вызывала беспокойство и раздражение у всех, кто был свидетелем этой мрачной сцены.
— Наконец-то мы избавились от него, — прошипел Филип, выдающий приказы своим подчиненным, не желая больше видеть это беспокоящее его лицо.
— Что делать с доспехами императора, господин? — спросил один из солдат, держа в руках крепкую броню, не получившую даже царапину во время битвы
Филип задумался, его взгляд блуждал по броне, оставшейся внешне неповрежденной.
— Сделайте небольшую вмятину и оставьте ее на теле. А его самого закопайте. — С этими словами, Филип указал на место, куда следует убрать останки монарха и его тайны, а солдаты, как верные исполнители, начали последний акт своего вероломства, забрасывая труп землей.
Они понимали, насколько страшной была их судьба, узнай об этом общество. Поэтому они старались сделать все как можно быстрее. После того как воины забросали тело императора землей, они поспешили вернуться к ожидавшим их товарищам.
На их лицах читалось уныние, сопровождавшее весь этот печальный процесс. Всё, ради чего они жили последние несколько месяцев, оказалось напрасным. И, несмотря на всё свое страдание, им пришлось согласиться с этим ужасным фактом.
Глава 22
Да здравствует новый император!
В том далеком уголке мира, где тени величественных гор уступали место бескрайним равнинам, где ветры вздымали облака пыли и крики ворон разрывали небо, судьба замолкла в ожидании. В этом бескрайнем пейзаже витало ожидание и тревожное недоумение.
Виконт Монферан, человек из знатного рода, привыкнувший к роскоши и удовольствиям, ныне ощущал горькое потрясение, скользящее в его душе, словно призрак зловещего будущего.