Глаз Ночи

Александрова Наталья Николаевна

Маркиз протиснулся мимо нее в гостиную, нагнал Пу И и попытался взять его на руки. Песик в руки не дался, он вообще выглядел очень агрессивно, рычал и скалил зубы.

– Ну как знаешь, – вздохнул Маркиз, – помни, что я тебя предупреждал…

– Немедленно говори, что у тебя творится! – завопила потерявшая терпение Лола. – На неделю нельзя оставить!

– Да

понимаешь, девочка, – Леня смущенно потупился, – ты ведь ушла, и унесла Пу И… а мне было ужасно одиноко… человек не может долго быть один, он животное общественное! Это, кажется, Гейне сказал или Марк Твен, ты не помнишь?

– Не помню, – проскрипела Лола железным голосом.

– Я, конечно, проявил слабость и вообще поступил очень легкомысленно… – тянул Леня.

– Так я и знала! – воскликнула Лола, патетически воздев руки к потолку. – Так я и думала!

Шуба очень мешала движениям, и Лола наконец сбросила ее прямо на пол, при этом оторвался крючок, но Лола даже не заметила.

– Постой-постой, – опомнился Леня, – все не так…

– То есть как это – не так? – Лола кричала в полный голос в праведном негодовании. – Не прошло и недели, как ты привел сюда бабу! В эту квартиру, где мы жили с тобой! Она пользовалась моими вещами!

Пу И между тем осмелился лапой тронуть дверь спальни, откуда не доносилось ни звука.

– Пуишечка, не нужно! – взмолился Маркиз.

– Как это интересно, не нужно! – взревела Лола. – Очень даже нужно! Сейчас мы посмотрим на твой вкус. Небось швабра какая-нибудь, как и все твои прошлые…

Она оттолкнула Маркиза, пытавшегося своим телом закрыть дверь в спальню, распахнула дверь и остановилась на пороге.

Пу И проскочил внизу и по инерции проехал по ковру на середину комнаты. Осознав на ходу положение, он притормозил, для этого пришлось сесть на попу. Песик издал не то визг, не то взлай и замолчал, уставившись на кровать.

Посмотреть было на что. Поверх шелкового пододеяльника возлежал огромный угольно-черный котяра. Лапы и манишка были белее снега. Шерсть блестела и лежала волосок к волоску. Кот лежал в классической позе

сытого льва и смотрел на вошедших невозмутимыми изумрудными глазами. Кончик хвоста чуть колыхался.

– Где она? – тупо спросила Лола, оглядываясь по сторонам. – Где твоя девка?

– Нет никакой девки! – рассердился Маркиз, отыскав наконец махровый халат и натягивая его на себя. – Я же пытался тебе сказать, а ты ничего не слушала. Мне было очень одиноко, и я пригласил Аскольда пожить у нас.

– Аскольда? – Лола захлопала глазами.

– Дорогая, – Маркиз от души наслаждался ситуацией, – общение с банкиром не пошло тебе на пользу. Вынужден признать, что ты стала хуже соображать… Кота зовут Аскольд, потому что он очень похож на моего старого друга и учителя. Ты веришь в переселение душ?

– Во всяком случае твоей душе скоро придется переселяться, потому что я вытрясу ее из тебя всю без остатка! – зловеще пообещала Лола. – Как ты посмел привести в дом постороннего кота, когда тут Пу И?

– Я думал, что вы меня бросили. – Маркиз покаянно наклонил голову.

В это время Пу И, осознав, что на его месте в кровати находится посторонний ненавистный кот, залился негодующим лаем.

Он бегал вокруг кровати, постепенно сужая круги, и поливал кота отборными собачьими ругательствами.

«Узурпатор! – лаял он. – Мерзкий приживал! Обманом влез в дом, занял чужое место и надеешься, что тебе все сойдет с рук? Да мы таких…»

Забывшись, он подскочил слишком близко к кровати и даже ухватил зубами край одеяла Кот, почувствовав легкое движение под собой, повернулся и выразительно поглядел на Пу И.

«Вы, кажется, хотели что-то сказать? – говорил его взгляд. – Прошу прощения, задумался, не расслышал…»

Пу И остановился на полуслове, загипнотизированный кошачьим взглядом.

«Э, ничего особенного, мое дело может и подождать…» Он развернулся и вышел из спальни, стараясь сохранить остатки достоинства.

Лола с Маркизом поглядели друг на друга и дружно расхохотались.