Город негодяев

Робертс Джон Мэддокс

– То, для чего меня наняли, – ответил киммериец, поднимаясь. Меч вновь очутился у него в руке. Он обернулся и увидел Андоллу. Конан бросил взгляд за плечо Андоллы, в угол, откуда появлялся демон. Взору предстало небольшое квадратное отверстие в стене, затянутое тканью. Тут Конан сообразил, что голос демона точь-в-точь напоминает голос Андоллы, пусть даже и искаженный. Выходит, отверстие в стене – самый обыкновенный клапан переговорной трубы. В зажиточных домах такие трубы использовали, чтоб вызывать слуг.

– Тебе нечего здесь делать! – бросил жрец. – Тебя наняли, чтобы ты охранял девушку от бандитов. А дела астрального мира

оставь мне и Святой Оппии. Ступай вон!

– Я уйду лишь тогда, когда увижу, что девчонка в безопасности, – рявкнул Конан. Потом глянул на разинувших рот послушников. – Принесите свет! – приказал он.

– Для чего? – удивился Андолла, когда послушники побежали за лампами и свечами.

Конан подошел к окну.

– Хочу убедиться, цела ли решетка. Может, девушка заметила лица за окном и перепугалась.

– Глупец! – фыркнул Андолла. – Ты что, не видишь, что ставни закрыты изнутри?

И правда, закрыты! Но Конан не собирался так просто отступать.

– Неужели ты не понимаешь, – проворчал он, – что опытные взломщики с легкостью могут открыть любую задвижку.

– Ну что там еще, о муж мой? – послышался голос Оппии.

Конан даже не обернулся. Держа в руке свечу, он тщательно осмотрел бронзовую решетку. Здесь он обнаружил одно странное отверстие. Наклонившись пониже и сделав вид, что исследует, прочно ли сидят прутья в гнездах, Конан ощутил знакомый запах. Так вот как нагнетается дым черного лотоса в помещение!

Конан выпрямился и повернулся к остальным:

– Да, решетка цела. Я так понимаю, это опять демон?

– Слишком уж ты любопытен для простого охранника, – возмутился Андолла. – В нашем храме нет места для грубого дикаря, к тому же напрочь лишенного веры.

– Великий-Духом, позволь мне все ему объяснить, – встряла в разговор Оппия. – Это слишком незначительные дела для того, на чьих плечах лежит тяжелая обязанность изучения великих ритуалов. Прошу тебя, муж мой, возвращайся к своим возвышенным изысканиям и позволь мне уладить ничтожные земные дела.

Жрец вновь обрел свою пошатнувшуюся было величавость.

– Как скажешь, дорогая. Но прошу тебя, подумай еще раз об этом неверующем варваре. Одно его присутствие оскорбляет Матерь Дургу.

– Матерь Дурга находит применение для любого живого существа, – напомнила она ему.

Что-то ворча себе под нос, жрец удалился. Оппия бросила аколитам:

– Вы можете идти.

Когда послушники убрались, Оппия взяла Риетту за плечи. В глазах девушки вновь вспыхнул панический ужас. Оппия влепила ей несколько пощечин, при каждом ударе оставляя красные следы на бледных щеках.

– Это ты позволила ему снова прийти! – кричала она. – Слабостью своей телесной и слабоверием ты допустила, чтобы он появился! Великий-Духом Андолла и я – мы из сил выбиваемся, предаваясь ритуалам и заклинаниям денно и нощно, дабы оградить тебя от мира духов! О, сколь же ты эгоистична! Дитя мое, я огорчена! Ты расстроила меня. Я отступаюсь от тебя. Скоро и Матерь Дурга отступится от тебя тоже. Ты должна доказать ей свою преданность и силу веры, иначе наша охранная магия будет бессильна. Ибо лишь любовь к тебе Матери Дурги дает нам силу защищать тебя. Забудь о себе, покажи Матери Дурге, сколь велика твоя любовь к ней! Только жертва золотом и драгоценными камнями тронет ее сердце, ибо эти вещества священны для Матери Дурги. Для нас на этом ничтожном земном плане, в этой временной земной обители, в коей мы заключены,

они – просто бесполезный хлам, но в высших мирах и более высоких планах, где обитают боги, они имеют магическое значение. Принеси же нам эти вещи, чтобы мы, в свою очередь, отдали их Матери Дурге, и тогда, может быть, тебе еще удастся спастись! Тогда, может быть, Матерь Дурга сжалится над тобой и разрушит проклятье, что тяготело над женщинами твоего рода в течение многих поколений!

Оппия отпустила плечи Риетты и замерла. Лицо жрицы исказила гримаса отвращения при виде того, что девушка вот-вот вновь истерично разрыдается.

Конан оттолкнул Оппию и подхватил девушку на руки. Несчастная пленница была не тяжелее перышка. Конан осторожно уложил девушку на кровать и накрыл тонким одеялом.

– Хватит, – сказал киммериец Оппии. – Выйдем, поговорим.

Оказавшись снаружи, Конан закрыл дверь в келью узницы и задвинул глазок. Пока он проделывал все это, Оппия с большим интересом рассматривала варвара. Обнаженное тело Конана бугрилось узлами мышц. На бронзовой коже хорошо были видны старые боевые шрамы. Вражеские клинки и когти диких зверей оставили множество отметин. Двигался варвар, подобно тигру. На свете, конечно, много найдется сильных мужчин, но именно неукротимая сила в соединении с удивительной стремительностью ставила Конана на голову выше всех остальных бойцов. Оппия превосходно все понимала, и это читалось в ее откровенно интимном восхищенном взгляде, с которым Конан встретился, когда обернулся.

– Этак она долго не протянет, – предупредил варвар.

– Никто прежде так не сопротивлялся, – призналась Оппия. – Я не понимаю, она упряма или попросту глупа. Почему, будучи столь напуганной, она не может найти способ вытащить из отца деньги?

В ответ Конан зловеще ухмыльнулся:

– Оставь ее мне. Она сделает все, что нужно.

– Мой муж никогда не согласится, – сказала Оппия.

– Не верти. Ты единственная, кто заправляет здесь всеми делами. Предоставь девчонку мне, и скоро ее папаша запляшет под нашу дудку, как миленький.

– Ну хорошо, – Оппия пожала плечами. – Ты меня убедил. Сможешь управиться с этим побыстрее?

– В любом случае придется поторопиться, – проговорил рассудительно Конан. – В городе вот-вот прольется кровь. Либо он выгорит до основания, либо сюда войдут королевские войска и наведут порядок. И то и другое для вас плохо. Но пока еще есть время. Вы успеете забрать все, что наворовали, прихватить своего дурацкого идола и свалить.

Оппия доверительно улыбнулась:

– У нас есть чертежи идола. Мы всегда сможем сделать нового. Однако же быстро ты раскусил нашу игрушку.

– Для того, кто не одурманен, это ясно, как день. Кстати, чем вы глушите мозги этим болванам?

– Особая вытяжка из корня голубого лотоса. Я привезла ее из Стигии. Стоит чертовски дорого, но, впрочем, давным-давно окупилась. – Жрица подошла к Конану вплотную и оценивающе похлопала по широченной груди киммерийца, будто выбирая себе подходящего жеребца.

– А демон, которого эта девица только что видела? – спросил Конан. – Он настоящий?

– Да. Мой муж сумел вызвать его посредством магии. Однако же это безмозглая и безгласная тварь, подобная дыму. Андолла убежден, что с помощью более сильной магии он сможет сделать демона абсолютно реальным. Ну ладно, поговорим о другом, более приятном. – Оппия подступила вплотную и призывно подставила киммерийцу губы.