Френки и Майкл
Шрифт:
Мгновение он наблюдал, как девушка превращает его товарища в голубиный паштет и размазывает по асфальту.
Потом выстрелил поверх нашей машины и послал в ствол третий патрон.
– Брось это, приятель! – крикнул ему я.
Я поймал себя на том, что так и не уточнил, приказываю ли я ему бросить карабин или оставить всю затею в целом.
Особого значения это и не имело.
– Подумай еще раз, – продолжал я. – Сдай того, кто тебя нанял. Суд будет справедливым.
Но парень не верил в эльфийскую систему правосудия.
Или
Он не захотел воспользоваться шансом, который я вынул для него из кармана. Он упал на асфальт, готовый выстрелить нам по ногам.
– Сдохните! – закричал он. Серые глаза Франсуаз вспыхнули, губы изогнулись в улыбке.
– Привет, мальчонка, – пробормотала она.
Два пистолета запрыгали в ее руках, четко работая затворами.
Девушка всадила парню по пуле в коленные чашечки, и он упал на асфальт гораздо быстрее, чем намеревался. Два следующих выстрела настигли его в падении, выйдя через основание позвоночника.
Когда его тело коснулось асфальта, он уже не думал ни о чем, кроме обезболивающего. Девушка вскрыла ему пулями грудную клетку, справа и слева, и он прополоскал себе рот своей кровью.
Я вышел из-за автомобиля, сжимая в руках свой пистолет и готовый в любое мгновение вновь нырнуть за капот.
Четыре мертвых тела лежали на дороге, и даже крепкий кофе не придал бы им бодрости. Я быстро перебежал шоссе и распахнул дверцу военного фургона. Он был пуст.
Девушка носком черного сапожка переворачивала тела наемных убийц, переходя от одного к другому. Ни один из подонков не подавал признаков жизни.
Очевидно, потому, что ее в них уже не было.
Я подошел к нашему автомобилю, возвращая свой пистолет в кобуру.
– Ну как, любимая? – спросил я. – Надеюсь, теперь ты настроена менее скептически?
– Черт, – пробормотала девушка, расстегивая свою куртку.
Она приподняла белую прозрачную майку. Ее длинные пальцы пробежали по плоскому красивому животу.
– Ты животное, Майкл, – прорычала она. – Этот недоносок выстрелил мне прямо сюда.
– Я сделаю тебе массаж, – пообещал я, вынимая трубку мобильного телефона. – Позовите лейтенанта Маллена.
– Массаж? – Девушка сердито фыркнула и заправила майку. – Кто-то здесь собирался задрать мне юбку.
Часть III
ЛЖЕАПОСТОЛЫ
Многие скажут Мне в тот день: "Господи! Господи! Не от Твоего ли имени мы пророчествовали?… И тогда объявлю им: «Я никогда не знал вас…»
Его звали Мартин Эльмерих, и он был лейтенантом полиции нравов города Темных Эльфов.
Он шел, глубоко засунув руки в карманы. Его бесцветные, сонные глаза не замечали ни людей, окружавших его на оживленной улице, ни возносившихся к небу изрезанных пальмовых
Он шел так, как могут ходить по улицам только полицейские, люди, для которых улица – не просто шеренги зданий и текущий между ними людской поток, не бездушная лестница эскалатора, единственное предназначение которой – доставлять людей туда, куда они хотят попасть, или мешать им оказаться там вовремя.
Для Эльмериха улица была иным – огромным миром, со своими законами и обитателями; миром, который всегда находится на глазах у людей, но о существовании которого они подозревают так же мало, как и об истинных мыслях своих близких.
Улица была для Эльмериха местом, где он работал, местом, где протекала его жизнь. Он знал ее, как можно знать машину или коня; и он знал, что улица тоже знает его.
Около газетного киоска Эльмерих остановился. Он сунул правую руку в карман и пошарил там, не сразу нащупав звенящие кругляши монет среди ключей, бумажек и прочего мусора, оттягивавшего истертую материю брюк.
Когда Эльмериху удалось высвободить из кармана руку, в которой были зажаты две монеты, он обернулся.
Никто не следил за ним.
Он знал, что так и должно быть. Ни один человек не мог знать о том, что предстояло сделать Мартину Эльмериху. Если бы даже кто-нибудь из тех, кто его знал, случайно оказался поблизости, этот нежданный свидетель не понял бы, что только что произошло на его глазах.
И тем не менее Эльмерих обернулся. Улица была его миром, а в этом мире всем следовало быть осторожным.
Даже если ты полностью уверен в собственной безопасности.
– «Икземинер», – попросил он.
Его сонные глаза пробежали широкий заголовок: «Долгожданные переговоры в Раусте. Будет ли Тайра вовлечена в войну?»
Мартин Эльмерих не знал, о чем идет речь в этой статье; политика находилась вне его мира и почти не влияла на жизнь его обитателей.
Эльмерих сложил газету, надеясь, что найдет что-нибудь интересное в спортивном разделе.
Но он не собирался читать газету сейчас.
Он постоял перед газетным прилавком еще секунд сорок, рассеянно просматривая заголовки, словно раздумывал, не купить ли еще какую-нибудь газету. Передовицы рассказывали о слиянии крупных компаний, о перевороте в одном из княжеств кобольдов, о серии убийств, в которых оказалась замешана религиозная секта.
Журналы, развешанные повыше, рекламировали какую-то новую компьютерную игру. Яркий бульварный листок, стыдливо высовывавшийся из-под стопки солидных газет, задавался вопросом: «Инопланетные захватчики среди нас?»
Компьютерная игра была выдумана для развлечения публики; но и статьи про зеленых человечков, убийц-сектантов или политические интриги – все это были лишь трескучие погремушки, имевшие целью пробудить интерес к жизни в душе скучающего обывателя, но никоим образом не соприкасавшиеся с реальной жизнью.