Голый риск
Шрифт:
Она кивнула.
— Хорошо.
— Я живу опасной жизнью. Для меня и других людей. Уже десять лет я знаю, что все это может закончиться в любую секунду. — На несколько секунд я замешкался, не желая произносить слова, но зная, что должен. — Я пообещал, что с тобой этого не случится, но не почувствую себя нормально, не дав понять, что риск будет присутствовать всегда. Просто именно так все работает в мире.
С ее лица до сих пор не сошла маска страха и волнения. Злость испарилась. И хоть мне не нравилось оказывать на нее такое давление, но это
Она еще не ответила. Вероятно, понимая, что мне есть что сказать.
— Мы уже вовлечены больше, чем мог бы подумать каждый из нас, — продолжил я. — Но если ты со мной, пути назад уже не будет. Ни от моего образа жизни, ни от меня. Я никогда не оставлю тебя там, в одиночестве с угрозой безопасности из-за связи со мной. Я никогда не уйду из твоей жизни. Все кардинально изменится.
— Я так много думала об этом, — произнесла она в этот раз без замешательства. — И каждый раз будущее совсем не похоже на мою жизнь. Я хочу этого. Я хочу тебя.
— Я с тобой, — заверил я. — Тебе лишь нужно определиться, хочешь ли ты, чтобы я остался.
Она улыбнулась, а по ее щеке побежала слеза.
— Я провела всю жизнь, чувствуя себя либо как в тюрьме, либо дрейфуя без якоря. Думала, что изменение образа жизни, отречение от людей и получение хорошей работы даст мне что-то, чтобы я могла продержаться. Так безопасно, но это не жизнь.
Она прервалась на мгновение, и я помимо воли задумался о том, насколько мы похожи. Одинокая жизнь, сосредоточенная исключительно на работе. Она права. Подобное не имеет ничего общего с настоящей жизнью. Я понял это уже некоторое время назад, с каждым годом убеждаясь все больше и больше, но не чувствовал этого так сильно, пока не встретил ее.
Я поднял руку к лицу Кэтрин и стер слезу большим пальцем.
— Я никогда не чувствовала себя такой настоящей, как сейчас. Никогда. Ты — единственный человек, с которым я когда-либо контактировала и поэтому попытала счастья с тобой. Я так рада, что сделала это. Я понимаю, что ты просишь рискнуть еще раз, но ты ведь тоже рискуешь, знаешь? — Она смотрела мне прямо в глаза.
Она была права. Я кивнул.
— Итак, — произнесла она, — я доверяю тебе, Даниэль Уоттс. Верю. А ты мне?
— Полностью.
Я притянул ее к себе, прижимаясь губами к губам. Заплакав сильнее, Кэтрин попыталась отстраниться, но я не отпустил. Хотелось хоть ненадолго продлить нашу близость. Через мгновение я позволил ей отодвинуться.
— Настолько, что даже дашь мне уйти? — спросила она. — Ты не смог бы, даже если бы попытался.
Я посадил ее к себе на колени и откинулся на диване. Она приблизилась к моему лицу, и мы поцеловались. Наши губы и языки поглощали друг друга, а в воздухе повисли невысказанные слова. Слова, которые в скором времени будут озвучены. В правильный момент, когда я почувствую, что она находится в достаточной безопасности, чтобы услышать их.
Она отклонилась, оставив руки по обеим сторонам
— Может, тебе стоит найти занятие на несколько следующих вечеров, — сказал я, садясь. — Займись чем-нибудь нормальным.
— Нормальным?
Она опустила ноги на пол и встала.
Я встал перед ней, глядя на ее красивое лицо.
— Выйди прогуляться с как там ее имя? Тэйра? Она все время пытается заставить тебя что-нибудь сделать. Иди. Повеселись.
— Но…
— Знаю. Ты волнуешься. Все пройдет нормально. Все будет в порядке.
Глава 3
Кэтрин
Я понятия не имела, как нормально работать в этот день. Во время утреннего разговора Уоттс рассказал о том, как изменится моя жизнь. Вроде бы все должно было начаться в будущем — через неделю, месяц или год — но уже сегодня я прочувствовала начало.
Работа меня не интересовала. Я не имела никакого желания возвращаться к ней. Никогда.
Когда приехала сюда этим утром, создалось ощущение, что я сделала шаг назад в прошлое. Многое в моей жизни начинало казаться несущественным, и работа в том числе. Я никогда не стремилась заниматься чем-то подобным. И, несмотря осознание, что предоставляю столь необходимую многим услугу, для меня это все еще был лишь вариант стабильного заработка.
Теперь же все изменилось. Вместо надежной, комфортной позиции, которая обеспечивала постоянство, теперь моя работа казалась мне не более чем сдерживающим фактором.
Перед уходом Уоттс сообщил, что ему понадобится несколько дней, чтобы кое о чем позаботиться. Он не сказал, о чем именно, а я не спрашивала. Потому что доверяла ему. И знала, что он ко мне вернется.
Но все равно три дня его отсутствия ощущались как три месяца.
В почтовой службе безопасности вторник — достаточно загруженный день. Нам с Тэйрой не удалось пообщаться до перерыва на обед.
— Когда ты снова встретишься с мистером Загадкой?
Если бы она только знала, насколько Уоттсу подходило это имя.
— Вероятно, в эти выходные, — ответила я. Не хотелось говорить, что мы виделись прошлой ночью. Я решила стать еще более скрытной.
Весь день у меня было чувство, как будто за мной следят. За мной, конечно, всегда наблюдали, учитывая количество камер по всему зданию. Но на этот раз все ощущалось по-другому, как будто кто-то знал мой секрет. Я понимала, что это паранойя, которая иногда бывает не лишней, особенно если ты скрываешь секрет наподобие моего.
— Это хреново, — сказала она. — В смысле, для тебя это хорошо. Я имела в виду не то, как это прозвучало. Но я собиралась на эти выходные пригласить тебя к тете с дядей в дом у озера в Вирджинии.