Город чудовищ

Киров Ян

– Мерзкие безбожники, - прошипел Тит.

– Среди этих "мерзких безбожников" есть влиятельные люди, - заметил Данте - Придворные. Члены городского совета. Благородные господа. Все они щедро жертвуют Ордену. Вы хоть представляете себе, какие деньги уплывают из рук вашей церкви?

Жрец лишь скрипнул зубами.

– Почему вы вспомнили об Ордене?
– полюбопытствовал Тит.

– Я дам вам подсказку, - бросил Данте - Возможно, что Ордена скоро не станет.

– Надеюсь, что речь не идёт о насилии?
– забеспокоился жрец - Моя религия не одобряет причинения вреда людям. Даже если они - язычники.

–

Я не беру в руки оружие, - поспешил успокоить его Данте - Оружие - это символ слабости. Люди думают, что если у них в руках нож или револьвер, то они сразу становятся сильней. Вот ведь болваны!

– Тогда как вы собираетесь бороться с Орденом?
– прищурился Тит - Вы сами сказали, что некоторые из его членов - люди с большими связями.

– "И горе тем, кто называет зло добром", - процитировал по памяти Данте - Так, кажется, говорится в вашей священной книге? Да, эти слова написал мудрый человек. Вы знаете, где расположен молельный дом Ордена? Отлично! Будьте там сегодня вечером. В восемь. Вы станете свидетелем божьего гнева. Кстати, вам не помешало бы постирать своё одеяние. Избранник Света не должен выглядеть неопрятно.

Дом Ордена находился в Университетском районе. Данте прокрался вдоль стены и осторожно заглянул в окно. Он увидел комнату, уставленную зажженными свечами. За круглым столом, взявшись за руки, сидели десяток людей в балахонах с капюшонами. Данте быстро обвёл комнату глазами. Его взгляд зацепился за огромную люстру, висящую под потолком. Данте зловеще усмехнулся.

При помощи Дара он нащупал винты, которыми светильник крепился к потолку и вытащил их. Люстра с ужасным грохотом брякнулась на стол. Сектанты испуганно шарахнулись в разные стороны. Данте сфокусировал Дар на одной из свечей. Он раздул пламя, отделил от него искру и аккуратно перенес её на занавеску. В комнате стало намного ярче. Оконное стекло лопнуло от жара и на улицу повалил дым. Дом наполнился шумом, истошными воплями и грохотом падающих предметов.

Тем временем на мостовой возник Тит. Жрец хорошо подготовился к своему выступлению. Его одеяние было тщательно вычищено и отглажено. Тит начал громко молится о том, чтобы священное пламя выжгло скверну с лица земли. Он потрясал кулаками, выкрикивая проклятия мерзким безбожникам. Вскоре вокруг него собралась целая толпа зевак.

Они наблюдали за тем, как из пылающего дома Ордена выбегают полуодетые люди.

– Смотрите! Смотрите!
– громко вопил Тит - Божий гнев обрушился на головы грешников! Это чудо! Чудо!

– Я поставил на правильного ящера, - сделал вывод Данте - Этот хищник загрызёт любого зверобоя.

Заговорщики встретились снова на следующий день. Тит сиял, словно новенький империал.

– Старейшины считают, что Свет ответил мои молитвы, - воскликнул он - Они пригласили меня присоединиться к Совету.

– Я рад за вас, - откликнулся Данте - Надеюсь, что вам понравиться сидеть в мягком кресле.

– Но как вы это сделали?
– не унимался будущий старейшина - Какой-то фокус?

– Я просто помолился, - хмыкнул Данте - И Свет ответил на мои молитвы.

– Если Совет узнает о нашем с вами...
– жрец тщательно подбирал слова - уговоре...

– А что будет, если он НЕ узнает?
–

осведомился Данте.

– Как бы то ни было, - торжественно сказал Тит - если вам нужен Дом огня, то он - ваш. Я - человек слова.

– Я сразу это понял, - кивнул Данте - И это слово "предсказуемость".

– А вы не боялись того, что, получив своё, я откажусь возвращать вам долг?
– спросил задетый за живое жрец.

– Нет, не боялся, - покачал головой Данте - Вы в любом случае заплатили бы. Так или иначе.

– Жизнь - непредсказуемая штука, - заюлил Тит - Мы не всегда можем влиять на положение вещей.

– Не переживайте, Ваша светлость, - успокоил его Данте - Если вы когда-нибудь забудете о данном вами слове, то я вам о нём напомню.

Данте пересёк Пустошь, поднялся по ступенькам храма и распахнул дверь Дома огня. Он шагнул в темноту, готовый к схватке. Пришло время познакомиться с новыми соседями. В храме прятались тени. Много теней. Во время Мора возле Дома огня разместились палатки для больных. Большинство из них не продержались и недели. Для того, чтобы избежать распространения заразы, тела умерших сжигали, а их прах развеивали по ветру. Мостовая и стены окрестных домов были покрыты толстым слоем серого пепла, полученного из людей. Тени годами бродили неподалёку от собственных останков.

Неупокоенные души были не рады чужому вторжению. Они завидовали тем, кто в отличие от них не утратил плоть. И ненавидели их. Любая мелочь могла вывести их из себя и вызвать вспышку бешеной ярости. Данте молча смотрел на приближающие к нему с разных сторон тени. Наконец одна из них отделилась от стены. Тень угрожающе замерцала. Это был вызов на поединок.

– Разумно ли будить спящего дракона, братец?
– спросил Данте, включая свой Дар.

Тень качнулась в сторону. И тогда Данте пронзил её насквозь невидимым клинком Дара. Неупокоенная душа, потеряв связь с материальным миром, исчезла. Остальные тени испуганно заметалась по залу. Поначалу они недооценили противника. Но теперь души знали, с кем имеют дело. С пробудившимся от сна драконом. Данте недовольно поморщился. Удержать юркие тени на месте было крайне непросто.

– Чего вы боитесь?
– весело закричал Данте - Вы УЖЕ мертвы!

Объединенная сила множества душ оторвала от пола скамейку и метнула её, словно гигантское копьё. Данте прозевал момент атаки. Неожиданный удар швырнул его на пыльный пол. Сверху на него рухнула скамейка. Придавленный грузом, Данте почувствовал, как хрустнуло сломанное ребро. Он выбрался из-под скамейки и вскочил на ноги. Тени стремительно атаковали. В лицо Данте полетел всякий мусор, валявшийся на полу. Огарки свечей, мелкие монеты, пустые бутылки. На этот раз Данте был настороже. Он проворно отпрыгнул в сторону.

Данте несколько раз хлопнул в ладоши, фокусируя Дар. Скрытая энергия взрыва высвободилась. Гибкое тело Данте превратилось в машину смерти. Он стал убийцей для тех, кто уже знал, что такое "смерть". Данте, пританцовывая, двигался по залу. Он рубил, хлестал, кромсал тени Даром. Каждый удар уничтожал новую жертву. Лишь одна неупокоенная душа держалась в сторонке от других. Её Данте пощадил. Через несколько минут всё было кончено. Данте обессилено привалился к стене. Сломанное ребро отозвалось тупой болью.