Город мучений
Шрифт:
Волшебница ткнула в неё своим жезлом. С кончика жезла прямо в лицо слаада ударил мощный импульс. Вопль твари потерялся в басовитом эхо и треске ломающихся перил, когда его швырнуло за борт.
Она повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как на неё надвигается ещё одно серое рыло с широкой пастью, такой крупной, что внутрь целиком могла уместиться её голова.
Шелковистые волосы выскользнули
Рейдон вырвался из своего транса.
На «Зелёной Сирене» бушевали монстры. Матросы прыгали за борт, спасаясь от беспощадных когтей и клыков.
Сражался только Фостер, рычавший приказы своей убегающей команде. Капитан дрался с синекожимжабоголовым монстром, но пока Рейдон пытался оценить ситуацию, за спину Фостера скользнул красный.
Монах бросился на синего, отбросив скорбь и сожаления — пускай даже лишь на мгновение.
– Фостер, следи за флангом!
– крикнул он, не только чтобы предупредить капитана, но и чтобы отвлечь внимание синего чудовища.
Как Рейдон и надеялся, массивная тварь обернулась как раз в тот момент, когда он прыгнул. Он ударил левым локтем вверх и попал прямо в нижнюю челюсть противника. Удар в сочетании с инерцией отбросил голову существа назад, выбил несколько зубов и превратил его рёв в вопль боли. Меч на спине Рейдона задрожал, как будто пытаясь напомнить монаху о своём присутствии. Это движение вывело Рейдона из равновесия. Вместо того, чтобы оттолкнуться от противника в высшей точке прыжка, его ноги ударили пустой воздух. Он упал у ног чудовища, потеряв как раз достаточно времени, чтобы одна из лап твари задела его. По ноге потекла струйка собственной крови.
Рейдон отполз назад, прочь от монстра, пытавшегося его затоптать. За движение в ножнах в такой неподходящий момент он сделает мечу выговор — потом, когда позволит время. Нужно только набрать несколько футов между ним и противником, чтобы освободить место...
Рейдон качнулся на плечи и обратным движением выпрыгнул на ноги. Он оказался лицом к лицу с синей тварью. Монах взметнул руки. Голова твари была слишком крупной, чтобы взять в её в захват, так что вместо того он схватился за пухлый горловой мешок.
Изо всех сил он дёрнул на себя и вниз.
Яростный рёв чудовища превратился в жалобный свист. Рейдон отступил, когда оно подняло лапы, чтобы заткнуть раны под подбородком. Пока монстр отвлёкся, он поднял согнутую ногу к груди, как будто сжимая пружину, а затем ударил ей точно вперёд. Каблук вонзился в колено противника. По палубе рикошетом пронёсся треск ломающихся костей.
Чудовище содрогнулось и рухнуло набок, как срубленная сосна. Под его весом треснули доски.
Пока враг корчился, Рейдон быстро оглядел палубу. Фостер оставался стоять, обмениваясь ударами с другим чудовищем — красным. Серены нигде не было видно, но вокруг корабля подобно звёздам в огромной астролябии плыл мерцающий косяк искрохвостов. Это ободряло. Но отсутствие Серены его беспокоило.
Несколько матросов, что были похрабрее
На Рейдона бросился ещё один слаад — так быстро, что казалось, не занимал никакого места в промежутке между началом и концом атаки. Полезный трюк! Похоже, чудовище устало гоняться за моряками вокруг мачты. У этого была серая кожа, и размером он был с самого монаха. Их с Рейдоном взгляды скрестились. Что-то сверкнуло в глазах чудовища, и он прыгнул.
Мир моргнул. Рейдон обнаружил, что висит в воздухе прямо над открытым люком. Матрос на лестнице вытаращился на него.
Не готовый к падению, он всё равно сумел воспользоваться первым уроком храма Сянь, навыком, которому обучали монахов раньше всего остального; как падать.
Рейдон сгруппировался и упал на спину в трюм, приняв основной удар так умело, что практически ничего не почувствовал, несмотря на падение с большой высоты.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Год Тайны (1396 ЛД), покидая замок Даррок, Фейвайльд
Словно бумагу, Мапатиус рассёк реальность огненным мечом, открывая брешь. За ней был тоннель, обрамлённый клубящимися испарениями, тенью и полуразличимыми силуэтами. Изнутри слышался постоянный рёв, похожий на звук водопада. Завихряющаяся полость тянулась в никуда. Тоннель обещал жёсткое путешествие.
В другой руке Мапатиус сжимал железную цепь, на которой висел исписанный рунами колокол. Для любого существа сравнимых размеров вес колокола стал бы неподъёмным. Но Мапатиус был ангелом исследований. В погоне за целью сердце накачивало его полубожественные конечности невероятной силой.
Колокол был зачарован, чтобы защищать от опасностей путешествий в негостеприимной среде. Мапатиус презирал нужду в подобной защите. Он предпочитал вести исследования в одиночку, пересекая незнакомые территории в качестве разведчика, а потом докладывать своим сиятельным командирам. Где залег в засаде противник? Демонические лорды уже выступили? Правда ли на пути стоит адамантиновая крепость, и у кого есть силы возвести такое строение за десять дней? Вот какими поручениями обычно занимался ангел.
Поэтому он мимолётно задумался, не забросить ли колокол в Авернус в качестве демонстрации своего отношения ко всему этому предприятию. В иллюминаторе путешественникам откроется редкое зрелище красного дыма, пока они будут нестись к пустыне, усеянной морями лавы и железными городами. Даже если чары колокола сохранят пассажиров от падения, их скоро настигнут обитатели Авернуса. Но Мапатиус был связан клятвой и должен был служить тому, кто призвал его, охраняя колокол. Поэтому он проделает это путешествие вместе с пассажирами и не забросит их в Девять Адов.