Герои космодесанта
Шрифт:
Кровожаддина смеялся, наслаждаясь битвой не на жизнь, а на смерть, которая разыгрывалась прямо перед ним будто специально ради развлечения. Чем больше он гоготал, тем сильнее мерцал и извивался вокруг него зеленый свет. Каррас ощущал, как резонанс этой силы сбивает его ориентацию. Воздух был до краев заряжен силой. Он почувствовал, как внутри восстает его собственная, готовая схлестнуться с вражеской. И только ее он мог направить в силовой меч. Клинок уже пел от смертельной энергии, рассекая воздух.
«Этот порыв опасен, — предупредил он самого себя. — Я
Каррас автоматически начал читать мантры, которым его научил магистр Кордатус, но усилия, что он затратил на удержание равновесия, стоили ему момента, когда он мог убить противника одним ударом. А охранник-орк своего шанса не упустил и врезал Каррасу прямо по правому наплечнику молотом, разбив знак Караула Смерти и сшибая космодесантника с ног.
От удара Каррас врезался прямо в противника Раута, и они оба свалились на металлический пол. Шлем Карраса сорвался с головы и куда-то укатился. В сплетении дерущихся тел космодесантника и орков Раут увидел проем. Он ринулся туда, вонзая короткий меч прямо под грудину зверя, поглубже, разрезая сердце орка надвое. Без тени сомнения он повернулся к оставшемуся охраннику, а Каррас освободился от хватки мертвого гиганта и снова вскочил на ноги.
Последний охранник действовал быстро. Раут удачно избегал свистящего над головой молота, но колющие и режущие удары его короткого меча почти не оказывали действия. Когда же к нему присоединился Каррас и орку пришлось отбиваться от атаки с двух сторон, ситуация наконец начала складываться в пользу космодесантников. Балтазог Кровожаддина перестал смеяться. Он оглушающе заревел от злости, когда Раут и Каррас ударили с противоположных углов и пробили сердце и легкие зеленокожего.
Тот упал на пол и с грохотом уронил огромный молот. В ранах кипела кровь.
Кровожаддина ринулся вперед со своего трона. С пальцев у него срывались зеленые молнии. Каррас почувствовал, как энергия Вааагх! лижет его доспехи в поисках трещин, через которые может сжечь его плоть и разъесть душу. Вместе с Раутом, подняв клинки, они кинулись на врага.
Но только они шагнули вперед, чтобы начать поединок, как огромный поток энергии вырвался из протянутых рук орка и подбросил Раута в воздух. Каррас уклонился и покатился в сторону, но услышал, как Раут тяжело приземлился на нижнем уровне моста.
— Раут! — крикнул он в вокс. — Отвечай!
Но тот не откликнулся. Радиосвязь здесь была бесполезна. И возможно, Раут уже мертв.
Каррас почувствовал, как увеличившаяся сила орка давит на него со всех сторон, и теперь увидел ее источник. За механическим троном Кровожаддины, за грязным и забрызганным кровью окном из толстого стекла находились сотни, нет, тысячи орков, пристегнутые к вертикальным столбам, похожим на операционные столы. Верхние части черепов были удалены, и от обнаженных мозгов к ядру системы, вырабатывающей энергию, шло множество проводов и трубок.
— Клянусь Золотым Троном, — прошептал Каррас, — не удивляюсь, что Сигме нужна твоя уродливая голова.
Сколько оставалось времени до взрыва реакторов корабля?
Только если возьмет побольше опасной силы, что есть у него в распоряжении. Придется доверять учению мастера. Мантры его обезопасят. Должны. Он открыл себя варпу немного сильнее, устанавливая канал, мысленно сосредотачиваясь на нем.
Кровожаддина шагнул вперед, чтобы сразиться с ним, и обе силы столкнулись с апокалиптической яростью.
Даррион Раут не был мертв. Обжигающая сила психического взрыва от военачальника орков могла бы убить человека поменьше, вырвать из тела душу и оставить его безжизненным куском мяса. Но Раут был не из таких. Секретные обряды его ордена и страдания, которые он пережил, чтобы завоевать в нем место, уберегли его от такой судьбы. И хотя он сломал много костей, сверхчеловеческая физиология уже сращивала их, снова делала их целыми и сильными. Внутреннее кровотечение тоже скоро должно было остановиться.
Но времени полностью прийти в себя не оставалось, если он еще хотел выполнить задание.
Застонав от боли, Раут перекатился на бок, встал на колено и начал искать свой короткий меч, но тщетно. А болтер висел пристегнутым на ремне. Раут вытащил его, вставил новую обойму, зарядил ее и с трудом поднялся на ноги. Он кашлянул и почувствовал во рту вкус крови. Посмотрев наверх, туда, откуда его сбросило, он увидел, как над ним разгорается и пульсирует неестественный свет, от которого дрожал воздух вокруг.
«Каррас еще жив, — подумал Раут. — Он еще борется».
Пытаясь отвлечься от боли в ногах, он побежал к лестнице справа и с древней литанией силы на устах рванул наверх, чтобы присоединиться к битве.
Каррас проигрывал. Он чувствовал это. Балтазог Кровожаддина подпитывался из огромного силового резерва. Энергия Вааагх! которую он оттуда забирал, казалась бесконечной. Она лилась в него из мозгов замученных орков, подключенных к его безумной системе.
Каррас выругался, пытаясь отбить еще одну волну зеленого огня. Она изгибала палубу вокруг. Только плиты у него под ногами, попавшие в блестящий пузырь, который Каррас пытался удерживать вокруг себя, оставались целыми.
Его щит держался, но из последних сил, и ему уже не хватало энергии, чтобы атаковать самому. Что было еще хуже, пока орк все увереннее завоевывал свои позиции, Каррасу приходилось разрешать все большему потоку варпа проходить сквозь себя. В голове звучала какофония голосов, болтавших и шептавших на кощунственных — он знал — языках. Именно этого момента боялись все библиарии — когда сила, которую они укротили, угрожала поглотить их, когда пользователь становился использованным, а хозяин — рабом. Голоса стали заглушать его собственный. Еще немного — и его душа окажется потеряна навечно, вырвана из него и брошена в водоворот. За владение его смертным телом будут бороться демоны.