Глаз Ночи
Шрифт:
Когда деньги были переданы, документы подписаны и Ангелов уже считал себя почти полновластным хозяином комбината, ситуация неожиданно изменилась. По инициативе одного из членов административного совета была проведена проверка деятельности администрации. В ходе этой проверки выяснилось, что общее собрание акционеров, на котором избирался административный совет, было проведено с некоторыми нарушениями устава. Нарушения были незначительные, но тем не менее они давали возможность любому заинтересованному акционеру оспорить законность выборов совета, а тем самым была признана незаконной и произведенная
Сделку опротестовали, Ангелову вернули его деньги – естественно, только официальную часть. Вся неофициальная сумма, «подводная часть айсберга», пропала безвозвратно.
Вячеслав пытался что-то предпринять, но директор, с которым он имел дело, тоже был смещен новым административным советом, и в итоге Ангелов остался и без акций, и без денег.
А некоторое время спустя он узнал от верных людей, что вся эта операция была задумана заранее, и за ней стоял тогда мало кому известный Артем Зарудный.
Часть денег для приобретения акций комбината Ангелов занимал, поэтому ему пришлось продать практически все, что он имел, для того чтобы рассчитаться с долгами, и к концу этих печальных событий он остался почти нищим.
Вячеслав был сильным человеком, он не сдался и заново сколотил состояние, но при воспоминаниях о событиях девяносто четвертого года и при упоминании имени Зарудного лицо его каменело.
Поэтому когда Лола сказала ему, что Зарудный – ее враг и что она хочет подставить его, эти слова упали на благодатную почву. Вячеслав Ангелов и сам часто мечтал о том, чтобы заманить Зарудного в ловушку, обмануть и разорить его, нанести удар по самому его чувствительному месту – по банковскому счету, но до сих пор такой возможности ему не представлялось, а Ангелов был очень осторожен и не хотел рисковать своими собственными деньгами и положением ради такого сомнительного дела, как месть.
Существовала еще такая возможность, что девчонка все ему наврала. Он поймал ее на месте преступления, когда она хотела спереть из сейфа дорогой изумруд, вот она и наболтала, что в голову пришло. Ангелов прокручивал в голове все события, случившиеся минувшей ночью, и все больше склонялся к мысли, что во всей этой истории действительно что-то есть. Только вот что?
Вполне возможно, что его хотят втянуть в какие-то сомнительные махинации, что фамилию Зарудного упомянула девчонка только для того, чтобы поймать его, Ангелова, на крючок. Но уж очень сложно задумана афера. К тому же у них явно все пошло не по плану, потому что после ночи любви он должен был вылакать вино со снотворным и крепко спать. Выработанная за годы осторожность подсказала ему, что с вином что-то не так. Что скрывать, девушка показалась ему восхитительной, и дело тут даже не в том, что он скоро окончательно озвереет от долгого воздержания, потому что с собственной женой, с этой стервой, с этим крокодилом, ядовитой змеей и пираньей в одном изящно упакованном флаконе он не желает иметь никакой близости!
Несмотря на то что рядом с Ольгой его охватило чувство счастья и покоя, он все же сообразил, что работа прислуги – не для нее, слишком многое она умеет, слишком тонко чувствует. Он заподозрил неладное и оказался прав. Но, однако… как же Лерку-то ей удалось провести?
Банкир
Что из всего этого следует? Пока ничего.
Пока что никто ничего ему не предложил, ничего не случилось, никто на него не вышел. Девчонка исчезла из дома, не прихватив даже собственные вещи, даже денег эта жадина Лерка ей не заплатила за работу.
С необъяснимым злорадством наблюдал Ангелов, как на щеке жены расцветает лиловым цветом огромный синяк. Лерка не могла ничего умнее придумать, как сказать, что спросонья наткнулась в спальне на угол платяного шкафа, но он-то сразу понял, что синяк – результат прощальной беседы Лерки и мнимой горничной. Девочка явно не промах! И в постели… но про это Ангелов запретил себе даже думать, потому что такие мысли черт знает куда могли завести.
– Дорогая, – говорил в это время Маркиз Лоле, свернувшейся калачиком под одеялом, – пора вставать! Уже второй час!
Из-под одеяла раздался полный муки стон. Несколько дней Лола провела, отдыхая от тяжелых трудов в доме банкира Ангелова, и совершенно обленилась. Она спала до полудня, часами лежала в ванне, ела исключительно фрукты и орехи, а вечера проводила перед телевизором либо перечитывая мемуары знаменитых актеров прошлого.
– Лолка, – Маркиз начал сердиться, – вылези же, наконец, на свет Божий, ты совершенно опухла от сна.
– В этом доме меня любит только Пу И, – глухо раздалось из-под одеяла, – песик поддерживает меня в трудную минуту, у него ангельский характер!
– Я бы так не сказал, – заметил Маркиз, присаживаясь на край кровати, – видела бы ты, как он набросился сейчас на прогулке на белую королевскую пуделицу, он ее чуть не изнасиловал!
– Это Марго из соседней парадной? – Лола так возмутилась, что даже высунула нос из-под одеяла. – Да она сама его все время соблазняла! Вечно задом своим толстым перед ним вертит!
– Ну, он сам набросился на нее как зверь! И это при его-то размерах! – восхитился Маркиз. – Чуть было не свершилось прелюбодеяние, я его еле оттащил. Но зато хозяйка пуделицы так разъярилась, что чуть не изнасиловала меня!
– Да? Ну ты, верно, был не против. – Лола опять спряталась под одеяло.
– Если бы ты ее хорошенько разглядела, ты бы так не говорила, – укоризненно заметил Леня. – Ну так будешь вставать?
– А завтрак в постель? – послышалось из-под одеяла.
– Завтрак ты проспала, а обед в постель не подают, – резонно возразил Маркиз, – так что покажи личико, Гюльчатай!
Лола вынырнула из подушек, и Ленька картинно зажмурил глаза.
– Что, так ужасно? – Она потянулась к маленькому зеркальцу, валявшемуся рядом с кроватью.
– Банкирша Ангелова взяла бы тебя на работу без всяких сомнений! – заявил Леня.
– Не напоминай. – Лола поморщилась и тяжело вздохнула. – Что у тебя за манера – бить по самому больному? Вечно вы, мужики, норовите обидеть бедную девушку.
– Вот как раз об этом я хотел с тобой поговорить! – оживился Леня. – У тебя появилась возможность отомстить этой семейке.