Ген льва

Рейн Амира

После нескольких минут, проведенных в раздумьях, я сказала ему, что простила его, и так и было.

– Я просто хотела услышать, что ты сожалеешь о том, что произошло. Я могла пострадать или что-то еще, пока мужчины забирали меня, не говоря уже о том, что была в ужасе.

Джош прижался еще одним нежным поцелуем к моему лицу.

– Я буду сожалеть о том, что сделал всю оставшуюся жизнь, и я чувствую себя ужасно даже сейчас. Хотя, в то же время, твое прощение за то, что сделал, сделало меня счастливее, чем я думал.

Он поцеловал меня в третий раз, на

этот раз в губы, позволив своим губам задержаться. Окутанная силой и безопасностью его рук, я вскоре уснула, уверенная, что улыбаюсь.

На следующее утро я проснулась около восьми, все еще улыбаясь. Даже когда я поняла, что Джош больше не в постели со мной, не обнимает меня, я все еще не могла стереть с лица то, что, как была уверена, было глупой ухмылкой.

Я все еще была так же счастлива, как и накануне, зная, что ему, вероятно, придется уйти вскоре после рассвета, чтобы вывести свой прайд на патруль, но также зная, что будут и другие ночи, когда я снова засну в его объятиях. На самом деле, у меня было ощущение, что предыдущая ночь была только началом.

Услышав несколько срочных лаев, доносящихся из свободной комнаты, куда я поместила Пи-Джей и Мисс Пух. Вскоре я взяла Пи-Джей на задний двор, чтобы заняться ее обучением. Вернувшись в дом, мы столкнулись с Элис, которая пришла из западного крыла, одетая в униформу горничной, готовая начать свой рабочий день. Она улыбнулась и пожелала мне доброго утра, а затем спросила, хорошо ли я поговорила с Джошем накануне вечером.

В ответ я улыбнулась, немного покраснев, и вспомнила, насколько мне понравилось то, что произошло после нашего разговора.

– Да, у нас с ним был очень продуктивный разговор. Это было действительно здорово.

Элис снова улыбнулась, на этот раз с небольшим блеском в глазах.

– Что ж, я счастлива это слышать.

После быстрой остановки на кухне, чтобы взять кружку крепкого кофе, я решила вернуться в постель на некоторое время, прежде чем позавтракать и принять душ. Я даже не знаю почему, но мне просто захотелось немного полениться. И, может быть, частичка меня просто хотела насладиться пребыванием в постели, которую мы с Джошем разделили, чуть дольше.

В то время как Пи-Джей и Мисс Пух играли на освещенном солнцем полу, и обе они пытались первыми исследовать плюшевую лягушку с пищалкой внутри, которая была новой игрушкой, которую купила для них, я села в постели, наблюдая за ними и потягивая горячий кофе. Время от времени я ухмылялась, и не только потому, что их выходки над новой игрушкой были милыми. Вместо этого, моя улыбка, казалось, была вызвана чувством легкости в моей груди, которое я никогда не чувствовала раньше.

Джош признался, что хотел сделать меня счастливой всеми возможными способами. И хотя я не была уверена, что в конечном счете произойдет между нами, того, что он сказал, было для меня достаточно. Во всяком случае, у меня было ощущение, что худшее уже позади. Стены вокруг его сердца, наконец, рухнули. И теперь я знала, без сомнения, что он действительно заботился обо мне.

Как только я допила свою кружку кофе, я спряталась обратно

под одеяло, найдя часть одеяла, которая все еще хранила мужской, древесный запах Джоша. Я поднесла эту часть к носу, глубоко вдыхая, не имея возможности узнать, что к концу дня мое вновь обретенное счастье с Джошем будет полностью разрушено, и я буду убегать от него, в ужасе. Если бы кто-то сказал мне это в тот момент, я бы никогда не поверила.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАЯ

Невероятно счастливая и расслабленная, проведя почти все утро, свернувшись калачиком в постели с той частью одеяла, которая все еще пахла Джошем, я наконец встала, приняла душ, оделась и взяла Пи-Джей на прогулку по территории особняка. Пока мы гуляли, мой телефон зазвонил, и я увидела, что звонит Джош.

Когда мой желудок сделал небольшой сальто, видя его имя на экране моего телефона, я ответила на звонок, и мой желудок вскоре сделал еще одно небольшое сальто, когда услышала, как он сказал: «Доброе утро». Его глубокий, богатый, мужской голос, казалось, прошел через все мое тело, от уха до пальцев ног, как будто это был какой-то электрический ток.

Теперь, когда мы с ним были «близки», как сказала бы Дана, его голос был таким, который я определенно могла бы привыкнуть слышать ежедневно, возможно, даже всю оставшуюся жизнь, если бы все двигалось в положительном направлении, что я чувствовала, что определенно будут.

Однако после того, как я сказала: «Доброе утро» в ответ, Джош снова заговорил, и его голос теперь держал безошибочный край серьезности, который сразу вытащил меня из моей задумчивости и смутно встревожил меня, если встревожило был даже правильным словом. Возможно, это было слишком сильное слово. Во всяком случае, это был край серьезности, который определенно привлек мое внимание.

– У меня действительно не так много времени, но я позвонил, потому что у меня есть кое-что, что хочу тебе сказать.

В то время как Пи-Джей играла с маленькой веточкой у моих ног, я пыталась говорить как можно более спокойнее.

– Хорошо, конечно. Говори.

Я не была уверена, почему серьезный тон Джоша должен волновать меня, на любом уровне, так как он может хотеть серьезно говорить о любом количестве вещей, ни одна из них не является чем-то отрицательным. Тем не менее, я поняла, что в глубине души, возможно, была только очень маленькая, неуверенная часть меня, которая боялась, что он собирается сказать, что прошлая ночь была большой ошибкой, и он хотел, чтобы мы вернулись к прежнему деловому отношению.

– Ханна, я...

То, как он произнес мое имя, так ласково и нежно, даже в разгар своей серьезности, мгновенно убедило меня, что я совершенно сумасшедшая. Он не собирался говорить того, что маленький, темный, неуверенный маленький уголок моего сердца боялся. То, что мы пережили накануне, не было для него большой ошибкой. Я просто знала это.

Но прежде, чем он успел сказать, какова была его настоящая причина звонка, он замолчал на несколько секунд, а затем произнес с проклятием.