Гадюка
Шрифт:
Хедли нервно метнул взгляд на Гурни, оглядел зал и снизил голос:
— А какие проверки биографии тебе нужно провести?
Продавец растянул улыбку удачливого коммивояжёра:
— Я бы не переживал так сильно, Хедли. Видите ли, система касается только официальных продаж через лицензированную точку. Если официальщина вас не устраивает, оформим как частные лица. Я всегда считал эти проверки вторжением в личную жизнь, терпеть не могу. Делаешь меня неоплачиваемым агентом государства. Чистый социализм. А теперь —
Подошёл к Гурни:
— В списке — очень достойные стволы. Едва ли заметите следы использования. Что показать?
— Сложно сходу. Надо всё обдумать.
Улыбка приугасла. Гурни развернулся и ушёл.
В списке действительно значились пара дробовиков, подходивших под его нужды, но ему не хотелось иметь дело с кем-либо в этом заведении.
Вернувшись к машине, он открыл телефон и стал искать оружейные магазины в радиусе двадцати пяти миль от Уолнат-Кроссинг. Нашлось шесть. Он уже собирался набрать ближайший, когда телефон завибрировал. На экране — К. Страйкер. Он не ответил и подождал сообщения.
Голос — ледяной, официальный:
— Дэвид Гурни, это окружной прокурор Страйкер. Вам необходимо явиться ко мне завтра к 10:00, чтобы определить ваш статус в деле об убийстве на Блэкмор-Маунтин. Если желаете прийти с адвокатом, прибывайте к 9:45.
Прослушав ещё раз, он отметил два момента: в послании не было юридической силы; и всё же тоном и оборотами она пыталась создать обратное впечатление. Он заключил: она видела «Спорные перспективы» на RAM, и это её и напугало, и разозлило. Тем не менее игнорировать встречу было бы пустой провокацией. Надо готовиться — собрать максимум информации как можно скорее. Он набрал Джека Хардвика.
— Что ещё тебе надо, Шерлок?
— Завтра встречаюсь со Страйкер. Чем больше узнаю до того, тем лучше. Думаю, можно начать с Гарвилла. Оттуда эвакуатор, оттуда звонок, который сделал меня подозреваемым в нападении на Блэкмор; там же — магазин Бруно Ланки. То есть узел, связывающий оба убийства Лерманов.
— Какого чёрта это возможно?
— Тот идиотский звонок обещал мне информацию об убийстве Ленни. А способ «доставки» информации закрепил за мной статус подозреваемого в убийстве Сонни.
— Чёрт, Гурни, даже в такой формулировке это звучит как весомая связка, но ни хрена не объясняет, что реально связывает два убийства. И при чём тут Бруно Ланка, помимо того, что он нашёл тело Ленни?
Гурни вздохнул:
— Не уверен. Но его роль меня гложет с самого начала. Почему он не свидетельствовал на процессе Слейда? В убийственных делах прокурор обычно выводит на кафедру первого обнаружившего тело — это логичное начало рассказа, присяжные это ценят. Но Страйкер это пропустила — вместо этого вывела директора по ИТ, чтобы описать место преступления. С чего бы?
— Может, Ланка
— Или он и есть «подозрительно». Тем более она пошла на риск, вызвав «Томми Хукса» Казо, и это заставляет меня думать: почему Ланка оказался слишком опасен для прокурора?
— Думаешь, если мы наведаемся, он покается?
— Нет. Но, возможно, будет любопытно пощекотать ему нервы.
— Щекотать нервы весело, пока не получишь по яйцам.
— Я бы также заглянул к владельцам «Top Star Auto Salvage» и присмотрелся к их «нравственным принципам».
Хардвик презрительно хмыкнул:
— То есть ты предлагаешь нам пилить два часа в убитый богом городишко под Олбани и поглумиться над предположительно опасными уродами?
— В общем, да.
— Значит, вместо того, чтобы послушаться моего на редкость дельного совета — свалить из этого бардака именно сейчас — ты решил удвоить ставки?
— Хочу перевернуть ещё пару камней. Поглядеть, что под ними.
— А худшее, что может случиться, — один из этих злобных ублюдков нас пристрелит. Звучит, блин, прекрасно. Не возражаешь, если возьму «Глок»?
— Я как раз собирался это предложить.
43.
Гурни и Хардвик встретились на парковке магазина бытовой техники у межштатной магистрали и поехали оттуда на арендованной машине Гурни в «Top Star Auto Salvage» — на потрёпанной окраине Гарвилла.
Огромная свалка машин была окружена забором с колючей проволокой. Промышленные ворота раскрывались на улицу. Порывы ветра гнали клубы пыли по голой земле меж воротами и большим туристическим трейлером — единственным подобием офиса средь хаотичных грудастых останков транспорта.
Хардвик вышел первым, разогнул мускулистую шею, сплюнул на потрескавшийся асфальт. Несмотря на ледяные порывы, которых, он казалось, не замечал, поверх плечевой кобуры с «Глоком» на нём была лишь тонкая ветровка. Питбуль, с бешеными глазами, рвал ржавую цепь у угла трейлера, рыча на надрыве. Держа дистанцию, чтобы не попасть в радиус цепи, они двинулись к двери. Та распахнулась — и в проёме возникла грузная женщина с тяжёлой челюстью, в розовом спортивном костюме. Скучливо-враждебный взгляд фиксировал их.
Гурни заговорил первым:
— Шарлин Веско?
— Чего надо? — сиплый голос закоренелой курильщицы; кожа — с жёлтым отливом.
Он поднял голос, чтобы его было слышно поверх собачьего рева:
— Проверяем ваши показания детективу Магнуссену об угоне вашего эвакуатора.
— Когда вернёте его?
— Это решает Магнуссен. Сейчас нам нужно уточнить вашу систему безопасности.
— Всё в моём заявлении.
— Мы сверим. Повторите, что вы сказали.
Она словно хотела отмахнуться, но передумала: