Фурия
Шрифт:
— Он мальчик. Штаны, футболка, кроссовки — вот его повседневная одежда. Одно требование — ничего розового. Это для девочек, — пренебрежительно кривит лицо, интонацией напоминая ребенка.
Смешно.
— Без розового, так без розового, — соглашаюсь и иду выбирать одежду в отдел для мальчиков.
Нужно ещё сыну Миши и Алёны подарки купить. Здесь гораздо проще, он в моде пока не разбирается.
Но я ошибаюсь.
Столько всего красивого для малышей, что глаза разбегаются. Хочется сгрести всё и тащить на кассу.
— Решила весь магазин скупить? — оглядывает Алекс количество пакетов на кассе.
— Нам ещё в отдел игрушек надо зайти.
— О, это звездец! Оттуда тебя потом как выгонять? — изображает фэйспалм.
— Не преувеличивай! — всучиваю ему покупки. — Я же не маленькая девочка, чтобы зависнуть там.
Но Алекс угадал.
Пока он относит в машину сумки, я с горящими глазами хожу по детскому миру, скидывая всё, что понравилось в тележку.
— Что это? — достает из корзины круглую мягкую игрушку.
— Не знаю, на кота похоже, — присматриваюсь внимательнее.
Он тоже разглядывает, покрутив в руках.
— Зачем столько? — зыркает на забитую до отказа тележку.
— Я не собираюсь экономить на детях. Если бы в моём детстве было такое разнообразие…
— Можно подумать ты выросла без игрушек. Или они были деревянными и прибиты к потолку? Сэл, не нужно им так много!
— Заведешь своих, посмотрю, сколько ты будешь покупать! — ляпаю, не подумав, и прикусываю язык.
Глаза Алекса темнеют. Он отводит взгляд в сторону.
Это ещё одна причина не продолжать отношения. Я не смогу дать ему полноценную семью, стать матерью его детей.
— Извини… — виновато касаюсь его руки.
Он поворачивается и смотрит на место моего прикосновения. Я убираю руку.
— Теперь ты понимаешь, что нам не нужно быть вместе?
— Нет! Ты думала об усыновлении. Я согласен…
— Алекс… Ты здоровый мужчина, у тебя должны быть свои дети.
— Или с тобой, или ни с кем! — говорит твёрдо и уходит.
Он ждёт на парковке. При виде меня щелчком отбрасывает сигарету в урну.
— Не знала, что ты куришь, — ненавижу эту привычку.
— Я и не курил. Так, просто дым поглотал.
— Не делай этого при детях. И я не люблю, когда курят.
— Я знаю! — психует и садится за руль.
— Замечательно! Похоже, мне это всё самой в багажник запихивать, — осматриваю кучу покупок.
Глава 20
Капли дождя медленно стекают по стеклу окна.
Глаза наблюдают за одной, которая чертит длинную дорожку сверху вниз.
Скверная погода.
За что Сэл так любит этот город и страну?
В душе так же мерзко, как и за окном. Хочется поднять голову и завыть, словно волк. Но я всего лишь раскидываюсь на диване.
Зачем
Мне наплевать на то, что никогда мне не родит. Я готов смириться с этим. И даже примирился уже.
Зря сказал ей про бесплодие. Не надо было пока открывать ей эту сторону её жизни. Она долго и упорно пыталась решить проблему, но бесполезно. Десятки лучших врачей мира так и не помогли. Приняла это. Я не должен быть говорить сейчас, ей нужно это было вспомнить самой.
— Долго медитировать будешь? — неожиданно раздаётся голос Сэл сзади.
— Просто задумался, — не глядя на неё.
— О чём?
— Ни о чём… — лгу.
— Может, сходим куда-нибудь поужинать? Стоять у вечного огня, желания нет.
— Какого вечного огня? — туплю.
— У плиты. Здесь рядом есть ресторан итальянской кухни, я видела днём.
— Давай, просто закажем домой?
— Не хочешь, как хочешь, — пожимает плечами. — Я пойду одна, — направляется к двери.
— Стой! Я с тобой, — встаю с дивана и нехотя иду за ней.
Плетусь по парковке в нескольких шагах за Сэл. Она одета в обтягивающие голубые джинсы и короткую белую кофту, которая не доходит несколько сантиметров до пояса. Видна небольшая обнаженная полоска тела. И это жутко соблазняет. Особенно в сочетании с плавными покачиваниями бедер при ходьбе.
Блядь!
Завожусь, как сопливый подросток только от одной мысли о ней. А тут…
После произошедшего в душе ночью до сих пор колбасит. Хочется сгрести в охапку, послать всё нахрен и не выпускать из спальни. Любить так, чтобы снова потеряла сознание от удовольствия и оргазма. Не отпускать, пока не вспомнит свою любовь ко мне.
Задумываюсь и влетаю в неё, не заметив, что остановилась.
Инстинктивно обнимаю за талию, не позволяя ей упасть. Она упирается кулочками мне в грудь.
— Под ноги смотри! А не в облаках витай.
— Извини… — мямлю неуверенно.
— Отпусти меня и дай ключи от машины, я сама поведу. Замечтаешься ещё, не дай Бог, за рулём, — давит руками.
Я отдаю. И отпускаю. Водит она отменно. Видел, как профессионально управляет. Даже гонять себе позволяет. Не думаю, что потеря памяти отразилась на этом навыке. Коробки с куклами она же сама ездила забирать.
Через пять минут мы на месте.
Уютный итальянский ресторанчик. Пиццу жарят на дровяных печах прямо в зале, от этого в помещении очень тепло. В такую погоду самое то.
Похоже, Сэл тут бывала, так как администратор мило нам улыбается и провожает за столик, который находится подальше от людских глаз.
Спрашивать у неё бесполезно. Она НЕ помнит.
Мы заказываем пасту с морепродуктами, капрезе и по бокалу лёгкого белого вина.
— Я, наверное, погорячилась сегодня в магазине… — начинает разговор Сэл. — Про детей. Думаю, ты прав — каждый должен сам решать с кем и когда их заводить.