Гость

Фарли Эйлин

– Она придурочная, эта Михаэлла, поэтому хрен знает: имитировала она или нет. Мне плевать, если честно. – Я последний раз глянул во двор через окно, где уже не было кошки.

– «Плевать», – повторил за мной Игорян. – А если б, ну, у тебя была постоянная баба, то тебя бы это волновало?

Я недоуменно глянул на потного и раскрасневшегося Тита сверху вниз.

– Не знаю. По-моему, лучше честно. Ненавижу симуляции со стороны телок. Их хрен разберешь. С нами-то всё понятно. Сперма на стенке душевой, или на одеяле, или в гандоне. Кстати, бро, я надеюсь, ты не собираешься

обзаводиться потомством ближайшие лет сто-двести? – совершенно серьезно спросил я.

Игорян лишь почесал небритый подбородок, на мгновение прикрыв глаза.

– Да, моя Полинка очень честная, – вдруг хмыкнул он.

Боже, он намекал, что его кошка из тех, кого трудно довести до оргазма?

Она из тех, кто не симулирует в койке. Я не понимал, что делать с этой информацией. Совсем не понимал… Зато вспомнил, как однажды мы мерились в компании пацанов. Мерились, у кого длиннее член.

И оказалось, что кто-то «О, счастливчик!»?

Ужасно подлая, насмешливая и гаденькая мыслишка уже засела в подсознании и проросла там ядовитым семенем. У Тита не получалось удовлетворить его кошку. Дело ли в размере его стручка или он просто неумелый? Уверен, что Михаэлла всё-таки достигла оргазма. И другие мои редкие женщины – тоже…

Отравленное зерно. Слабое, уязвимое место идеального во всем и такого звездного Игоряна, о котором бы я ни за что не узнал бы, если б не тридцатилетний виски и жара, что, видимо, окончательно размазали его мозги. Да, я почувствовал превосходство…

И непреодолимое желание узнать: его кошка просто такая от природы, малочувствительная и холодноватая, или дело именно в Тите?

Греховные. Очень греховные мысли, которые упорно лезли в мою тоже не очень трезвую голову…

Фантазии.

Кровать в гостевой комнате. Задрожавшие коготки лапок, которыми кошка перебирала, направляясь ко мне для приветствия. Дрожание каждой клеточки ее тела от пришедшего оргазма. Я представил, что Игоря не существует в природе и тот дом и сауна, и бассейн – мои.

И что ты…

Какой кошмар! Думать о том, достигла ли бы кошка оргазма со мной. И что я делал бы, чтоб доставить ей удовольствие…

Да ты б в лепешку расшибся, чтобы увидеть, как она стонет и извивается под тобой, дойдя до пика наслаждения?

Бля! Кажись, я попал!

Глава 8. Шашлычок и вискарёк

Вечер переставал быть томным с каждой минутой, Поля?

К большому сожалению, Игорек захотел позвать на дружеские посиделки еще и Дементьевых с Одоевскими.

Его кореша со своими женами. Надменными сплетницами и пустышками. Я так и не смогла толком вписаться в компанию будущего мужа. Зато этих людей обожала моя будущая свекруха. Она совершенно бесстыдно как-то намекнула за совместным обедом, что и с Олькой, и с Изабелкой у Игорька были отношения. Мол, они очень «благовоспитанные девушки из достойных семей».

Татьяна Эдуардовна либо идиотка,

либо прикидывалась. Олька с Изабелкой переспали, пожалуй, со всеми богатенькими парнями города, о чем не стеснялись болтать, когда их мужей не было рядом. А охреневшая и наглая Изабелка и вовсе клеилась к Игорьку по пьяни. Правда, он не отвечал на ее домогательства, но как-то отложилось на подкорке, ведь кому такое понравится?

Рыба-прилипала, которая втайне ненавидела тебя за то, что принц Титов выбрал не ее?

Елисей. Мне бы вполне хватило и его странного общества. Разобраться, что он за человек, найти какие-то темы для общения. Раздобрить его еще больше вкусным завтраком и новенькими полотенцами в гостевой ванной, которые были куплены специально для него в «Зара-Хоум».

Да-да, ты, Полиночка, точно лезла из кожи вон, чтобы угодить братишке жениха…

Но вот одновременно, будто по сигналу, приперлись Дементьевы и Одоевские. Они словно марали гостиную, в которой еще недавно царила приятная, домашняя и такая теплая атмосфера. С ними Игорек надевал маску местного мажора. Он менялся, и мне это не нравилось. Так же, как и не пришлось по душе Елисею, который безэмоционально и сухо поприветствовал гостей, нахмурившись. Он хотел провести время с другом. Без посторонних людей. Точнее, персонажей из их общего прошлого.

– Селиванов, а ты неплохо выглядишь, – проворковала похабная Изабелка, завидевшая в дверях дома Елисея с голым торсом и обмотанного простыней ниже живота после отдыха в парной.

Да, они когда-то были знакомы, но Елисей явно не собирался вспоминать прошлое или любезничать с Деменьтевыми-Одоевскими. Кажется, приехавший из далеких земель конунг ненавидел местных снобов не меньше моего. Мы оказались с ним будто бы на одной стороне. И от этого стало чуть теплее на душе…

Слава богу, Олька и Изабелка не сильно донимали меня тем вечером. Пока мужики жарили в беседке шашлык, я вручную мыла посуду, стараясь не вслушиваться в болтовню сплетниц, которые обсуждали эпик-фэйл какой-то их приятельницы на вечеринке в клубе.

– Нужна помощь? – вдруг послышался низкий сипловатый голос.

– Господи! – шарахнулась я от неожиданности.

Елисей стоял между мной и огромным полу-убранным столом и мял хлопковую салфетку. Ему явно стало скучно в компании высокомерных мажоров в беседке. Но меня больше поразило, что он первым заговорил со мной, предложил помощь, в то время как Олька и Изабелка не собирались даже из вежливости выдавливать из себя нечто подобное. За увлекательной трепней они не замечали ни меня, ни пришедшего Елисея.

– Эм-м-м, – протянула я, искрясь внутри от того, что мы точно по одну сторону баррикад. – Подай, пожалуйста, бокалы и приборы, – выдавила наконец, покрывшись мурашками.

Елисей коротко кивнул и принялся собирать вилки и ножи. Затем он приблизился и встал рядом.

– Ведь есть посудомойка, – сухо заметил он, протянув «букет» из грязных приборов.

– Спасибо, – так же сухо ответила. – Меня успокаивает это глупое занятие. Протрешь? – я сунула ему стопку вымытых влажных тарелок.