Господин Целитель

Башун Виталий Михайлович

– Простите, дон Олег, но я вас покидаю. Думаю, и без меня справитесь.

– Да, ваше высочество, – не без иронии ответил главком, – думаю, теперь и без вашего чуткого руководства мы додавим баронов. А вы и впрямь не очень хорошо выглядите. Не бойтесь, мы вас не отдадим на растерзание злым дядям…

Дальше я не слушал. От меня теперь больше ничего не зависело, стоять над душой профессионалов, делающих свое дело, тоже нежелательно, а на подвиги по уничтожению обитателей центральных постов вражеских кораблей я уже больше неспособен. Вернувшись в свои апартаменты, быстро переоделся в свой комбинезон с нашивками рядового, надел шлем и, приказав охране оставаться на месте, поспешил на точку сбора в ангар торпед.

Отряды уже строились

перед своими торпедами, а десантники грузились в отсеки. Капитан, как я понял, всех ветеранов, не владеющих новым снаряжением, оставлял на всякий случай в крепости для охраны важных точек. Сначала он принял меня за опаздывающего разгильдяя и чуть ли не матюгами погнал в строй, но потом, разглядев по номеру на экране в своем шлеме, кто я такой, начал было извиняться, но я пресек его неуклюжие попытки соблюсти этикет, извинившись в свою очередь, что за делами не успел к общему построению. Чем мне нравился Сергей, да и вся эта бесшабашная братия, так это тем, что никто никогда не оспаривал моего права идти в бой вместе со всеми. Если уж торжественно приняли в свои ряды, то и считают, как минимум, достаточно подготовленным. А уж само высочество лучше знает, где оно будет полезнее, а если оно – высочество – решило присоединиться к абордажникам и нацепило, по праву, кстати сказать, нашивки рядового, значит, и отношения требует к себе, как к рядовому. Поэтому капитан не стал ничего комментировать, а просто передал мне приказ присоединиться к Нестору. Тому, бедному, предстояло вывозить в первый боевой сразу двух сосунков: меня и Макса. Нестор одобрительно кивнул и промолчал, а неугомонный Макс, явно нервничая перед боем, не удержался от вопроса:

– Костя, твое высочество, а тебе разве не надо быть на командном посту?

– А что мне там делать? Учить дона Олега воевать? Ну а просто затихариться под кроватью в своих апартаментах мне показалось скучно. С тараканами и то не повоюешь. Всех уборщики повывели. А так бы я, конечно, нашлепал бы их тапком, а потом счет предъявил, как за поверженных врагов.

Тут в шлеме раздался многоголосый ржач. Оказывается мы два неопытных обалдуя забыли перейти на приватный канал и нас слышала вся абордажная команда. Только грозный рык старшины Нестора:

– Прекратить разговорчики! – навел тишину.

По команде мы заняли места в торпедах и еще часа полтора ждали приказа на вылет.

Нам с группой абордажников под командованием Нестора поставили задачу захватить, а при невозможности вывести из строя флагман одного из баронов. Что происходило в то время в космосе, мы тогда еще толком не знали. Командование не удосужилось довести до рядовых подробности тактических маневров, а я мало что понимал на тактическом экране центра. У нас была своя задача, на которую мы были нацелены и нам придется ее выполнять, даже если там все горит и плавится, а командование пьет чай с представителями неизвестной инопланетной расы.

Подробности боя я запомнил плохо. наша торпеда прилепилась к борту корабля. Первым выскочил Нестор и вскрыл какой-то технический люк. туда мы с Максом и ломанулись по команде старшины. Вслед за нами десантники. На корабле, конечно, уже рассчитали, куда мы припаркуемся и послали торжественную встречу из боевых роботов с тяжелым вооружением – дырка в корпусе все равно уже есть, поэтому можно не бояться повреждений собственного корабля.

Под огонь мы попали сразу, но защитное поле выдержало. Нестор рассказывал, что самое трудное сдержать удар именно при входе. Потом уже на просторе палуб корабля можно уже и финтить и уклоняться и пробивать себе путь насквозь через помещения, обходя засады, но в самом начале, обеспечивая плацдармом десантников, приходится буквально грудью вставать против ударов плазмы и снарядов баллистического оружия. До половины энергии уходит, как правило, на сдерживание первого удара. Конечно же, Нестор не попёр на роботов, растопырив руки. Концентрированный огонь мощного вооружения может вынести абордажника

в космос и хорошо, если не далеко. А то и добавят, отшвырнув от корабля так, что можно уже и не вернуться.

