Гомер
Шрифт:
принадлежащий ей и для нее специфический эпический стиль.
II. Принципы стиля Гомера.
1. Строгий эпический стиль и свободный (смешанный) эпический стиль.
а) История стиля и история общества. Чтобы говорить подробнее об эпическом
стиле Гомера, надо говорить о том общественном бытии, отражением которого он
является.
Гомер отражает не просто общинно-родовую формацию,
художественный стиль не просто эпический и не только строгий эпический стиль. Уже
началось разложение общинно-родовой формации, зарождение в ней частной
собственности, выступления отдельного индивидуума, правда, еще не оторвавшегося от
родовой общины, но уже сознающего себя как самостоятельного героя, часто
действующего по своей инициативе и по своим личным побуждениям. Появляются
разного рода сословия и среди них родовая знать, которая живет весьма обеспеченно и
даже роскошно и имеет много времени для удовлетворения своих эстетических
потребностей.
В такую эпоху строгий эпический стиль уже перестает удовлетворять. В нем
начинают зарождаться и бурлить всякие другие литературные стили и всякие другие
литературные жанры. И если более ранний тип эпоса мы назвали строгим, то этот
позднейший эпический стиль мы можем назвать свободным или смешанным эпическим
стилем. [122]
Оба эти стиля невероятным образом перемешаны у Гомера. Но не различать их никак
нельзя, потому что иначе поэмы Гомера станут для нас неподвижной глыбой и мы не
почувствуем в них тех сдвигов прогрессивных тенденций, которые борются в них со всем
старым и отживающим и которые делают самые поэмы живыми и трепещущими
организмами историко-литературного процесса в Греции.
б) Всякий стиль находится в процессе становления. Не существует никакого
эпоса, ни строгого, ни свободного, как и вообще никакого стиля, если принимать эти
понятия как неподвижные метафизические категории. Конечно, определяя тот или иной
принцип и раскрывая то или иное понятие, мы неизбежно даем ту или иную отвлеченную
и неподвижную формулу, ибо иначе мы не могли бы построить никакой науки. Но не
нужно забывать, что всякая формула является только принципом для бесконечного ряда
явлений, то приближающихся к этой формуле, то удаляющихся от нее. Поэтому и то, что
мы назвали строгим стилем, бесконечно разнообразными путями и часто едва уловимыми
сдвигами переливается у Гомера в так называемый свободный
что тут даже и не два стиля, а скорее неопределенное множество разного рода стилей,
размещающихся между этими двумя указанными предельными точками. Жизнь и
движение – прежде всего; и к художественному стилю это должно применяться так же, как
и ко всему, что вообще существует на свете.
Остановимся на основных принципах гомеровского стиля, которые мы
формулировали выше. Но, анализируя каждый такой отдельный и частичный принцип,
будем везде отмечать это живое переплетение строгого и свободного эпического стиля,
которое было не чем иным, как отражением в литературе такой же сложной и переходной
социально-исторической эпохи, шедшей от одной формации к другой.
2. Объективность эпоса.
а) Характеристика. Первый принцип, вытекающий из сущности эпического стиля,
есть его объективность. В самом деле, эпос есть примат общего над индивидуальным. Из
этого эпический художник делает тот вывод для себя, что и его собственная личность тоже
есть нечто третьестепенное, неосновное, несущественное, что в свои произведения он
ничего не должен вкладывать личного, случайного, капризного, что все изображаемое им
не выдумано им самим, но существует или существовало фактически, реально,
объективно. Эпический художник как бы совсем не пользуется своей фантазией. Не только
реальные люди и вещи, но и все сказочное, мифическое, фантастическое мыслится им как
нечто объективное и невыдуманное. Даже боги, даже демоны, даже любые чудеса и
невероятные события, – все это мыслится в эпосе реально [123] существующим, а вовсе не
результатом творческой фантазии или досужего вымысла поэта.
б) Повествование. То, что мы сейчас называем объективностью эпоса, обычно
называют повествованием.
Повествовательный род поэзии характеризуется той основной позицией поэта, в
силу которой он направляет свое внимание на изображение фактов и событий так, как
будто бы сам поэт был здесь ни при чем и как будто бы его собственная внутренняя жизнь
была ему совершенно неинтересна. Но в отношении таких произведений, как поэмы
Гомера, где изображается масса всякого рода невероятных событий, будет более
выразительно говорить об объективности эпоса, чем об его повествовательности.
Конечно, исключение собственных интересов поэта является фиктивным, так как