Горячий лед
Шрифт:
— Лен, ну чего она там сидит? Понятые есть. А она без надобности. Отпусти ее домой, что ли.
Лена пожала плечами:
— Ладно. Пусть уходит.
Тут с кухни позвали Лену. Она побежала туда. Гордеев пошел за ней.
Один из оперативников слезал со стула. В руках у него был пакет со странным содержимым внутри. Там лежало нечто красно-коричневого, совсем непривлекательного цвета. Оперативник — симпатичный молодой мужчина со смуглым лицом и темными усиками почему-то сразу внушил Гордееву какое-то
— Что это? — спросила она, с отвращением глядя на эти сушеные куски неизвестно чего и отдергивая от него руки. — Где нашел?
— Это? В самом-самом дальнем ящичке наверху, — оперативник указал на верхний ящик.
— Юра, это Роман, — представила их Лена.
Парень слегка кивнул, но руки не подал. Гордеев неприязненно посмотрел на него.
— Ну, давай, Ром, рассказывай, что это такое, ты же у нас эксперт во всех вопросах!
— А это, Леночка, похоже на сушеные мухоморы.
— Да ты что?! Зачем, интересно, Соболеву, сушеные мухоморы?
Гордеев в это время как будто находился в каком-то забытьи. Слова о мухоморах долетали до него откуда-то издалека. Он с презрительным видом смотрел на Романа.
— Я не знаю точно, зачем, но то, что это отрава, я тебе могу сказать на сто процентов. Добавляешь такие мухоморчики в еду какому-нибудь неугодному хлыщу… У тебя, Леночка, есть какие-нибудь неугодные хлыщи, которые тебе жить мешают? — он приобнял Лену за плечи.
Гордееву этот Роман явно не нравился. «Ревную?» — ловил себя на мысли Гордеев.
— Да полно! — смеясь, ответила Лена.
— Ну, вот! — продолжал Роман. — Добавляешь такие мухоморчики в еду этому хлыщу, а дней этак через двадцать он ноги протягивает. Ну, если организм сильный, месячишко-другой продержаться сможет. Но не больше.
— Правда?! — вдруг очнулся Гордеев. — Вы уверены, что это точно мухоморы?
— Да, — недоуменно посмотрел на него Роман. — Конечно, на экспертизу все равно надо отправить… Но я почти на сто процентов уверен, что это именно мухоморы.
— Юра, в чем дело? Что такое?!
— Соболева травили. мухоморами! Я вспомнил только сейчас об этом! Понимаешь, врачи в больнице сказали, что у него в организме найден какой-то яд. А когда я спросил, что это за яд, врач ответил, что такое вещество — гиосциамин — содержится, в частности, в мухоморах!
— С ума сойти! — протянул Роман. — Просто сериал какой-то.
Гордеев с Леной вышли в коридор.
— Вот и еще одна разгадка! Или загадка? Но кто травил его? Юра, вот ты как себе это видишь? — спросила Лена.
— Все сходится на его жене. Смотри, она засадила его за решетку, а до этого травила этими чертовыми мухоморами. А теперь и сама смоталась…
— Да, но это же странно…
— Что именно?
— Если она хотела его отравить, зачем она
— Может, просто не рассчитала? Женщина все-таки…
— Что значит «женщина все-таки»? Что, по-твоему, все женщины такие глупые?
— Лена, не заводись! Хорошо, не все. Ты умная. А она нет!
— То есть хочешь сказать, что в любом случае ты умнее ее, раз так уверен в том, что это придумала она… А если где-то не сошлось, так, значит, она — дура, упустила, просчиталась. А может, все наоборот?..
— Хорошо. Вы нашли какие-нибудь документы, ценные бумаги?
— Heт, ничего такого не обнаружено.
— Вот тебе и еще один ответ! Соболева отравила мужа и смылась со всеми его бумагами и деньгами.
— Все как-то очень просто. С плеча ты рубишь…
— Нет, ну а ты какие предположения можешь сделать?
— Хорошо, хорошо, — пожала плечами Лена. — Пусть официальная версия будет та, которую ты предложил.
Гордеев даже повеселел. Это ж надо! Как заметно распутал клубок один только обыск в доме Соболева!
— Ленок, можно я тебя расцелую?
— Что, настроение поднялось?
— Слушай, а кто такой этот назойливый Роман, и почему он обнимает тебя за плечи?
— О! Да это никак ревность!
— А почему это я не могу тебя ревновать?
— Он не назойливый, а очень даже хороший и симпатичный молодой человек!
— Ах, вот как! — надулся Гордеев. — А что за надоедливые хлыщи, которыми полна твоя жизнь?
— Один из них — ты, — засмеялась Лена.
Гордеев помрачнел.
— Да ладно! Я же шучу! — Она игриво поцеловала его в висок, и Гордеев растаял.
— Слушай, а что, если сегодня вечером мы с тобой…
— У! Глазки загорелись! Гордеев, как тебя легко, оказывается, развести…
— На что? — спросил Гордеев.
— Сам знаешь.
Юрию нравилась эта странная игра между ними, недомолвки, флирт… Никогда не знаешь, когда дружба перейдет свои законные границы и станет уже не дружбой, а чем-то другим… К тому же Гордееву всегда интересно было с Леной. Она была умным и непредсказуемым человеком. Короче говоря, он опять попался в ее ловко поставленные сети.
— Ну, уж если ты так настаиваешь… — она таинственно улыбнулась. — Но только не сегодня. Завтра.
— Почему не сегодня?
— Без вопросов, — отрезала Лена.
— Ну, хорошо. Завтра так завтра… Завтра? — тут он вспомнил про волоокую Динару.
— Угу, завтра. Или ты уже на попятную? — Лена сверкнула своим загадочным взглядом.
— Вот еще! С чего бы это! — уверенно парировал Гордеев.
Динара, увы, была в пролете. Да и слишком зол на нее был Гордеев. «Не хочет так не хочет! Черт с ней! Пусть остается со своим Рашидом!»