Помню мы с Максом делали все, что и Нестор. Симуляторы симуляторами полигоны полигонами, а реальный бой они никогда не заменят. Нестор, совершая дикие прыжки в одном ему ведомом направлении, рванул к роботам противника. Где пластаясь буквально камбалой по полу, где взлетая чуть ли не птицей, он умудрился рассеять огонь роботов, сделав его некритичным для нашей защиты. Подобравшись на длину клинка мы стали пластовать чужие машины с яростью зверей, чудом избежавших смерти. Нестору даже пришлось нас притормозить.

– Ей! Ребята! Хватит шинковать машины на маленькие брусочки! На металлолом и так сойдет. Нам надо двигаться вперед!

– Нестор! – я не смог удержаться от ехидства в ответ. – А почему дистанционным оружием не воспользовался? Булавой там или секирой?

На удивление вместо командного рыка: "Р-р-разговор-рчики!", – услышал смущенное:

– Хм-м. Забыл. Вот ведь!

Оставив десантников закрепляться, зачищать палубу и потихоньку нас нагонять, вспрыгнули на скейты и помчались дальше: впереди Нестор; за ним – я; и последним – Макс.

– А-а-а, пся крев!! Швайнехунд! Мать твою через колено!! – орал старшина, мчась по широкому коридору, как я понял, орудийной палубы к следующему заслону из автоматических пушек, десантных роботов и живых солдат в броне.

На ходу он лупил по целям боевыми узорами и, надо сказать, несмотря на несовершенство прицелов, сделанных в мастерских города, попадал довольно точно. Булава и копье полностью себя оправдали, взламывая вражескую крупную технику и расшибая в металлолом мелкую. Скафандры и броня вражеских десантников тоже не выдерживала. Защитники корабля недоумевали. Они делали все возможное, ведя непрерывный обстрел, чтобы максимально исчерпать ресурс абордажных батарей до того, как произойдет сближение на дистанцию рукопашного боя. Иногда действительно одного или даже двух абордажников удавалось лишить защиты и уничтожить дистанционно, но чтобы их стали убивать еще издали, такого они не ожидали. Нам удалось, используя удивление противника легко смять этот заслон, но следующие были уже предупреждены, и пришлось попотеть, полавировать и потратить примерно половину энергии в кристаллах. Мне в том числе.

Вообще-то группа Нестора была изначально немного нестандартной. Обычно абордажники действовали пятерками. Пять торпед лепились к борту корабля поблизости друг от друга, абордажники и десантники объединялись для выполнения задачи, установленной для каждой пятерки индивидуально. Нам, в частности, поставили максимально простую задачу – добраться до одного из резервных узлов связи и блокировать его работу. Постараться через него вырубить вообще всю связь на корабле. Для этого в нашей команде были специально обученные технари десантники со спецоборудованием. Поэтому сопротивление нам встретилось сравнительно слабое. Достигнув цели, мы проникли в помещение узла, согнали перепуганный персонал в угол и поставили на колени. Никто даже не помыслил воевать с нами, узнав абордажников. Один хмырь, правда, проявил нерешительность, не увидев обычного горба ранца, но небрежно разваленное саблей массивное кресло убедило его не делать глупости.

На этом для меня война закончилась. Нестор выяснил, что его помощь другим командам не требуется, спокойно сел в одно из кресел и… вздремнул. Вот это нервы!

Через сорок пять минут – рекорд – Нестору, командовавшему абордажем этого корабля, доложили о полном контроле над основными объектами. На этом его командные функции заканчивались и передавались командиру десанта. Те уже самостоятельно продолжили зачистку и сбор пленных в отведенном для этого трюме. Все абордажники по приказу старшины вернулись к своим торпедам и стартовали в сторону города-крепости. К захваченному кораблю уже подходили транспорты со вспомогательными войсками и техниками.