Герои былых времен [HL]
Шрифт:
— Представил, — удивленно согласился тот.
— Молодец. А теперь представляй, что путь тебе преграждает большая куча человечьего помета. Такая, знаешь, пробка из экскрементов. И обогнуть ее нельзя, и в сторону отгрести некуда, и вперед не вытолкнешь. И единственный способ проникнуть дальше — это съесть ее. Пропустить через себя. Чтобы с одного конца вошло, из другого вышло…
— Да поняли мы уже! — взмолилась сестра по оружию. — Дальше давай!
— А он представил? Точно? — спросил демон с подозрением.
— Д-да… — Принц совсем сник.
— Прекрасно!
— Уползу! — пискнул принц, окончательно сбитый с толку.
Бывший наставник обрадовался такому ответу:
— Вот видишь! А мне ты предлагаешь примерно то же самое по ощущениям и хочешь, чтобы я съел!
— Фу-у! Гадость! — скривилась Ильза. — Зачем ты такое придумал?!
— В назидание! — не смутился подменный сын ярла.
— А-а! Так вот к чему был разговор! — с некоторым запозданием сообразил Рагнар. — А я-то думал, что это ты несешь? Спятил малость, что ли?!
— Знаешь, Хельги, нестандартность твоего мышления порой граничит с патологией! — осудила Энка. — А еще культурное существо! Как тебе в университете студентов доверяют?
Гном хихикал, эльф помалкивал и краснел.
Меридит неаппетитное сравнение тоже не понравилось, и если бы другие промолчали, она не преминула бы сказать брату по оружию все, что о нем думает. Но теперь она поспешила встать на его защиту:
— А нечего его провоцировать! Так и норовите бедному всякую дрянь скормить: то отвар, то Учителя! Естественно, он вынужден защищаться!
— И все-таки это сравнение некорректное! — настаивала сильфида, радуясь возможности поспорить, да еще на такую скользкую тему!
— Просто ты никогда не ела чужие сущности!
— Да уж! Боги миловали! — признала поражение девица. И поторопилась сменить тему. — Делать-то что будем?
Решили довольствоваться малым — незаметно красться следом. Уже близится ночь, темнота надвигается с востока, синими языками туч слизывает розовые краски заката… Скоро одинокому путнику придется остановиться на ночлег, и тогда они просто, по-воровски, стащат у него Грааль.
— Если только он не установит защиту, — скептически заметил Орвуд.
— Не должен, — успокоил Хельги. — Гастон Шин говорил, он на любой мелочи Силу экономит. А уж после того как поистратился в Кансалоне, тем более поскупится. Он теперь, наверное, и в астрал-то лишний раз боится заглянуть!
— Ну будем надеяться, что ты прав!
Хельги не ошибся, но это им не помогло. Учитель не стал останавливаться, он провел в пути всю ночь. Шагал и шагал как заведенный, не зная усталости, не страшась темноты. Преследователи вновь начали поговаривать о нападении.
— Подождем, — уговаривал Аолен, самый терпеливый из всех. — Возможно, он просто побоялся, что на него, сонного и беззащитного, нападут те твари, что охотятся в темноте, и решил отложить отдых до рассвета? Может быть, днем нам повезет больше?
Не повезло.
Следующий день уже начинал клониться к закату, когда впереди на дороге Учитель заметил несколько
Он один видел юных Странников — преследователи были слишком далеко. В открытой степи почти нет укрытий, подходящих для слежки, поэтому они старались выдерживать дистанцию и отставать настолько, чтобы только не выпустить из виду ту маленькую темную точку, в которую превратился ушедший вперед Учитель.
К тому же дорога в том месте делала поворот, огибая огромный курган, и все, что происходило с этой минуты, было скрыто от их глаз.
Старик прибавил шагу, и скоро магическая связь стала не нужна, хватало обычного зрения — с некоторых пор оно, хвала Граалю, заметно улучшилось, стало острее, чем в молодости.
Он ясно видел всех четверых мальчиков… Но что это?! Руки у каждого связаны за спиной, ноги спутаны веревками… А вот и охранник — крупная дева с аттаханским копьем!
— Ах, демон тебя побери! — с раздражением подумал маг, прицеливаясь посохом. — Опять лишние затраты!
Амазонка как подкошенная рухнула у обочины. Удар той силы, на какую расщедрился будущий бог, не мог убить взрослое существо. Эфиселия была только оглушена, но пленники обрели свободу.
— Учитель! — вскричал Эолли, бросаясь вперед. — Он пришел за нами! Он вернулся!!!
Гастон Шин, сияя улыбкой, обернулся к другу, воскликнув победно:
— Вот видишь! Что ты на это скажешь?!
И снова бледные губы Корнелия растянулись в той неприятной усмешке, что так не шла его милому, открытому лицу.
— Скажу, что даже самый прозорливый маг не в состоянии похоронить сам себя, да еще с соблюдением всех ритуалов. Ему не обойтись без нас, вот он и вернулся. Этого следовало ожидать.
— Ты все еще болен, — вздохнул Гастон Шин и устремился вслед за Септимом и Эолли.
Они бежали навстречу со счастливыми до глупости лицами, неловко ковыляя на спутанных ногах. Спотыкались, падали… И новая волна глухого раздражения захлестнула профессора. Он вдруг остро почувствовал, как надоели ему эти четверо! Нерасторопные, недоученные, слабые — они превратились в настоящую обузу! За истекшие три дня он даже не заметил отсутствия учеников, — вот если бы и дальше можно было обходиться без них!
И вот они наконец приковыляли, задыхаясь от бега. Он едва успел разрезать их путы, как они тотчас повалились в пыль на колени и стали хватать за руки, за полы одежды и целовать. Они наперебой несли какую-то восторженную околесицу, называли его своим богом…
Раздражение переросло в злость. Жалкие сопляки, так и не ставшие мужчинами! Чуть не по двадцать лет парням, к чему эти бабьи истерики?! А этот Корнелий, он чего ползет, не поторопится? Думает, его одного станут ждать?!
— Все! Все, хватит, говорю! Хватит скулить! — Маг грубо вырвал полу своего плаща из рук Септима. — Поднимайтесь, нам надо спешить. Мы уходим!.. А ты чего ждешь? — напустился он на Каззеркана, замершего шагах в пяти. — Поторапливайся!