Гарпии визжат
Шрифт:
Кто царевна, кто торговка, а кто и вовсе отшибинская карлица - уж это-то сохранится навсегда. В том ведь и сила некрократии, ведь так?
Что-то важное говорила Мад. Но уземфка временно выпала из её темы. Всё из-за взглядов, украдкой брошенных на потолок. Ведь там же...
И правда, в зеркальном плафоне все участники состязания в септах выглядели не просто похожими друг на друга. Они теперь сильно смахивали на Ангелоликую. Не так, чтобы совсем перепутать, но всё-таки...
Ангелоликая - очень многолика. Все мы - это она.
Нет,
И это ерунда. А значит, зеркало врёт. Ну ещё бы ему не врать, если отражает оно нас вверх ногами. Если мысленно переставить гостий храма с ног на голову, то никакой унификации не будет, а восторжествует прелесть разнообразия, именуемая толерантностью.
В зале началось какое-то движение. Что-то важное царевна прослушала. Потихоньку спросила у карлицы Тупси:
– Что сейчас будет?
– Занятия и тренировки, - отозвалась та.
– Мы ждём учителей, - добавила писица из Глукща.
– Так ведь Ангелоликая сказала, что сегодня учёбы не будет...
– Сегодня давно прошло, - усмехнулась глукщица, - и уже с десяток часов, как наступило завтра.
Вот как? Что ж, поглядим на учителей. Возможно, среди них найдутся и мужчины. Если так, надо предстать во всеоружии восточной красоты.
Оксоляна украдкой нашла себя в зеркальном плафоне на потолке... Нет, украдкой как раз и не получилось. Несколько минут, как дурочка, изучала потолок. Себя он, надо сказать, искала впервые, вот и заметила с превеликим трудом.
Ещё бы! От Ангелоликой она теперь отличалась разве что кричащим платьем.
Глава 6. Драконовские меры
Когда посланник Смерти Чичеро Кройдонский вернулся в тюремный замок великана Плюста, Лулу Марципарина Бианка принялась его ждать. Что ещё оставалось?
По правде говоря, какая-то надежда вновь свидеться с женихом у неё оставалась. Всё-таки, перед возвращением Чичеро настроился на борьбу. Возможно ведь, что прежде он не был настроенным, а тут настроился и быстро врага победит. И если самой Марципарине выпала честь вдохновить героя, то тогда и не жалко его отпускать. Действовать-то герой должен!
Жаль, Эрнестина Кэнэкта оптимизма не разделяла.
– Всё немного хуже, чем я думала в начале, - брякнула на второй день.
– Ты о Чичеро?
– Нет. Хотя и о нём тоже.
Эрнестину Кэнэкту в Оксе по-прежнему посещали те её 'друзья', которым она раньше поручала разыскивать Чичеро. Судя по всему, этими людьми решались и ещё какие-то задачи. Марципарина ими до сих пор не интересовалась, но раз Кэнэкта сама намекает...
– Так что случилось?
– В Цанце заговор, - просто сказала подруга, - твоего отца Цилиндрона хотят сместить, а может быть, это уже и сделали.
– Значит, мне пора возвращаться?
– нахмурилась Лулу.
– Не возвращаться. Бежать.
– А если не бежать?
– Убьют, - пожала плечами Кэнэкта.
Кому выгодна гибель Марципарины Бианки? Может, кому и выгодна, но - с какой стати?
– Заинтересованы многие. Легче пересчитать тех, кто не заинтересован, - заверила её разведчица.
– Зачем меня убивать? Я что, наследница отцовского поста?
– Нет, - возразила подруга, - он тебе не отец.
– А кто, некромейстер Гны? Я так и думала.
– Не Цилиндрон и не некромейстер, - покачала Кэнэкта головой.
Так впервые Лулу Марципарина Бианка узнала, что никакая она не Лулу Марципарина. Дочь дракона, похищенная из гнезда? Надо же! И драконы по ней скучают? Ещё интересней.
Вместе с тем и собственные карты Кэнэкте пришлось раскрыть. Да, разведчица. Да, из Эузы. Почему скрывала? Да принято такое скрывать. К тому же, не так-то и старалась в сокрытии. Разве трудно было догадаться?
– Нет, не трудно, - признала Марципарина.
Итак, она не дочь ни Цилиндиану, ни Гны, а значит, их прохладное отношение объяснимо. И можно догадаться, почему в Цанце её вдруг убьют. Драконы для мертвецов - в общем-то, враги.
– Я им враг?
– Скорее, угроза.
Одно другого не веселее.
Осталось ли у Лулу к кому-то из мертвецов тёплое отношение?.. Разве что к Чичеро и Гны. Но про Гны она попросту невесть чего придумала, ну а Чичеро - какой же он мертвец?
– Мертвец, - возразила Кэнэкта, - составной, химерический, но всё же мертвец. У них важнее всего основа, спрятанная в 'призрачную шкатулку', а тело с бальзамами - так, приложение. Потому карлики ничего не меняют.
– Меняют, - сказала Лулу, - поэтому Чичеро я дождусь.
– Из Цанца пришлют убийц, - покачала головой Кэнэкта.
На всё готов безрадостный ответ.
– Ты советуешь бежать прямо сейчас. Но почему?
– Мои люди не смогут нас защищать. Они сегодня уходят. Большинство из них родом из Адовадаи, там ожидает срочное дело, я не могу их дольше задерживать.
– Нет, - с твёрдостью объявила Бианка, - всё же я жду Чичеро.
А сама подумала...
Эх, не дождаться бы кого-то иного.
* * *
Люди Кэнэкты ушли. Весёлый загорелый Бабозо, молчун Кьяр, простоватый Ламбуто. Попрощались с такими лицами, что Марципарина поняла: решение своей начальницы остаться они тоже не одобряют.
В замке Окс практически нет серьёзной стражи. Сама великанша Клюп, конечно, грозная сила, но одной великанше, наверное, не справиться. Есть ещё, разумеется, несколько десятков наложников, но с них-то какой спрос? Наложники - люди мягкие, мужскую роль привыкли играть лишь в постели.
Бианка спросила у помрачневшей Кэнэкты: