Герой ее романа
Шрифт:
Он легонько поцеловал ее в шею.
— Спасибо, Клэр. Ты сделала меня счастливейшим из смертных.
Клэр что-то ответила, но он не расслышал, потому что она все еще говорила, уткнувшись в подушку. Чувствуя потребность видеть ее, Том ласково перевернул Клэр на спину. Щеки ее чуть-чуть порозовели, а прекрасные карие, оленьи, глаза смотрели так ласково, что он просто не мог ее не поцеловать. Однако ему нужно было срочно выяснить один вопрос, поскольку от этого зависело его будущее.
— Ты ведь останешься со мной, Клэр? По-моему, мы прекрасно подходим друг другу во
Клэр вздохнула, не открывая глаз, и Том забеспокоился, почему она не отвечает ему.
Он слегка потряс ее за плечо.
— Так решено? Ты останешься со мной, Клэр?
Наконец она открыла глаза, и Том нахмурился, увидев испуг на ее лице.
«Черт возьми, неужели она хочет уклониться от прямого ответа?!»
Клэр протянула руку и погладила его колючий подбородок своими длинными тонкими пальцами.
— Могу сказать только одно: я люблю тебя, Том. Да ты и сам это знаешь.
Сердце Тома готово было разорваться. Она говорила эти слова и раньше, но с каждым разом он чувствовал себя все более уверенно. А сейчас он и вовсе был несказанно доволен собой. Повернув голову, он поцеловал ее в ладонь и заметил, как она глубоко вздохнула от удовольствия.
— Ты самая удивительная женщина из всех, с кем мне доводилось встречаться, Клэр, — заверил он ее, потому что, во-первых, это была правда, а во-вторых, сказать это было гораздо легче, нежели произнести три заветных слова.
— Спасибо.
— Значит, все решено? — Том снова принялся целовать ее в шею.
— Видишь ли… Это будет зависеть… от некоторых обстоятельств.
Он поднял голову и бросил на нее быстрый взгляд.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я? Я хочу сказать… О господи! — Клэр вдруг резко села, опершись о спинку кровати, и натянула простыню до подбородка.
— В чем дело, Клэр?
«Пропади все пропадом! Какого дьявола эта женщина колеблется?»
Том пытался подавить свою досаду, но у него это плохо получалось. Он бросил на Клэр недовольный взгляд. Она повесила голову и выглядела очень несчастной.
— Прости меня, Том! Не мог бы ты дать мне немного времени? Боюсь, тебе обо мне еще не все известно.
Том тоже сел и запустил пальцы в волосы. Когда Клэр вот так вздрагивала от страха перед ним, это только злило его еще больше. Надеясь успокоиться, он сделал глубокий вдох.
— Ради бога, Клэр, если я чего-то не знаю, скажи мне! Мы ведь уже так много рассказали друг другу. Мне казалось, между нами не осталось ничего недосказанного. Если только… О господи! Неужели ты замужем?
Как только эти слова слетели с его языка, он тут же понял, что этого быть не может. Она ведь была девственницей!
Клэр так резко тряхнула головой, что Том почувствовал себя виноватым. Он погладил ее по плечу.
— Нет. Конечно же, нет! Прости, Клэр. Но почему ты не хочешь сказать мне, в чем проблема? Ты что же, мне совсем не доверяешь?
С неизбывной тоской она печально произнесла:
— Разумеется, я доверяю тебе, Том. А вот мне доверять нельзя…
«Боже правый!
— Почему же нельзя, Клэр? Вот я, например, тебе доверяю.
— Спасибо…
Голос ее задрожал, и Том решил, что будет лучше на нее сейчас не давить. Когда-нибудь она сама расскажет обо всем.
Внезапно в коридоре раздался какой-то стук. Том заметил, как Клэр замерла и бросила испуганный взгляд на дверь.
— Господи боже мой! Это, должно быть, Салли открывает ставни. Который час? — Теперь в голосе ее слышалась тревога.
— Семь с чем-то. Не беспокойся, ты не проспала.
— Как ты не понимаешь?! Нельзя, чтобы меня здесь увидели!
Она выбралась из кровати, прихватив с собой простыню. Том усмехнулся.
— Салли не войдет сюда, поверь мне.
Замотавшись в простыню, Клэр в панике воскликнула:
— Но она может заглянуть в мою комнату! И что она тогда подумает?
Том посмотрел на завернутую в простыню Клэр с горящими щеками и высовывающимися из-под белой материи босыми ногами.
«Боже правый, да я просто одержим этой женщиной!» — подумал он.
— Не волнуйся о том, что тебя могут увидеть, радость моя! Ведь здесь я хозяин. Никто не посмеет тебя уволить!
— Ладно, скажу ей, что выходила прогуляться на рассвете, — пробормотала Клэр, не обращая на него внимания.
В простыне она была похожа на греческую богиню. Тому захотелось схватить ее, отнести назад в кровать и ласкать целую неделю, но он решил, что она, пожалуй, станет возражать.
Указав пальцем на простыню, Том заметил:
— Еще можно сказать Салли, что вы с Дайаной решили поклоняться восходу солнца в тогах.
Несмотря на явное замешательство, Клэр все-таки хихикнула.
— Тогда проследи, пожалуйста, чтобы Салли ушла из коридора, а я перебегу в свою комнату.
Том пронаблюдал, как она сломя голову бросилась в свою комнату, таща за собой простыню, и не удержался от улыбки.
«Господи, что со мной делает эта женщина! А она и представления не имеет о такой своей власти. Возможно, в этом ее главное очарование…»
Умываясь, Клэр радовалась своей предусмотрительности. Если бы она заранее не запаслась водой, ей пришлось бы спускаться вниз, на кухню, в это самое знаменательное утро ее жизни.
Клэр посмотрела в зеркало и засмеялась от радости. Она давно привыкла считать себя никому не нужной старой девой — более того, почти превратила себя в таковую! — и теперь с трудом верила, что стала наконец женщиной.
Клэр подошла к окну и раздвинула занавески. Снег ковром покрывал луг и клоками лежал на деревьях. Установилась самая настоящая зима, и ей показалось, что сама природа своей чистотой великодушно благословляет их союз.
Нетронутый снег расстилался куда хватало взгляда. Позднее на нем останутся следы людей и животных, но сейчас Клэр могла представить, что они с Томом — единственные люди на всем белом свете. Она распахнула окно и от избытка чувств сделала такой глубокий вдох, что чуть было не обморозила себе легкие. Но ей было все равно. Она чувствовала себя прекрасно.