Фурия

Шефф Вийя

Алекс наклоняется и нежно касается губами моих губ. Поцелуй лёгкий, но в голове звенит.

Руки сами тянутся к его голове, и я запускаю пальцы в его волосы. Провожу от затылка к макушке. Он издает слабый стон и сильней притягивает к себе.

Поцелуй становится настойчивее. Голова кружится, ноги подкашиваются. Контроль потерян напрочь. Руками ему под футболку и слегка царапаю по спине. Он вздрагивает, издаёт гортанный рык, хватает меня за хвост и тянет его вниз. Моя голова откидывается.

Он снова завладевает моей шеей. Целует, слегка покусывает, снова целует.

Я горю в пламени его объятий. Так не должно быть!

Он последний с кем я хочу этого. Совсем недавно я сходила с ума совсем от другого мужчины. Так же теряла голову. И вдруг Алекс!

Цепляюсь руками в его футболку и надавливаю, как можно сильнее. Нужно оттолкнуть, освободиться из его объятий, не таять от этих головокружительных поцелуев.

— Пусти, пожалуйста, — упираюсь в его плечи и сиплю низким голосом.

Он неудовлетворенно рыкает и опускает руки.

Я отхожу на несколько шагов от него, а потом бегом по дорожке к выходу из парка.

Возле машины долго пытаюсь отдышаться и прийти в себя. Алекс не торопится за мной, чему я благодарна. Думаю, ему тоже нужно время, чтобы собраться.

Как можно позволить себе так растечься от его поцелуев? Губы и шея до сих пор горят. Тру место, которого касались его губы. Я же не юная девица, которая от прикосновения к коленке теряет сознание. Я должна заставить контролировать себя. Не поддаваться на все его эти штучки.

А с другой стороны… Мозг ведь потерял жизненный опыт за десять лет.

— Поехали домой, — притрагивается невесомо моего плеча Алекс.

Но я всё равно подпрыгиваю от неожиданности.

Он абсолютно спокоен или мне так только кажется?

— Да, поехали… — сажусь в машину.

Погуляли, блин…

Глава 17

— Как прошла прогулка? — заходит в спальню Стаська и растягивается на моей кровати.

— Нормально, — веду безразлично плечами.

— А мне кажется, нет. Алекс пошёл прямиком в душ.

— А что ещё делать мужику со спермотоксикозом, — достаю из шкафа белую шёлковую пижаму и кидаю рядом с сестрой.

— В смысле?

— Ой, Стась, ты ж не маленькая! Знаешь, как они решают проблемы неудовлетворённости.

Она хихикает.

— Блин! Я теперь на него без смеха смотреть не смогу.

— Даже не вздумай, — со злобой грожу ей пальцем. — Сам виноват. Нечего было лезть с поцелуями.

Сестра разевает рот. В глазах мелькает девичий интерес.

— И как это было?

— Никак!

— Не ври! Дерганная вся. Уже весь шкаф вещей перебрала.

Я действительно стою и снимаю с вешалки то одну, то другую вещь и возвращаю на

место.

— Хорошо! Хочешь правду? Мне понравилось. А ещё когда он обнимал меня, я вспомнила, как это было раньше. Всего секунды пролетели в памяти.

— Это же круто! Значит, есть подвижки! Только как мне вас теперь одних тут оставлять?

— Да нормально всё будет. Запрусь от него в комнате. Надо ещё квартиру обыскать. Я девушка одинокая, наверняка где-то бейсбольная бита припрятана, — отшучиваюсь.

— Ань!

— Что? Я в парке от него с трудом отбрыкалась, а тут вдвоем на одной площади. Он же громила.

— Ты же сама сказала — тебе понравилось, — хитро улыбается.

— Но прыгать к нему в постель, как он мечтает, я не собираюсь. И пускать в свою спальню тоже.

— А я бы пустила, — игриво произносит Стаська. — Если бы на его месте был Антон, — поправляется, заметив мой недобрый взгляд. — Пойду я спать. Мне завтра вставать рано.

Стаська уходит, оставив меня одну со своими мыслями.

Она права. Остаться наедине с Алексом в одной квартире — это испытание. Испытание на стойкость. Я должна его выдержать и не сдаться.

Прихватив пижаму, иду в ванную.

В коридоре сталкиваюсь с Алексом.

— Долго моешься, — язвлю.

Он ничего не отвечает. Только окидывает бесстыжим взглядом голубых глаз. Останавливает его на пижаме.

— Мило. Обожаю шелк на твоём теле. Как новогодняя обёртка на подарке.

Сжимаю от злости зубы.

Он скабрезно улыбается и скрывается за дверью своей комнаты.

Вот гад!

Долго стою под водой, пытаясь смыть с себя всё произошедшее за этот вечер. Его объятья, прикосновения, поцелуи.

Хочется опять стукнуться головой и забыть всё вновь. Не хочу. Не хочу его любить! Вообще никого не хочу.

Надеваю пижаму на голое тело.

Он прав.

Похожа на блестящую новогоднюю упаковку. Только я не подарок. Далеко не подарок…

***

— Привет, sister! — зевая во весь рот.

Ночью поспать, толком не вышло. Сны эротические замучили.

— Привет! — отвлекается Стаська, запихивая какие-то контейнеры в холодильник. — Это обед и ужин. Разогреешь.

— Не надо было париться, поесть я могу и сама приготовить. В крайнем случае, заказать, — наливаю себе чай и стягиваю булочку со стола.

— Ты вроде намеревалась закрыться в комнате на время моего отсутствия, чтобы с Алексом не пересекаться.

— А где он, кстати?

— Уже уехал на студию, у него сегодня песня новая выходит, поэтому он на взводе.

— Было бы из-за чего нервничать. Фигня какая-нибудь, как его последний альбом. Как он стал платиновым, ума не приложу.