Город пропащих

Граков Александр

Федор впервые услышал упоминание о дочери. Он даже не знал, что у Аджиева есть дочь. И разумеется, пахан вовсе не о дочке пекся, не ее жалел, когда говорил все это. Ревность стареющего непривлекательного мужчины, ненависть к удачливому сопернику и страх потерять не только богатство, но и жизнь, клокотали в нем, вываривая последние остатки человеческого в этой садистской натуре. Предстоящая "мочиловка" духарила ему голову на очередной беспредел. Он их по-китайски казнит на глазах друг у друга и сбросит в один и тот же сортир. Вот это Федору стало совершенно ясно, он только не видел пока, какую же роль отведет Аджиев во всей этой чудовищной

интриге ему. Но тут же все и разъяснилось.

– Сейчас я жду его на обед, - сказал Артур Нерсесович, постепенно успокаиваясь.
– Ты поедешь еще с двумя ребятами к нему на дачу. Выкручивайтесь, как хотите. Кровь из носу, поставьте ему пару "жучков". Все. Он будет у меня до полуночи. Времени навалом. И без церемоний. Но и без лишнего шума.

– Дом с охраной?
– деловито спросил Федор.

– Дачка старая, в запустении. Ребята знают. Иди.

Федор побежал одеваться и у лестницы на второй этаж столкнулся со спускавшейся вниз Еленой Сергеевной. Лицо ее было, как всегда, невозмутимо. Лишь искра тревоги промелькнула в выпуклых ярких глазах, когда она увидела Федора.

– Разве вас не отпустили до понедельника?
– спросила она как бы походя.

– Увы, - Федор развел руками.
– Велено тренироваться, наращивать профессионализм...

– Бросьте, Федор, - строго сказала женщина, взгляд ее беспокойно метнулся.
– Лучше скажите, что-то происходит?

Артюхов понял, что, если он сейчас отделается шуткой или неловко соврет, он навсегда утеряет даже малейшую надежду на ее доверие. Поэтому он не стал делать ни того ни другого, а немножко подался вперед и сказал шепотом:

– Когда вернусь, обязательно расскажу. Но вообще-то ничего особенного... Беспокоиться не о чем... Небольшой наезд... Только вы хозяину...

Он не договорил. Пожалуй, ее лицо впервые не напоминало маску. Женщина, судорожно сглотнув, кивнула и слегка прикусила губу.

Федор уже сверху увидел, как она медленно движется по толстому ковру холла в сторону библиотеки. Медленно и задумчиво.

"Не без твоей помощи, голубушка, Лесной-то осмелел... Ты навела и обнадежила. Но Костя непрост был. И за тобой следили, видать, раз Аджиев знает обо всем", - думал с грустью Федор, пока переодевался. Артур всех обскакал с его помощью. И Костю Лесного Федор жалел всей душой. Что ему за дело до этих отожравшихся рыл, до этих роскошных леди в бриллиантах. Все окружающие - лишь пешки для них, пешки в их кровавой, беспощадной игре. Игре без правил. Вот бы поставить их всех в стойло, на цырлы и на четыре кости! А садясь в машину, Федор уже был почему-то совершенно убежден, что найдется правилка и на Аджиевых.

Хорошая компания ехала в "Жигулях": двое бывших гэбэшников и бандит. Кто бы сказал о таком Федору раньше - не поверил бы. И сейчас он втайне посмеивался над собой, поглядывая на характерно вышколенные лица спутников. Впрочем, они не скрывали от него своего прошлого и, кажется, ничего не знали о нем. Этих в охотничьем домике не было. Федор сразу приметил, что охрана Аджиева отличалась разнослойностью и, по-видимому, эти разные слои не соприкасались. Но, возможно, он ошибался, да и не его это дело разбираться в отношениях услужающих Артуру Нерсесовичу. Стоило сосредоточиться на задании.

Один из спутников, Михась, наконец прервал молчание.

– Дрянное дело - средь бела дня в чужой дом лезть.
– Он с досадой выбросил недокуренную сигарету в окно.

– Да там место глухое...
– лениво

откликнулся второй, назвавшийся Артюхову Алексеем.

– А я зачем у вас?
– вставил Федор.

– Ты в дом полезешь?
– с насмешкой спросил Михась.

– Я, - убежденно подтвердил Артюхов.
– Обстановку прикину и полезу. Я понял, что дача не охраняется?

– Видимо, постоянно - нет, - кивнул Алексей.
– Мы в те края уже раза два ездили. Ни разу охраны не замечали. Хозяина нет, дом пустой. Участок огромный, еще сталинских времен. Правда, сегодня выходной, народа, наверное, вокруг много.

– Рисковать зря не будем, - мрачно сказал Михась.
– Запорем дело, хуже будет. Лучше на неделе приедем и ночью.

– Да ведь Артуру не терпится, - засмеялся Алексей.

А Федор молчал. У него созрел свой план, а осуществить он собирался его один и втайне от всех.

Дом неведомого Федору Раздольского находился в тридцати километрах от Москвы, в красиво расположенном старом дачном поселке. Как и предсказывал Алексей, несмотря на холодную погоду, дачники торчали буквально на всех участках. Та часть поселка, где жил Раздолье кий, примыкала к лесу и была относительно тихой благодаря тому, что участки здесь оказались действительно громадными и к тому же заросшими огромными деревьями и непролазным кустарником. Крыши домов едва виднелись сквозь всю эту поросль.

– Ну, что?
– ехидно спросил Михась, косясь на товарищей.
– Хрен его знает, кто тут есть живой вокруг...

Машина встала в тихом проулке, и они расстелили на капоте газету, достали пиво, разложили хлеб и колбасу. Подозрений эта мирная картинка вызвать ни у кого не могла.

– Завтрак на траве.
– Алексей смачно откусил малосольный огурец. Его курносый нос покраснел от удовольствия.
– Вкусно!

Федор курил, раздумывая. Нет, он не собирался сейчас никуда лезть. Он уже оценил обстановку и примерно представлял, как и где можно проникнуть на участок Раздольского.

– Только ночью, ребята, - сказал он, видя, что товарищи ждут ответа от него.
– Прямо от леса по деревьям легко пробраться. Веревка нужна. Дело простое. А собаки там нет?

– У него ротвейлер, он его с собой привозит, иногда здесь живет. Алексей вздохнул: - Надо только точно знать, что он сюда не вернется. Это уже Артура забота.

– Втроем здесь делать нечего, - продолжил Федор.
– Один с машиной у станции ждет. Двое пешочком сюда двигают. Картина ясная. Нынче вечером все и устроим в лучшем виде.

Они не спеша доели и допили все и тронулись назад в город.

– Вы меня высадите где-нибудь в центре, - неожиданно сказал Артюхов, когда они миновали кольцевую.
– А хозяину доложите, что я по его делу на разведку пошел. К началу операции объявлюсь.

Михась с Алексеем переглянулись, но возражать ему не стали.

К дому на Щипке Федор подходил на этот раз с той стороны, откуда они с Аджиевым успели драпануть от преследователей. В безрассудное и опасное предприятие решил он пуститься, и сам знал об этом. Да уж больно жгла его мысль одна, догадочка подталкивала: проверь, не тяни. Как только услыхал он от Аджиева про видеокамеру, так сразу и сообразил, что еще и где поискать можно. Сомневался лишь в одном: нужно ли по отношению к Артуру Нерсесовичу подобную прыть проявлять? Но самому любопытно было: прав ли он, верно ли догадался? И тянуло еще что-то непонятное на Васькину квартиру, ну точно как в книгах пишут: тянет преступника на место преступления.