Голый риск

Бёрк Джордан

Остаток вечера пришел примерно так же — общение, смех, и все это вызывало мысли о нем. Я представляла себе, чем он занимается. Беспокоилась о его безопасности. А внезапный всплеск страха напомнил о серьезной вероятности, что что-то пойдет не так, и я никогда больше его не увижу.

Тэйра заговорила, вырывая меня из тревожных раздумий.

— А я рассказывала тебе о том, что они начинают на следующей неделе?

— На работе?

— Ага, — ответила она, засовывая салфетку в стакан. — Случайный тест на детекторе лжи. Какое-то улучшение от службы безопасности.

Я

ничего не сказала. Даже если бы захотела, не смогла. Руки и ноги покалывало от волнения, а в горле внезапно пересохло. Мы с Уоттсом только недавно обсуждали подобный вопрос, а теперь это происходило.

***

Позже вечером, добравшись домой, переодевшись и забравшись в постель, я написала Уоттсу.

Мне срочно нужно поговорить с тобой. Хочу, чтобы ты был здесь.

Прошло полчаса. Час. Два. Мой звонок перенаправился на голосовую почту. Оставила быстрое сообщение с просьбой написать, когда у него появится минутка, и что я просто хотела услышать его голос.

Он не ответил и не позвонил. В ту ночь я почти не спала.

Глава 6

Уоттс

В среду и четверг мы наблюдали за домом. Арендовали белый минивэн, и Спенсер принес с собой магниты с надписью «Bluewave Satellite Installation» и поддельным номером телефона, чтобы прицепить их на каждую из сторон. К крыше мы прикрепили лестницу.

Прикрытие оказалось идеальным. Никто не собирался с нами разговаривать, потому что никому не хотелось столкнуться с натиском независимого подрядчика в сфере телевизионного сервиса. Люди изо всех сил старались избегать нас.

Поработав с полученными разведданными, мы обнаружили, что камеры находились не в одном доме, а в двух. Нам пришлось разделиться, так как второй был примерно в двух милях.

Спенсер занялся им, а я остался. На своем объекте я заметил больше движения. В этом месте они однозначно собирались для планирования и для того, чтобы трахать проституток.

Рано утром в среду подъехал Спенсер и прикрыл меня, когда я проскользнул в дом и установил в этом месте четыре микрофона, а также камеры в кабинете и двух ванных комнатах.

Активность террористов мы мониторили на ноутбуке в минивэне.

— Это как чертово порно, — в какой-то момент произнес Спенсер, имея в виду непрекращающийся поток проституток, которых заводили и выводили всю ночь напролет. — Эти парни набожные, да? Благочестивые и искренне преданные своему богу.

— Вспомни захватчиков самолетов одиннадцатого сентября, — сказал я. — За день до атаки они провели кучу времени в стрип-клубах. Так что да, они набожны… когда это выгодно.

Большую часть времени слежка может быть довольно скучным занятием, особенно если заниматься ей в одиночестве. Но в этот раз у меня имелся напарник. Мы много разговаривали по телефону. В основном

трепался Спенсер о Стефани — своей женщине — и его болтовня в конечном итоге снова превратилась в лекцию о том, как я проживаю собственную жизнь.

— Ты не знаешь, что теряешь, Уоттс, позволь рассказать.

Я держал телефон на расстоянии от уха, закатывая глаза. Его излияния по поводу вновь обретенной любви начинали звучать банально. Я знал, что парень искренен, но еще мне казалось, что он слегка туповат.

— Никогда не думал, что случится, когда тебе стукнет, скажем, пятьдесят? — поинтересовался он. — Можно прожить всю жизнь, трахая случайных женщин. Однако когда ты станешь стариком, Уоттси, ни одна горячая цыпочка не захочет тебя. Придется им за это платить, — рассмеялся он.

— Я никогда не платил за секс, — объявил я.

— Это ты сейчас так говоришь, но когда станешь старше, выбора не будет.

— В этом есть какой-то смысл? — спросил я, потянувшись через пассажирское сидение и открывая пачку с миндалем.

— Смысл вот в чем: тебе нужно найти женщину и начать возвращаться к жизни.

Мне уже надоело слушать его рассуждения о моей жизни. Я не поправлял, и Спенсер ошибался в своих суждениях. Он понятия не имел, что со мной происходит. Я продержался пару дней, пока подозрения о причинах его присутствия не сошли на нет. Не осталось ни единого шанса на то, что Макдауэлл послал его разрушить мои отношения с Кэтрин.

Поэтому я признался ему.

— У меня есть женщина, Спенсер.

На другой стороне линии воцарилась тишина.

— Хрень собачья, дружище. Ты так говоришь, чтобы заткнуть меня. Я знаю тебя лучше…

— Ты не знаешь меня, — прервал я. — Ты знаешь то, что я хочу, чтобы ты знал.

— Ха-ха, значит все правда. Я могу не знать деталей твоей жизни, но узнаю этот тон. Так кто она?

Я поведал ему только основные факты — как мы познакомились, о нашей личной встрече, как много проводили времени вместе и, самое важное — только ее имя.

День перевалил за половину, время приближалось к четырем. За час до этого прибыло нескольких школьных автобусов, и улица оживилась. Родители ждали на углах. Дети выбегали навстречу, слишком большие рюкзаки давили на их спины. Пара молодых парней начала играть в футбол пластиковой бутылкой. За пять минут пока я рассказывал Спенсеру о Кэтрин, все разошлись, и в районе снова стало спокойно.

— Даниэль Уоттс, ты — скрытный ублюдок.

— Мне платят за скрытность, — сказал я. — И позволь напомнить, что ты такой же. Это останется между нами.

— Без проблем. Уверен, наш замечательный мистер Макдауэлл в курсе, да?

Минуту я молчал, потерявшись в мыслях. Просто наблюдал, как по улице едут две машины. Одна принадлежала агенту недвижимости, а вторая — минивэн с маленькими белыми наклейками на лобовом стекле, оповещающими, сколько человек в семье. Из-за угла вырулил грузовик службы дезинсекции и направился в мою сторону.

— Ты здесь, Уоттс?

— Да, Макдауэлл в курсе. В курсе всего, как и всегда. И не одобряет.

— К черту его.