Город Ветров
Шрифт:
– Я хочу пригласить вас в мой кадиллак, чтобы вы смогли легко и комфортно пересечь границу и насладиться прекрасными видами нашей страны, - он сделал приглашающий жест рукой и улыбнулся еще шире, что казалось невозможным.
Сенмурв подошел к ковбою, обнюхал его и зарычал угрожающе. Но его никто не послушал. Дамы, как завороженные, направились к кадиллаку. Гиневра глубоко дышала, ее грудь вздымалась от чувств, переполнявших ее. Далила раскраснелась. Она шла навстречу прекрасному ковбою, и ее бедра выписывали такие кренделя, что было страшно - а не переломится ли она
– Стой!
– заорала я что есть мочи, но меня опередила Ипполита.
Она уже подошла к красавцу-гиду на расстояние вытянутой руки, поэтому доставать лук и стрелы было ни к чему и она просто схватила его за горло.
Гиневра и Далила уже сидели в кадиллаке и с ужасом смотрели на то, что вытворяет Ипполита.
– Не надо!
– закричали они наперебой.
– Ты убьешь его!
Далила уже вылезала из машины, чтобы помешать Ипполите, но Сенмурв бросился ей наперерез и она упала обратно, на кожаные подушки. Гиневра рыдала...
Ипполита продолжала железной хваткой стискивать красавцу горло. Он краснел, синел, черты лица расплывались, и он уже не был похож ни на Гира, ни на Редфорда. Наконец, метаморфозы прекратились.
Ипполита держала за горло дэва, серенького и тощенького. Он вертелся ужом и из последних сил прохрипел:
– Отпусти, я не причиню вреда...
Ипполита ослабила хватку. Вдруг кадиллак растворился в воздухе и Гиневра с Далилой больно шлепнулись на землю. Они встали, потирая ушибленные места, и с места в карьер набросились на дэва:
– Ах ты, поганец, разбойник с большой дороги!
– кричали они одновременно, а он словно съеживался от их нападок.
– Ты что себе позволяешь?! Да ты его мизинца не стоишь, подлец! Да тебе до него, как кошке до тигра!
Ипполита тем временем сосредоточенно связывала Другу ноги и руки, а у меня голова шла кругом.
– Вы можете остановиться?
– схватила я за руки разъяренных женщин.
– Что вы на него кричите?
– Как что?
– возразила мне Гиневра.
– Этот прохвост надел на себя чужую личину и думает, что ему все позволено?!
– Откуда ты знаешь Редфорда?
– спросила я, совершенно обескураженная.
– Какого такого Редфорда? Я не знаю никакого Редфорда!
– закричала она на меня.
– Эта нечисть прикинулась рыцарем с голубыми глазами и льняными кудрями. Он сидел верхом на прекрасном коне и пел мне о любви, как самый лучший менестрель!
– Какой менестрель? Какие льняные волосы? Ты что, совсем ничего не видела?
– возразила ей Далила.
– Это же был воин, обнаженный по пояс с огромными мускулами и
Спор готов был перейти в громкую перебранку. Далила уже примеривалась к косам Гиневры, а та, защищаясь, выставила вперед острые ногти.
Случайно глянув на дэва, я ахнула: он ухмылялся. Причем его серая безобразная физиономия выглядела такой довольной, что было ясно - он просто наслаждается тем эффектом, который произвел.
– Да вы посмотрите на него, - закричала я что есть силы и ткнула в него пальцем, - он же радуется, глядя на вас, куриц. Нашли из-за кого ругаться! Разве вам непонятно, что он предстал перед каждой из вас в наиболее сексуальном виде?
– В каком виде?
– переспросили они. Вид ухмыляющегося черта разом остудил их гнев. Далила не удержалась и даже пнула его носком сапога.
– Ну, в самом притягательном для женщины, чтобы она его захотела.
– Господи, и я могла польститься на такое чудовище?!
– воскликнула Гиневра.
– Ну и что, - буркнула Далила себе под нос.
– Вон мы уже сколько дней тут бродим. Не железные ведь...
Ипполита в спор не вмешивалась. Она сидела на камне неподалеку от перевязанного дэва и о чем-то сосредоточенно размышляла.
– Слушай, Ипполита, - обратилась я к ней, - как тебе удалось распознать в нем чудовище? Мне Гурастун рассказывал, что его следует опасаться, а ты как смогла?
– Я и сама толком не знаю.
– А что ты увидела, когда он вылез из-за дерева?
– спросила Гиневра.
– Как вам сказать, - сомневаясь, произнесла она.
– Сначала оттуда на полном скаку выскочил прекрасный юноша на горячем коне. Он без седла сидел на крупе, на нем была надета только короткая туника, обнажающая бедра. На ногах сандалии. Лоб перехватывала тонкая лента, чтобы кудри не мешали при скачке. Он выглядел, как юный бог, так он был хорош, и я вся зажглась от желания.
– Странно, - протянула Далила, - а мне он явился на колеснице, запряженной парой скакунов.
– Что было потом? Он сказал тебе что-нибудь?
– Он скакал с быстротой ветра, и я ждала его с нетерпением. Но по мере приближения его облик изменился, и с коня спрыгнула девушка, а не юноша. Она тоже была прекрасна, как Артемида, сестра Аполлона. Ведь они близнецы. Я не верила своим глазам. Как я могла ошибиться?! Но самое главное заключалось в том, что я желала ее не меньше, чем того юношу...
Далила ахнула и сделала движение, отгоняющее от себя нечистую силу. Гиневра перекрестилась.
– И тогда я, превозмогая себя, подошла к ней и схватила ее за горло. Я была зла на себя, на нее, на весь мир! Что это было, Марина?
– обратилась она ко мне.
– Ничего особенного. Видимо этот дэв регенерирует волны, идущие из мозга, и трансформирует их в фантомные изображения, вызывающие либидо...
– Ты можешь по-человечески говорить?
– прервала меня Далила.
Интересно, когда я перестану забывать, что мои спутницы из другого времени?