Город чудовищ
Шрифт:
– О, да! Как же я могла об этом забыть?
– воскликнула Эфи - Бесстрашный Снеговик и его великая священная война против всего мира. Не делай глупостей. Давай просто уйдём, а?
– А я думал, что ты хорошо меня знаешь, - покачал головой Данте - Это моя земля. А я никогда не уступаю того, что считаю своим. Никому.
– Даже если это будет стоить тебе жизни?
– уточнила тень.
– Я не могу иначе, - признался Данте - Да и не хочу.
Он пинком распахнул дверь и вышел на улицу. Погромщиков было не меньше
– Отдай нам Дом огня!
– потребовал проповедник - Такому, как ты, не место в храме.
– Да! Да! Правильно! Проваливай!
– поддержала его толпа.
– Тебе нужен храм? Подходи и забирай, - предложил ему Данте - Если у тебя силёнок хватит.
Жрец, протянул ладонь какому-то человеку и тот вложил в неё старый револьвер. Оружие в руке придало проповеднику уверенности.
– Убирайся прочь, паршивый чужак!
– заорал жрец, размахивая револьвером.
– Сначала нужно взвести курок, - подсказал Данте - Для это нужно оттянуть вон ту штучку. А потом...
Проповедник зажмурился и разрядил в него весь барабан револьвера. Данте не отшатнулся, даже не пытался увернуться. Он стоял в полный рост, засунув руки в карманы куртки. Жрец оказался скверным стрелком. Большинство выпущенных им пуль пролетели мимо. Но одна из них всё-таки достигла цели. Данте вздрогнул всем телом, чувствуя, как свинец впивается в его тело.
– Сдохни! Сдохни!
– визжал проповедник, перекрикивая одобрительный гул толпы - Почему ты не умираешь?
– Давай назовём это упрямством, - беззаботно улыбнулся Данте.
Он медленно повернулся спиной к жрецу, стоящему с дымящимся револьвером в руке. Данте сделал несколько шагов по направлению к двери Дома огня. При ходьбе он держался неестественно прямо. Толпа молча смотрела вслед удивительному пуленепробиваемому человеку. Люди растерялось и не знали, что им делать. Даже у проповедника от удивления отвисла челюсть. Распахнув входную дверь, Данте обернулся.
– Я немного вздремну, - небрежно бросил он через плечо - А когда проснусь, то вас здесь уже не будет. Не советую вам злоупотреблять моим гостеприимством.
Когда дверь захлопнулась, нахальная улыбка сползла с лица Данте. Её в одно мгновение сменила гримаса боли. Данте привалился плечом к стене и тяжело сполз на пол. Он распахнул куртку и увидел мокрое пятно, которое медленно расплывалось по его груди.
– Эй, Эфи, - негромко позвал Данте - Ты хочешь услышать кое-что действительно забавное? Когда в тебя попадают пули, то это больно. Чертовски больно. Ха-ха-ха.
– Зачем ты это сделал, упёртый безумец?
– тихонько захныкала тень - Что ты этим доказал?
– Твою мать!
– Данте кусал губы, чтобы не закричать от боли - Честно
– Дурак! Самодовольный дурак!
– тень раздраженно запрыгала по стенам - И что теперь будет?
– Теперь я перестану поддевать тебя по поводу того, что ты мертва, - Данте коснулся раны на груди и вытер окровавленные пальцы об штаны - Скоро. Через несколько минут.
Он попробовал встать, но ноги его не слушались.
– Смотри-ка, Снеговик уже начал таять, - хмыкнул Данте, указывая на лужу крови, лениво растекающуюся под его телом.
За окном раздались шум и крики. По Пустоши, грозно стуча сапогами, бежали солдаты с винтовками наперевес. Они принялись отгонять толпу от Дома огня.
– Предатели!
– донесся с улицы разочарованный вопль проповедника - Вы защищаете дьявольское отродье! О, священное пламя, выжги скверну с лица земли!
– Показуха, - презрительно фыркнул Данте - Иногда я даже рад, что я - не человек...
Он печально улыбнулся, услышав приближающийся колокольный звон. Данте закрыл глаза.
На скамейке возле залива сидели старик и молодой парень. Старик доставил из бумажного пакета крошки и кидал их жадным голубям. Над их головами бесшумно скользили вагоны подвесной дороги.
– Ты видишь этот островок?
– указал рукой старик - Сейчас здесь повсюду высотки. А во времена моей юности тут располагались трущобы. В этих краях я стал тем, кто я есть теперь.
– Как так?
– покосился на него парень.
– Однажды в столицу пришёл человек, - начал свой рассказ старик - У него не было ничего. Не было даже запасной пары ботинок. Человек был совсем один. Ни друзей, ни знакомых. Люди говорили "Пошёл вон! Убирайся прочь!". Но человек улыбнулся и забрал себе кусок города. Люди возмущались "Что он себе позволяет! Пускай этот паршивый чужак знает своё место!". Но человек никогда никому не кланялся. Люди смеялись "Наивный дурачок! У него нет ни малейшего шанса. Наша Система пережуёт его и выплюнет". Но человек не сдавался. Он в одиночку сражался с городом, с империей, с целым миром. День за днём. Год за годом. И тогда люди замолчали.
– А что произошло потом?
– заинтересовался парень.
– Потом человек ушёл, - ответил старик - Но он ушёл непобеждённым. Таких людей, как он, больше нет. А в наше время таких уже и не делают. Устаревшая модель.
– Почему вы вдруг об этом вспомнили?
– задал вопрос парень.
– Я вспоминаю об этом каждый день, - признался старик - Тот человек, о котором я тебе рассказываю, научил меня читать. Однажды он сказал мне "Мышь, дурья твоя башка, ты и в правду хочешь помереть болваном?". В этом был весь Снеговик. Он постоянно беспокоился, как бы его не посчитали хорошим человеком. Тогда я этого не понимал.