Герои космодесанта

Торп Гэв

Глядя вперед, Каррас видел, как за ним наблюдает Раут из конца прохода. О чем думал Экзорцист? Каррас даже не догадывался. Ему никогда не удавалось понять таинственного Астартес. Похоже, что Раута вообще не коснулся варп. Он просто не просматривался. Даже его броня, его болтер — и те резонировали в варпе сильнее, чем он. И эту аномалию Раут обсуждать не хотел.

Впрочем, между ними никогда не было теплых чувств. Каррас понимал это и сожалел. Время от времени он пытался найти к Рауту подход, обратиться к нему — но каждый раз Раут его отвергал. Экзорцист

был недостижимым, отстраненным и, похоже, собирался оставаться таким и далее.

Когда Каррас сделал очередной шаг, криокейс на ремне внезапно рванулся вперед, переместив центр тяжести космодесантника и угрожая ему потерей равновесия. Каррас удержался на ногах, но от приложенного усилия мост треснул, от него оторвался кусок ржавого металла и улетел вниз.

Каррас замер, надеясь, что орки этого не заметят. Но один из них оказался внимательнее остальных.

Он был на краю ямы и тыкал толстого сквига своей палкой, обмотанной колючей проволокой, когда кусок металла ударил его по голове. Орк тут же прервался и стал внимательно всматриваться в тени наверху, подозрительно щурясь на высокий неосвещенный потолок.

Каррас тоже вперил в него взгляд, мысленно приказывая ему отвернуться. Однако читать мысли и контролировать их — совсем разные способности, и последней космодесантник не обладал. В итоге орк отвлекся от наблюдения не по воле Карраса, а по вине склочной натуры зеленокожих.

Другие орки вокруг, которым не терпелось поживиться, начали дергать его палку. Одному удалось ее схватить, и наблюдающий орк вдруг оказался без возможности поесть. Он тут же влез в жестокую драку с отобравшим у него палку и теми, кто находился рядом. Орки, толпившиеся за ним, рванули вперед и толкнули его в яму со сквигами.

Каррас увидел, как сквиги набросились на злополучного орка, вонзая длинные зубы в его плоть и отрывая огромные кровавые куски. Пищевая цепочка вывернулась наизнанку. Орки вокруг ямы смеялись, скакали и тыкали в умирающего товарища палками.

Каррас не остановился, чтобы понаблюдать за этим зрелищем. Он двигался осторожно, проклиная черный кейс, который теперь плотно прижимал рукой к боку. Командир присоединился к отряду в устье туннеля с дальней стороны прохода, и они пошли вперед, забираясь все глубже в недра корабля. Соларион шагал первым вместе с Зидом. Восс оставался посередине. Раут и Каррас замыкали колонну.

— Им бы техобслуживание тут провести, — усмехаясь, сказал Каррас Рауту.

Экзорцист ничего не ответил.

Сравнивая схему «Пегаса» от Сигмы с тем, что он видел по дороге, Каррас скоро понял, что орки, по сути, не меняли интерьер корабля, разве что покрыли стены грубо намалеванными символами, испражнялись где попало, оставляли мертвые тела гнить там, где те свалились, и в целом сделали корабль непригодным для обитания кого угодно, кроме собственной проклятой расы. Из сломанных водопроводов вырастала дрожащая плесень. Обветшалые электрические кабели искрили и шипели на всех, кто проходил мимо.

Караул Смерти,

а точнее, Соларион прикончил несколько орков, пока отряд пробирался вглубь корабля. Б о льшая часть жертв была гретчинами, выполнявшими поручения хозяев. Их Ультрамарин убивал тихо и засовывал маленькие тела под трубы или в темные ниши. Всего дважды истребительная команда натолкнулась на орков-воинов, и оба раза те заранее заявили о своем присутствии громким ревом и болтовней. Каррас видел, что Воссу и Зиду не терпится ввязаться в бой, но отряду было очень важно оставаться незамеченным. Он, Раут и Соларион ликвидировали врага зарядами типа «адское пламя», позволяющими убивать быстро и тихо, одним выстрелом.

— Дошел до точки «Адриус», — отчитался идущий впереди Соларион. — Ксеносов нет.

— Хорошо, заходи, — приказал Каррас. — Проверь углы и выходы.

Истребительная команда поспешила вперед, выйдя из черноты коридора к квадратной шахте в сотни метров высотой, со старыми металлическими стенами в пятнах и потеках от ржавчины. Вдоль стен под всеми возможными углами тянулись толстые кабели, из многих шел пар или капал ледяной охладитель. На одинаковом расстоянии друг от друга находились сломанные лестницы и ржавые переходы, каждый из которых вел к открытой двери. А посередине левую стену почти до самого верха разрубала шахта лифта.

Здесь отряду пришлось разделиться. Из этой камеры можно было добраться до любого уровня корабля. Воссу и Зиду следовало отправиться вниз по металлической лестнице, а остальным — наверх.

— Удачи с этой штукой, — сказал Восс, кивая на шахту лифта.

Ее явно создали орки — выглядела она как месиво из скрепленных кусков металла. Стальной пол, створчатая дверь и большой рычаг, который толкают вперед, чтобы ехать вверх, или тянут на себя, если нужно попасть вниз, были заляпаны кровью.

Что случилось с предыдущим лифтом, оставалось непонятным.

Каррас нахмурился, посмотрев на лифт и сравнив его с тем, что видел на схеме.

— Нам придется забраться на максимальную высоту, — сообщил он Рауту и Солариону, указав на потолок далеко вверху. — Видите вон ту площадку? Оттуда мы можем попасть в коридор, ведущий к командному отсеку. Призрак, Омни, у вас свои цели. — Он проверил оставшееся для миссии время в уголке экрана визора. — Сорок три минуты, — сообщил он. — По возможности избегайте стычек. И оставайтесь на связи.

— Поняли, Ученый, — ответил Восс.

Каррас посмотрел на него с осуждением. Он чувствовал, что Имперскому Кулаку не терпится вступить в битву с того самого момента, как они зашли на механическое чудовище. Как и большинство Имперских Кулаков, когда Восс ввязывался в драку, он оставался в боевом режиме, пока враг не оказывался умерщвлен. Иногда Восс был упрямым до идиотизма, но у него не отнять разносторонности. Оружие, транспорт, взрывчатка… Восс справлялся со всем.

— Призрак, — сказал Каррас. — Проконтролируй, чтобы он вернулся сюда по графику.