Город негодяев
Шрифт:
Конан наклонился к арфисту поближе:
– Узнаешь историю и тут же забудь, от кого ты ее слышал.
Арфист сунул руку за пазуху и вытащил крохотную статуэтку, которая висела у него на шее на цепочке. Статуэтка изображала божество с арфой. Арфист поцеловал ее:
– Клянусь Иласом Златоперстым, божеством всех арфистов! – И он спрятал статуэтку обратно.
– Хорошо. Я тебе скажу. Меня сюда послал тот, чье имя я не имею права открывать никому. Вообще никому. Тот, кто послал меня, хочет узнать, какие ветры тут дуют.
Арфист кивнул, жадно ловя каждое слово чужеземца.
– Тому, кто меня послал,
Челюсть у арфиста отвисла.
– А я-то думал, что я мастер по части собирания новостей.
Конан хлопнул его по плечу:
– Ты, парень, собираешь новости ушами, а я – мечом. Мой способ быстрее. Кроме того, он открывает мне многие факты, которые в простой беседе обычному человеку не узнать.
– Такие сведения, – сказал арфист, – стоят куда больше одной кружки эля. Позволь мне поставить тебе еще одну.
Конан позволил. Прихлебывая эль, некоторое время они сидели и толковали о том о сем. Однако киммериец заметил, что арфист явно о чем-то задумывается, а губы его время от времени шевелятся. Киммериец понял, что сейчас арфист перекладывает полученные сведения в песню. Вскоре арфист откланялся и ушел. Теперь уж новости быстро разлетятся по всей Аквилонии. Они обгонят даже гонца на резвой лошади. Отлично! Подброшено еще одно полено в готовый уже разгореться костер под названием "Шикас".
Дождь лишь накрапывал к тому времени, когда Конан вышел из "Медведя и Арфы". Ветер, напротив, усилился. Было сумрачно и пасмурно. Похоже, погода сильно охладила воинственный пыл бандитов. Увы! Конан понимал, что это ненадолго. Очень скоро они наконец сцепятся, и тогда уже кровь польется рекой.
– Конан! – прозвучал чей-то тревожный шепот. Обернувшись, Конан увидел в дверном проеме фигуру, закутанную в плащ с опущенным капюшоном. Сперва Конану показалось, что это Брита, но затем он увидел, что окликнувшая его женщина была куда выше ростом.
– Иди сюда.
– Привет, Делия, – улыбнулся киммериец.
Женщина буквально втащила его в дверь, после чего откинула капюшон. Конан оказался в парфюмерной лавке. Делия требовательно взглянула на пожилого торговца. Тот без слов удалился в подсобное помещение, оставив Делию с киммерийцем наедине.
– Ты подлая тварь! Что ты наделал! Максио жив и на свободе. Сейчас он прячется от Бомбаса и Ермака, но это ненадолго. Скоро он появится!
– Да? Ну и что с того? Уж я надеюсь, ты не хочешь, чтобы я убил его для тебя?
Она осмотрелась, будто опасаясь, что их подслушивают.
– Я думала, что мы с тобой уже договорились! – злобно прошипела она. На ее лице застыл ужас.
– Так оно и было, – сказал Конан. – Мы договорились. Я согласился заплатить тебе за информацию. А уж как я планировал использовать эту информацию – мое дело.
– Но теперь он убьет
– Ничего подобного, – успокоил ее Конан. – Максио считает, что это дело рук Ермака. Что Ермак узнал о готовящейся краже и продал его. Я сказал Максио, что ты, едва услыхав об этом, сразу же послала меня с предупреждением.
Делия закрыла глаза и, похоже, сразу ослабла от облегчения. Сделав несколько глубоких вздохов, она снова выпрямилась, а затем так глянула на рослого киммерийца, будто хотела прожечь его своими прекрасными глазами.
– Какую игру ты затеял, хитрая варварская бестия? Я разве что в ногах у тебя не валялась, а ты использовал меня как очередную ступеньку в твоих грязных планах.
– А чего ты ожидала? – возразил он. – Ты ведь продала мне своего любовника.
– Конечно, – прорычала она. – Но я отдала его тебе в руки, потому что хотела очутиться в твоих объятиях. Как ты понимаешь, это несколько иное, нежели бы я сдала его властям за вознаграждение. До такого я бы никогда не опустилась! – Она выглядела так, будто действительно была оскорблена до глубины души.
– Я не хотел задевать твоей чести, – сказал Конан.
– Но ведь ты, в конце концов, мог бы меня предупредить, – сказала она. Гнев ее, сменившись облегчением, быстро рассеялся.
– Я был очень занят. И кроме того, старался не показываться в городе.
– Я охотно верю тому, что ты был занят. Стоило тебе появиться здесь, в городе, как начался сущий бардак. Раньше было как? Между шайками существовали основные соглашения, и все шло как надо. Лишь изредка случались отдельные ссоры и убийства. Теперь никто никому не верит, все друг друга подозревают. Ты соображаешь, что творишь?
– Успокойся. Тебе не грозит никакая опасность, если ты будешь осторожна, – утешил он ее.
– Ну хорошо, хорошо, я верю тебе, – сказала она, вдруг смягчаясь.
Тут Конану на ум пришел еще один вопрос:
– Делия, тебе известно что-нибудь о черноволосой женщине, которая недавно появилась в городе и разыскивает кого-то или что-то? Возможно, она называет себя Альтаира.
– Эта тварь! – воскликнула Делия. – Я видела ее в Дыре. Она расхаживала там после наступления темноты так же безбоязненно, как целый отряд вооруженных до зубов солдат, и при этом никто не осмеливался подойти к ней. Никогда мне не приходилось видеть мужчину, который выглядел бы и вполовину столь смертоносным, как эта женщина. Тебе-то она зачем?
– Да просто так. Хотел узнать, чем она занимается. Мне кажется, что она кого-то ищет. Или что-то. Возможно, это каким-то образом связано с тем делом, которым я занимаюсь.
– Я слышала, она ожидает здесь Мульвикса, – сказала Делия.
– А кто он такой, этот Мульвикс? – спросил Конан. Он пытался припомнить, где слышал это имя.
– Это караванщик, который навещает Шикас раз или два в год. Как и большинство караванщиков, он, в частности, занимается контрабандой и перепродажей. Я не сомневаюсь, что и он, и эта женщина связаны какими-то грязными делишками. – К Делии вернулся ее обычный вид откровенного кокетства. – Ты хочешь, чтобы я узнала о ней все, что смогу? Я могу подобраться к ней куда ближе, чем любой из мужчин в этом городе. Уж не знаю, что у нее на уме, но вряд ли она станет смотреть на меня как на свою конкурентку.