Горечь

Скардони Бьянка

— Ты должна выслушать меня, Джемма. Пришло твое время узнать правду. Всю правду. — В ее словах не было утешения, как и мягкости в ее голосе. — Мама не просто покинула нас — она умерла, защищая твой секрет, Джемма, и думаю, папа тоже. Он ушел из Ордена не без причины, и не просто потому, что не хотел для тебя такой жизни. Ему нужно было скрыть от них правду, ведь если бы они узнали, то непременно бы тебя убили.

У меня так сильно закружилась голова, что я едва смогла усидеть на диване.

— Думаю,

она достаточно услышала на сегодня, — сказал Габриэль, потирая лицо рукой. — Ей нужно время, чтобы это переварить.

— И сколько же времени ей для этого понадобится? — насмешливо поинтересовался Доминик. — Час? Может, два? Давайте на всякий случай дадим ей три часа. Уверен, тогда она будет в полном порядке.

— Нам нужно отправиться в Совет и выяснить наш следующий шаг, — обратился Габриэль к Тессе. — По-видимому, Энгель дал наводку Темному Легиону. Им нужно знать о надвигающейся на нее угрозе.

— До тебя все еще не дошло, братец? — Доминик разочарованно покачал головой. — Они ее убьют.

— Да, и именно поэтому нам и нужно посетить Совет. Если ее преследует Темный Легион…

— Он говорит не о Темном Легионе, — прошептала Тесса.

— Тогда о чем идет речь? — фыркнул Габриэль.

Тесса с Домиником переглянулись под оглушительный раскат грома на улице. Похоже, сейчас они одни понимали друг друга.

— Орден, — ответила Тесса. — Он имел в виду Орден.

36

. ВЫХОДА НЕТ

Гроза над нами только усилилась, барабаня дождем по стеклу, будто пулями с небес. Пулями, которые, несомненно, предназначались мне.

— Зачем Ордену желать мне смерти? Я думала, они хорошие ребята, призванные меня защищать? — У меня голова шла кругом, будто лотерейное колесо неудач, где мне все время выпадали сплошные потрясения.

— Они — хорошие ребята, — уверенно кивнул Габриэль. Он верил в это каждой клеточкой своего тела, словно это было заложено в его ДНК.

— Конечно. Они хорошие ребята… до поры до времени, — загадочно добавил Доминик. — Все это довольно условно.

— Что все это значит? О чем ты говоришь?!

— Это значит, что ты оружие, ангел. Возможно, самое опасное оружие в мире.

Тесса мрачно посмотрела на него и снова повернулась ко мне. — Твоя кровь — вроде ключа, Джемма, и этот ключ может открыть двери и отпустить все хорошее, что они защищали, и все плохое, что они держали взаперти.

— Значит, они просто убьют меня из-за какой-то древней фигни, написанной столетия назад бог знает кем?! С каких это пор врата отпираются кровью? — возмутилась я, цепляясь за соломинку.

— Мы оба знаем, что твоя соблазнительная кровь может делать множество вещей, — напомнил Доминик.

— И что теперь? Сначала стреляем, потом задаем вопросы? Неужели

я не имею права себя защитить? Заставить их поменять свое мнение?

— Если все, что говорит твоя сестра, верно, то твоей крови суждено положить начало конца света, любимая. Освободить Люцифера и открыть сами Врата Ада. Если Орден позволит тебе жить, это будет означать, что они добровольно рискуют начать Апокалипсис, а этого в их планах точно нет. Долг — прежде всего, помнишь? — Доминик отхлебнул напитка и склонил голову в сторону Габриэля. — Скажи нам, братец, что ты будешь делать, когда они прикажут тебе ее устранить? Будешь хорошим солдатиком и сделаешь, как сказано?

Габриэль весь напрягся.

— Никто никого не убьет, — сказала Тесса с такой уверенностью, что я почти поверила, будто у нее и вправду был контроль над ситуацией. — Нам нужно выяснить, как победить Темный Легион, а об Ордене я буду беспокоиться после, если до этого дойдет дело.

— Если? — осклабился Доминик. — Если Темный Легион уже идет по следу, как ты говоришь, это только вопрос времени, когда к ним подключится Совет. Если этого уже не случилось. Я совершенно не удивлюсь, если они уже в курсе происходящего.

— Ты все усугубляешь, — прорычал Габриэль, заметив ужас на моем лице.

— Позволю себе не согласиться. Я как раз единственный, кто старается помочь. Она должна знать правду и быть готовой к худшему. — Доминик повернулся к Тессе. — Почему ты так уверена, что они еще не в полной мере осведомлены об обстоятельствах? Что они не изучают свойства ее крови, пока мы тут разговариваем?

— Я бы уже об этом знала, — не сдалась Тесса. — Джемме все равно пришлось бы сдать им кровь. Мы бы уже что-нибудь да слышали.

— Ну конечно, ведь Совет известен своей прозрачностью и открытостью, — съязвил Доминик.

Тесса ему что-то ответила, но я ее уже не слышала. Я погрузилась в собственные мысли, в мое собственное отчаяние и страх, в тяжелое предательство, маячившее прямо у меня перед глазами.

— Это нелепо, — осклабился Доминик, глядя на Тессу.

— Дядя Карл взял у меня образец. — Мой голос был таким тихим, что я даже не поняла, произнесла ли это вслух.

— С каких это пор ты у нас эксперт? — осклабилась Тесса, с вызовом глядя на Доминика.

— Джемма? — окликнул меня Габриэль, перебивая перепалку между Тессой и Домиником. — Образец чего?

В комнате стало тихо, как в могиле.

— Моей крови.

— Черт возьми, ангел! Скажи, что ты не дала ее ему!

— Я не знала.

— Когда? Когда ты дала ему образец? — спросила Тесса, встревоженно переглядываясь с Габриэлем.

— Несколько недель назад. — Я подняла глаза, встречаясь с ней взглядом. — Он сказал, что тесты были неубедительными из-за Скрывающего заклятия.