Глубокий сон

Чандлер Раймонд

Я подмигнул ей.

– Конечно рассказываю. Каждый знает, что такой промысел существует. Голливуд создал спрос на подобные вещи. Если такой магазин существует, то именно на главной улице. Это выгодно для любого полицейского. По тем же причинам, по каким полиция признает кварталы с красными фонарями. Ибо прекрасно знает, что у нее все под рукой и что в любую минуту она может наложить на это лапу.

– Боже мой! – взвыла блондинка. – Ты позволяешь этому хаму сидеть здесь и клеветать на меня? И это тогда, когда в руке у тебя револьвер, а у него только сигара во рту?

– Меня

это забавляет, – буркнул Броуди. – Парень правильно мыслит. А теперь закрой рот и держи его все время закрытым, чтобы мне не пришлось его захлопнуть. – Он небрежно пригрозил ей револьвером.

Блондинка, отвернувшись к стене, с трудом ловила ртом воздух. Броуди посмотрел на меня и хитровато спросил:

– И как же это я дошел до этого первоклассного дела?

– Вы застрелили Гейгера, чтобы получить это. В последнюю дождливую ночь. Погода была прекрасной для того чтобы пострелять немного. Беда в том, что вы были не одни, когда ликвидировали его. Или вы этого не заметили, что я считаю невозможным, или душа у вас настолько ушла в пятки, что вы ни на что не обращали внимания. Хотя, с другой стороны, у вас хватило самообладания, чтобы вытащить кассету с пленкой из фотоаппарата, а через некоторое время вернуться и спрятать труп Гейгера. Вам было необходимо время, чтобы забрать из магазина все книги, прежде чем полиция обнаружит убийство.

– Замечательно, – презрительно произнес Броуди, и револьвер пошевелился на его коленях. Темное, загорелое лицо стало жестким, как будто изваянным. – Играя в угадайку, вы играете с огнем, мистер. Вам чертовски повезло, что это не я застрелил Гейгера!

– Несмотря на это вас привлекут к ответственности, – заметил я доброжелательным тоном. – Вы могли приказать убить его.

Голос Броуди словно увял.

– Вы думаете, они могут пришить мне это дело?

– Железно.

– Каким образом?

– Есть некто, кто даст именно такие показания. Я вам сказал, что при этом был свидетель. Не будьте наивны, Джо.

Только сейчас Броуди взорвался:

– Эта чертова падаль, помешанная на мужчинах девка! – рявкнул он.
– Она на это способна! К черту ее! Именно она способна.

Я уселся поудобнее и улыбнулся ему.

– Прекрвсно. Я знал, что ее снимок в костюме Евы именно у вас.

Он не произнес ни слова. Блондинка тоже молчала. Я дал им время, чтобы они могли переварить это. Постепенно лицо Броуди обрело естественный вид. Казалось ему стало легче. Револьвер он положил на край стола, однако держал вблизи от него свою правую руку. Потом стряхнул пепел с сигары на ковер и посмотрел на меня глазами, превратившимися в две узенькие щелочки. – Сдается мне, вы принимаете меня за идиота, – заметил он.

– Скорее, за обыкновенного шантажиста. Отдайте мне снимки.

– Какие снимки?

– Вы ставите не на ту карту, Джо. Невинная поза вам ничего не даст. Или вы лично были в ту ночь там, или получили снимок от кого-то, кто был там. Вы знаете, что та малышка была там, поскольку велели своей приятельнице напугать миссис Риган, что сообщите полиции об убийстве. Чтобы сделать это, вы должны были или

видеть все это, или же получить снимок, будучи проинформированным, где и когда он сделан. Так что не выкомаривайтесь и будьте рассудительны.

– Мне нужно немного денег, – сказал Броуди. Он повернул голову, чтобы посмотреть на свое зеленоглазое счастье. Увы, теперь это была уже не зеленоглазая чарующая блондинка. Она была похожа скорее на дохлого пса.

– Никаких денежек, мой дорогой, – сказал я. Он хмуро взглянул на меня ис подлобья.

– Как вы вышли на меня?

Вынув бумажник, я показал ему свое удостоверение.

– Я следил за Гейгером по поручению моего клиента. Поэтому и находился вчера ночью неподалеку от его дома. Так что слышал выстрелы и проник внутрь. Я не видел убийцу, но видел все остальное.

– И вы держали рот на замке?

Я положил бумажник в карман.

– Да. По крайней мере до сих пор. Так получу я эти снимки или нет?

– А что с книгами? – спросил Броуди. – Как вы вышли на след?

– Я ехал за ними от магазина Гейгера прямо сюда. У меня даже есть свидетель.

– Тот сукин сын?

– Какой сукин сын?

Он хмуро посмотрел на меня.

– Тот сопляк, который работал в магазине. Он смылся, когда грузовик уехал. Агнесса не знает, где он шляется.

– Очень хорошо, – заметил я, улыбнувшись ему. – Это немного беспокоило меня. Кто-нибудь из вас был в доме Гейгера? Перед последней ночью?

– Ни разу, – резко запротестовал Броуди. – Значит, она утверждает, что это я его застрелил, да?

– Когда снимки уже будут у меня в руках, может, мне удастся втолковать ей, что она ошибается. Она была в тот момент не совсем трезвой. Броуди вздохнул.

– Она меня смертельно ненавидит. Я бросил ее. Конечно, она мне заплатила, но все равно я бросил бы ее. Она была слишком извращенной для такого обыкновенного парня, как я. – Он откашлялся. – Ну хорошо, а как насчет какой-нибудь небольшой суммы? Я совсем без денег, а мы с Агнессой должны как-то выкрутиться из беды.

– Но не за деньги моей клиентки.

– Но послушайте...

– Отдайте снимки, Броуди.

– Черт с вами, – сказал он. – Вы выиграли.

Броуди встал и сунул револьвер во внутренний карман. Левой рукой он пошарил в кармане плаща. На его лице отразилось ожесточение. Вдруг у двери зазвенел звонок, и все звонил и звонил.

Глава 15

Звонок явно не понравился Броуди. Он крепко сжал губы и сдвинул брови. Его лицо приобрело вульгарное и хитрое выражение.

А звонок все заливался у двери. Признаюсь, что мне это тоже не понравилось. Если бы, случайно, гостями были Эдди Марз и его ребята, я, вероятно, превратился бы в холодный кусок падали лишь потому, что находился в этой комнате. Если бы это была полиция, то в качестве оправдания своего присутствия здесь, я мог бы предъявить лишь исключительно вежливую улыбку. Наоборот, если бы это был кто-нибудь из друзей Броуди, – разумеется, ежели у него имеются таковые, – то они могли бы оказаться намного опаснее его самого.