Гость
Шрифт:
***
Хранитель натурально вспыхнул и осыпался пеплом, а мир постепенно успокаивался. Рита раздала обещанное всем обитателям Города, Истребители и ордена собрали убитых и раненных, покинув этот мир, человеческие армии постепенно расходились в разные стороны.
А в разрушенной крепости собирались Егеря. Они праздновали день своей победы и избавления от угрозы миру, но вместе с тем и скорбели об ушедших, которых было даже слишком много. Глава Егерского корпуса, дождавшись прихода последнего из своих людей, вышел говорить с защитниками мира.
– Сегодня мы одержали
– В лазарете.- Прокричал кто-то из толпы, собравшейся под стенами.
– Ранис Рашфор.
– Здесь.
– Илиар Таурус.
– Отдал жизнь, прикрывая отряд имперских гвардейцев и нарушил устав, отказавшись отступить.
– Пиран Олаф.
– Разорван маклином.
Глава Егерского корпуса выкрикивал имена и вычёркивал из списка ушедших. Позже каждое из этих имён будет выбито на Скрижали Павших, а сейчас надо соблюсти традицию.
– Смерти нет.- Вскричал глава.
– Ибо каждый из нас продолжится в завтрашнем дне.- Ответили ему собравшиеся рёвом тысяч глоток.
– И бессмертен любой из отдавших жизнь за мир.
– Покуда стоит он, то будет помнить каждого из своих защитников.
– И даже тысячу рассветов спустя наши имена будут греметь над землёй.
– Пока последний из нас не отдаст свою жизнь, мир продолжит спать спокойно.
– С великой радостью и не менее великой горечью я объявляю о расформировании Егерского корпуса.- Прокричал глава, оглядывая изрядно поредевшее воинство и едва сдерживая слёзы.- Мы с честью исполнили свой долг. Прощайте, братья.
Толпа взревела с такой силой, что разрушенная крепость вновь вздрогнула и где-то в её глубине осыпались чудом достоявшие до этого момента стены.
Дух ветра, записывающая всё это с помощью артефакта, отключила его и тоже покинула этот мир. Феи очень просили. Малышки наверняка напишут об этом песню. И даже не одну. Главное- найти правильные слова, способные передать все эмоции, бурлящие в воздухе в этот момент.
Впрочем, детища Мельпомены с это задачей точно справятся. Кто, если не они?
Интерлюдия. Один из них.
– У нас проблемы.- Докладывал окровавленный и едва дышащий Егерь.- Оцепление прорвано, твари несутся к городу.
– Забудь, населения там уже не осталось.- Отмахнулся на бегу командир.- Потом догоним.
– Не тот.- Командир словно в стену врезался, настолько резко и неожиданно он остановился.- Следующий, до которого несколько сотен километров. Его из-за размеров полностью так не эвакуировали. Скорость движения тварей слишком велика, они каким-то образом совершают прыжки через пространство, что указывает на присутствие мага из числа Когорты. Стража вся в оцеплении. Доберутся- будет бойня.
– У нас нет свободных сил.-
– Но там же...
– Это приказ, Егерь.- Рявкнул мужчина, дыхание которого стало резким и прерывистым.- Едва дыры затыкать успеваем. Забудь о них.
– Я сделаю.- С крыши какого-то дома скатился окровавленный остроухий в обнимку с крылатым трупом, в которым не без удивления можно было опознать воина небесной Когорты.- Портал организуете?
– Будем считать, что нам по пути.- Пронёсся по улицам пробирающий до костей шёпот, а затем эльф исчез. Осознал он себя уже на совершенно незнакомой местности и в окружении троих существ, от присутствия которых ему стало дурно.- Брат, я всё понимаю, но меня раздражает тот факт, что ведущая роль в битве отдана этому выскочке.
– Ты же знаешь, Свет, он сильнее. Нам бы Графа одолеть.
– Готовьтесь.- Прошептала богиня в белом платье.- Смертный, мы на тебя рассчитываем. В городе осталось слишком много людей.
– Это я то смертный?- Фыркнул оставшийся в гордом одиночестве эльф.- Мне шестая сотня пошла, между прочим.- В этот момент он увидел на горизонте толпу тварей, которую вёл один из магов Когорты и начал шептать молитву.- Прости меня, великая Мать, я паду на чужой земле и не смогу засвидетельствовать тебе своё почтение. Второй шанс, что ты дала мне, будет утрачен столь же бездарно как и первый. Легенда гласит, что каждый из воинов Дома Чёрной Орхидеи, павший в бою с мёртвыми, обернётся прекраснейшим цветком и вновь послужит делу братьев. Пусть на другой войне и незнакомой земле, до которой не дотягивается твой взор, но я вновь сражаюсь за мир и лишь ради него отдаю свою жизнь. Дозволь же мне принять свою участь с мечом в руках и после смерти обернуться священной Орхидеей. Дозволь мне стать одним из них...
Жизнь. Такова цена за геройство. И оставшийся безымянным эльф из Дома Чёрной Орхидеи заплатил её дважды. Дважды пал в бою, отказавшись отступить под натиском орд безумных тварей и дважды спас своей жертвой множество жизней.
И никто кроме него не сумел бы дать ответ на вопрос, стоило ли оно того? Впрочем, очевидно, эльф даст ответ без раздумий. Дал уже дважды. Но второй раз избежать знакомства с Госпожой ему не удалось.
Такова цена.
***
Хранитель был мечом. Оружием, которое применялось лишь в случае войны. Шут же являлся гораздо более гибким и тихим кинжалом, необходимость наличия которого отрицать просто глупо. Нож гибче меча и его применение значительно вариативнее.
Шут, которому было приказано имитировать охоту за головой Хранителя, но не раскрывать свою истинную силу и цель, ныне преследовал иную жертву. Он был кинжалом в руках мироздания и равновесия. Кинжалом, что вонзился в спину виновного.
Последний из Апостолов Пустоты, что и стали катализаторами Прорыва, пал с рассечённым горлом, заливая кровью землю. А Шут мгновенно оказался скован расставленной специально ради него ловушкой. Вокруг орудия равновесия появилась почти дюжина Апостолов, которых вёл один достаточно высокопоставленный и влиятельный член этой секты.