G.O.G.R.
Шрифт:
– Знаете их? – Пётр Иванович дал Сумчатому фотографии Додика и Коли.
– Это – Додик, – признался Сумчатый. – Он у меня работал. А вот этот вот, – он показал Колю. – Работает на Тень. Он Зубра завалил. Я знаю. Там у нас был такой шпион, Дантистом «погоняли». Так вот, он следил за ними и узнал, что Тень будет Зубра валить. Он ещё что-то узнал, но Тень его в подземелье спустил. Он так и не успел нам сказать.
– А как насчёт Кашалота? – Пётр Иванович забрал у Сумчатого обе фотографии и положил в ящик стола. Нечего мацать – они и так захватаны!
– Разорился Кашалот, – буркнул Сумчатый. –
Серёгин решил, что нужно не хватать Чеснока, а установить за ним слежку. Потому что если схватить – он тоже врать начнёт, как Утюг и Сумчатый. А так Чеснок может привести к Тени. Пётр Иванович выбил у Сумчатого адрес Чеснока. Хотя у него могла оказаться такая же крепость, как и у Сумчатого. А Чеснок осторожен. Не выпрется в кафешку!
====== Глава 80. Срывы и провалы. ======
Кладбище машин представляло собой огромную стоянку, на которой чуть ли, не грудами были свалены покорёженные автомобили. Покупали их очень редко. Они годами тут валялись, никому не нужные, ржавели под дождём, парились под солнцем, обдувались ветром. Некоторые, недавно прибывшие, ещё напоминали автомобили. Остальные являлись просто бесформенными кучами, уже вросшими в асфальт. У входа торчал толстый и низкий бетонный постамент, на котором красовалась донельзя побитая машина и надпись: «Осторожнее за рулём!». В сторонке, в углу стоянки, возвышалась сторожка. Пётр Иванович и Сидоров пролезли через металлические завалы, и подошли к этой сторожке. Возле неё был огороженный решёткой закуток, в котором сидела пребольшая псина и, рыча, грызла пребольшую кость. Как будто тут есть, что охранять! Зря кормят только тушу такую!
В сторожке за двумя отдельными столами сидели два человека. Один был молодой и накачанный, а второй – постарше, с животиком. Этот, с животиком, и был директором стоянки. Когда Пётр Иванович спросил его про «Лэнд Ровер» Семёнова, он ответил:
– А его купили.
– Кто?? – изумился Пётр Иванович.
– А такой, высокий, с усами рыжими. Только не с усищами, а с маленькими усами. Он ещё на той неделе его купил. Сразу после того, как его доставили.
Зайцев купил! Опять этот Зайцев! Хоть заваливай к нему в прокуратуру и силой вытряхивай правду!
– Я вот, что думаю, – сказал Пётр Иванович Сидорову, когда они покинули кладбище машин. – Нам просто необходимо съездить в эту «Росси – Ойл». Всё упирается именно в эту компанию. Зубр туда влился? Туда. Этих «Адамса и Смита» они поглотили? Они. Так что, едем!
Милиционеры быстро разыскали Донецкое представительство корпорации «Росси – Ойл». Это здание просто невозможно не заметить, потому, что оно сразу же бросается в глаза своим необычным дизайном, огромной неоновой вывеской и мини-парком на крыше. Пётр Иванович и Сидоров поднялись по широкой мраморной лестнице. Стеклянная тонированная дверь разъехалась в стороны перед ними.
– Вау, круто! Техника на грани фантастики! – заметил Сидоров.
– А как же? – кивнул Пётр Иванович. – Это – уже территория Америки.
Но, когда милиционеры зашли на эту «территорию Америки», начались приключения. Сначала их захлестнула волна ужасающего шума, прямо,
– Что здесь творится! – изумлённо выкрикнул Серёгин и его слова потонули в грохоте дрели и кувалды.
– Ремонт! – лаконично сообщил вынырнувший из клубов белой пыли коренастый рабочий, и принялся долбить пол отбойным молотком.
Сидоров заткнул уши, чтобы не слышать, как ревёт этот отбойный молоток. А Пётр Иванович насилу расслышал голос подкравшегося к нему охранника.
– Куда вы идёте?! – кричал этот охранник, наверное, во всё горло, но казалось, что он только открывает и закрывает рот.
– Мы из милиции!! – крикнул в ответ Серёгин, показав удостоверение. – Нам надо поговорить с директором!
– Сейчас я ему сообщу, а вы тут постойте! – крикнул охранник и хотел, было удалиться.
– Но... – начал Сидоров.
– Ладно, идёмте со мной!
Лифт был отключён, и его шахта зияла чёрной пропастью. Охранник повёл милиционеров к лестнице. Лестницу тоже ремонтировали. Рабочий укладывал на ступеньки плиты из стукко . Сидоров чуть было, не оступился и не покатился вниз, обходя этого рабочего и его инструменты.
Они поднялись на четвёртый этаж. Однако, там оказалось ничем не лучше, чем в холле. Стенки тоже – ободраны, штукатур намазывает на одну из них свежий раствор. Окно в конце коридора было вытащено. Из дыры с улицы дул ветер и слышался шум машин.
– Подождите, пожалуйста, я скажу директору, – охранник исчез за обтянутой полиэтиленовым мешком дверью.
Наконец, он появился вновь и сообщил:
– Фёдор Поликарпович готов вас принять.
Милиционеры зашли в кабинет директора. Он тоже был весь разворочен, и там возились рабочие. Посреди кабинета стоял покрытый плёнкой стол, за которым сидел грузный человек. Рабочий сверлил потолок прямо над его головой.
– Здравствуйте, Фёдор Поликарпович, – поздоровался Серёгин. – Мы бы хотели...
– Мне уже сообщили, – произнёс Мезенцев, смотря не на Серёгина, а на рабочих. – Задавайте свои вопросы, если они у вас есть... А то, видите, какой бедлам?
Рабочий закончил сверлить потолок и вытащил сверло из проделанной дыры. Цементная пыль посыпалась на Фёдора Поликарповича. Тот промолчал: привык уже.
– Я точно не осведомлён об интегрированных в нашу корпорацию компаниях, – ответил он, когда Пётр Иванович спросил про Лукашевича – Зубра. – Но у нас сейчас находится господин Мильтон, доверенное лицо генерального директора. Он занимается расширением корпорации и... вот этим ремонтом. Пойдёмте, – Мезенцев встал и повёл милиционеров по тому же ободранному коридору к другому кабинету. Дверь его тоже была затянута в плёнку.