Гомер
Шрифт:
игнорированием указанных [130] приемов у Гомера. Но мы сейчас не будем говорить о
композиции «Илиады». Гораздо более поразительно то, что Гомер, как оказывается, почти
не способен изображать событие так, чтобы оно было видно сразу со всех сторон. Если в
данный промежуток времени происходит несколько событий, то все эти события
изображаются у Гомера совершенно независимо одно от другого, так, как будто бы они
происходят совершенно в разное время. Можно
какой-нибудь предмет, например дом, то поэт сначала изображает одну сторону этого
дома, а потом другие его стороны, независимо одна от другой, как будто бы это был не
один и тот же дом, а четыре разных дома.
Что означает такого рода восприятие предмета? Что значит эта неспособность
изобразить предмет в целом и что значит это стремление изображать его отдельные
стороны независимо одна от другой? Это значит, что у Гомера при таком способе
изображения предметов отсутствует способность восприятия трехмерного
пространства, отсутствует способность восприятия рельефа. Перед нами не рельефное,
но пока только плоскостное восприятие предметов.
Допущение трехмерности и рельефа происходит у читателя и слушателя Гомера как
бы само собой, в виде необходимой догадки и совершенно без всякого специального
изображения. Такой способ восприятия пространства, конечно, пока еще примитивен и
очень мало говорит о какой-нибудь пластичности изображения. Тут еще нет пластики, хотя
это нисколько не мешает Гомеру пользоваться пластическими методами в другом смысле и
в других отношениях.
б) Геометрический стиль. Этот термин «геометрический стиль» в отношении
Гомера употребляется очень часто. Тем не менее весьма трудно найти его разъяснение по
существу с приведением материала из самого Гомера. Однако это для нас чрезвычайно
важно, потому что, наметивши выше основы плоскостного восприятия у Гомера,
необходимо, конечно, указать, чем же именно заполняется изображаемая плоскость.
Имеется работа Штелина о геометрическом стиле «Илиады» Гомера,5) которая пытается
конкретно указать элементы этого стиля.
С точки зрения этого автора, Зелинский совершенно правильно установил
плоскостной или линейный способ изображения у Гомера. Аналитики были неправы,
когда расчленяли «Илиаду» на отдельные разрозненные части без учета этих
геометрических приемов Гомера. Подобного
«Илиады» и вовсе не свидетельствуют о составлении ее из разрозненных кусков. Это
внутренний и вполне органический художественный стиль Гомера, аналогичный тому
[131] геометрическому стилю в изобразительном искусстве, который существовал в
Греции в период возникновения гомеровских поэм. Это не значит, что Гомер сознательно
вычерчивал в своих художественных образах эти треугольники, квадраты или ромбы. Для
него это было вполне естественным и безотчетным восприятием жизни.
Гомер здесь, конечно, отдавался чисто жизненному восприятию действительности,
которое было ему органически свойственно.
Ф. Штелин изображает схематически ход боев в «Илиаде» и этим доказывает
линеарный стиль описания боев у Гомера. На противоположных концах чертежа Штелин
отмечает лагерь греков и места, связанные с троянской стороной. В центре между ними
лежит равнина. Тонкими сплошными линиями изображается по вертикали движение войск
греков и тонкими прерывистыми – движение троянцев. Жирные сплошные и прерывистые
линии слева направо на чертеже указывают у него движение самих боев во времени. Весь
чертеж поделен по вертикали на четыре дня боев: I день (II-VII песни), II – (VIII-X п.), III
– (XI-XVIII п.), IV – (XX-XXII п.).
В первый день боев ахейцы пересекают равнину (II.465, 785, III.14), а троянцы
укрепляются у кургана Батиеи (II.815, III.2, 15). Битва начинается поединком Менелая и
Париса, а затем договор о перемирии нарушен стрелой Пандара. Ахейцы достигают
передовых троянских постов (IV.505), троянцы отступают (V.37, 93), а Диомед в V песни
совершает свои подвиги, в то время как троянцы с помощью Ареса начинают наступать, а
затем вновь отступают. Попеременный успех греков и троянцев, не указывающий на
решительный перевес тех или других, передан на чертеже линией, напоминающей
меандр6) и выражающей симметричность и параллелизм действия обоих войск.
Второй день боев, по Штелину, уже не характеризуется таким равновесием, как
первый. Здесь начинает действовать обещание Зевса покарать ахейцев за обиду,
нанесенную Ахиллу. Ахейцы после незавершенного боя (VIII.78) бегут; и только Диомед с
Нестором пытаются противостоять троянцам, но молния Зевса обращает их в бегство
(VIII.157), и ахейцы отступают в пространство между рвом и стеной (VIII.213). Диомед,
получая поддержку от Тевкра, стремится вырваться за ров (VIII.255); но после их ранения