Город мучений
Шрифт:
По правде говоря, ангел был заинтригован, когда ему описали место назначения. Хотя Мапатиус ни за что бы этого не признал, он отправился бы в это путешествие, чтобы найти Кссифу, даже не будучи связанным клятвой. В его природе было искать, путешествовать, исследовать. Мапатиусу до сих пор не приходилось посещать город аболетов, а тем более — старейший в мире.
Простого описания древнего поселения аболетов, спрятанного в недрах мировой коры, даже для ангела было недостаточно, чтобы определить направление. Но у Мапатиуса был проводник. Он носил железное кольцо.
Опуская колокол в бурный тоннель между стенами пространства и времени, Мапатиус размышлял, какое отношение Кссифу имеет к другому месту, слухи о котором он недавно услышал. Месту под названием Цитадель Внешней Пустоты. Мапатиус надеялся, что никакой связи здесь нет.
Затем он оказался в ревущем проходе, минуя разрывы разворачивающихся планов бытия и растягивающуюся реальность. Все мысли испарились. Он полностью сосредоточился на выживании.
Яфет поудобнее устроился на изогнутой скамье, которая располагалась вдоль внутренней стены колокола. Скамья была широкой, обитой тёмно-коричневой кожей, с удобной спинкой, оснащённой даже поддержкой для шеи. Очень уютное сидение, если бы не пол под ногами. Потому что пола как будто бы не было.
Внутри колокол разделяла прямая металлическая стена. Он занял одну половину, а Владыка — другую.
Колдун размышлял, не попросить ли Нейфиона убрать перегородку. Он беспокоился, что без надзора Владыка может совершить что-то плохое. Затем представил, что сидит напротив этого мерзкого существа целое путешествие, длительность которого была неизвестна. Молчание. Красные глаза, полые ненависти. Завуалированные угрозы.
Нет, он был счастлив оставить Владыку Летучих Мышей наедине. Яфету приходилось верить, что клятва, которую принёс Нейфион, предотвратит возможные неприятности.
Взгляд колдуна упал туда, где при нормальных обстоятельствах должен был находиться пол. Однако у колокола не было пола — точно так же как у обычных, меньших по размерам колоколов. Яфет каждый раз вздрагивал, когда замечал змеящийся, воющий туннель. Ему казалось, что это похоже на взгляд в воронку торнадо.
Вместо душераздирающего вопля, который должна была вызвать подобная яркая сцена, он слышал только низкий, непрекращающийся рокот. Он подозревал, что колокол как-то заглушает звук.
Сапоги Яфета висели над этой узкой бездной. По спине прошла дрожь, когда он представил, что будет, если колокол тряхнёт и он упадёт со скамьи. Возможно ли это? Ручки на стене обеспечивали хотя бы какую-то степень безопасности. Он схватился за одну. Он глубоко вздохнул и плотнее уселся на скамью.
Полость, окружённая бурлящим туманом, как будто тянулась в бесконечность. Колдуну это что-то напомнило. Ему не пришлось долго вспоминать, что именно. Это было похоже на окончание багровой дороги, по которой шли любители пыльцы путешественников.
Он откинулся назад и закрыл глаза. Страх воронки под ногами потерял силу в сравнении с багровой дорогой. Он лениво задумался, как будет выглядеть воронка после зёрнышка пыли в каждый глаз.
Нет.
Пока нет, во всяком случае. Он решил перекусить, чтобы отвлечься. Он достал из складок плаща пакет, который взял в замке Даррок перед отбытием. Он открыл пакет...
– Именем Кайфона!
– воскликнул колдун, когда внутри что-то дрогнуло и зашевелилось. Ему пришлось сдержаться, чтобы не вышвырнуть пакет в пропасть.
Существо запищало и вылезло наружу — внутри увесистого свёртка спрятался крохотный сморщенный человечек, один из гомункулов Нейфиона.
Освободившись, он выпрямился во все два фута своего крохотного роста и посмотрел на Яфета, как будто в ожидании приказа.
– Что... зачем ты спрятался в пакете?
Гомункул ответил набором высоких звуков, среди которых Яфет смог различить лишь обрывки слов. Он указал на отделение, где сейчас находился Владыка Летучих Мышей.
– Тебе приказал Нейфион?
Существо кивнуло. Яфет зарычал. Владыка решил за ним шпионить?
– Теперь ты будешь подчиняться моим приказам, тварь, а не Нейфиону. Я...
Существо прыгнуло на Яфета. Оно впилось зубами в шею колдуна. Того пронзила боль. Из раны потянуло горьким запахом.
Яфет схватил гомункула и попытался оторвать его от себя. Существо цеплялось за него, как пиявка, царапаясь и кусаясь. Пальцы Яфета защипало от неожиданного онемения. Горький запах принадлежал яду!
– Убийца, отпусти своего хозяина!
– прокричал Яфет. Почти без сознательного приказа плащ Владыки выдернул его из колокола. Перед глазами мигнул мрак — и он снова вернулся внутрь устройства, в трёх футах от своего прежнего положения.
Гомункул ещё разворачивался в поисках переместившейся цели, а Яфет уже обрушил на него удар немеющей руки. Гомункул вылетел из колокола с удаляющимся отчаянным воплем.
– Ответ на один вопрос я получил, - буркнул Яфет. Из колокола можно было упасть.
Яфет схватился за ручку и выглянул наружу, чтобы понаблюдать за движением гомункула. Размахивающее руками существо падало две-три долгих секунды, прежде чем стена испарений выгнулась внутрь. Когда гомункул коснулся стены, его мгновенно засосало туда. Он пропал.
Покалывание в пальцах Яфета ползло вверх по руке. Проклятая тварь укусила его достаточно глубоко, чтобы в кровь попала слюна. Чувство было знакомым. Когда Яфет впервые принял власть над владениями Нейфиона, его покусали несколько гомункулов. В этом монстре было недостаточно яда, чтобы покалывание переросло в паралич и затруднило дыхание. Яфет будет в порядке.
Куда больше его беспокоило значение этой атаки. Это было не простое совпадение. Старый хозяин гомункула находился сразу за переборкой. Яфет подумал, что Нейфион мог почувствовать конфликт и сейчас смеялся над затруднениями колдуна.