Формула истинной
Шрифт:
— Делай, — просит он. — Сейчас главное — выбраться.
Я лезу в потайной карманчик в платье. Конечно, я прятала эту вещь, чтобы какая-нибудь служанка не нашла ее случайно и не сдала меня мужу. Но сейчас не время для скрытности.
— Что это? — Лесандр подходит ближе, разглядывая флакон. — Яд?
— Кровь дракона. Алана. Она поможет с ним связаться.
— От этого… Р-р! — Лесандр плохо справляется с чувствами, но, сжав кулаки, все же кивает. — Ладно, он сможет передать отцу, что нас похитили. Давай, пей.
— Не сейчас, Лес. Если я правильно понимаю,
— К вечеру нас, может, уже убьют!
Внук прав. Но я плохо разбираюсь в магии, что будет, если я позвоню не вовремя? Алан не услышит меня, не узнает, что я вообще пыталась с ним связаться? Или что именно произойдет?
— Ладно, сделаем так, — наконец киваю. — Но нужно хоть что-то ему рассказать. Я видела, что нас привезли в лес, но больше никаких подсказок. Где нас нужно искать?
— Эти дебилы сбили мне повязку, пока я отбивался от них в повозке, — довольно хмыкает внук. — Я смог разглядеть. Это не лес, тут просто небольшая чаща, деревьев тридцать-сорок, может. Сухие, как палки. Метрах в ста отсюда еще домик. У нас — какая-то развалившаяся халупа, будто здесь уже лет десять никто не живет.
— Поняла. Спасибо, Лес, попробую рассказать об этом.
Помня, что в первый раз, связываясь с Риввардом, я чуть не упала, на этот раз заранее ложусь на пол и вытаскиваю пробку из флакона. Отпиваю глоток, чтобы кровь еще осталась. Сладковатая, похожая на кисель…
Лесандр успевает выхватить флакон из моей потяжелевшей руки и не дать ему разбиться. А я все же падаю, слегка ударяясь головой…
Глава 24. Два обезумевших дракона
Алан
От усталости хочется без преувеличения — сдохнуть. Шутка ли, почти сутки без сна, на ногах. Вернее, на крыльях. Как всё быстро закрутилось… С утра — полевые испытания, трепет в сердце от прикосновения Леотты, боль в плече из-за пробитого крыла. Вечером — небольшой праздник во дворце Рива и огромный праздник в душе — Леотта моя! Ну, как моя… Мне сложно понять эту девушку. Она призналась, что чувствует ко мне то же, что и я к ней, и стоило мне обрадоваться, как она тут же разрушила все надежды. Не может улететь. Не понимаю!
Вспылил, бросился в дорогу сразу же после разговора с ней. Просто понял, что не смогу вернуться в зал и смотреть в глаза Ривварду. Что я ему скажу, что забираю его жену с собой? Я бы и сказал, если бы она не запретила. Желание истинной — закон, я буквально физически не могу ослушаться ее.
Ночной полет. Десять часов. Так уставал я лишь несколько раз в жизни, в последний раз — когда тащил на себе Ривварда. Тогда больше устал от страха, что не успею донести себе друга, теперь же к весу добавилась броня. Больше 900 миль позади. Я добрался до ближайшего полкового лагеря. Простые воины, люди, смотрели на мое появление с удивлением. Еще бы, не просто дракон прилетел, а черный — редкость, к тому же принес какую-то непонятную штуку.
Еще несколько часов ушло на то, чтобы объяснить
Усталость сбивает с ног. Когда я в человеческом теле, бороться с ней куда сложнее. На крыле всё удобно: поймал воздушный поток, и даже крыльями можно взмахивать не так часто. А ногами приходится шевелить постоянно. О чем я думаю…
Мне выделили койку в бараке. Не престижно для графа, но лучше, чем ничего. Осталось только дойти до нее, и тогда…
Сердце подпрыгивает от внезапного вторжения в голову. Я даже не успеваю увидеть, больше чувствую — это Она! Пытается со мной связаться, выпив драконью кровь. Еще не вечер, почему Леотта делает это сейчас? Впрочем, какая разница, я смогу увидеть ее!
Конечно, я еще не добрался до места, где мог бы уединиться. Присаживаюсь у дерева — как же я скучал по зелени! У Ривварда, как у какого-то подростка, никаких полумер: либо суровая зима во дворце, либо засушливые поля за его пределами. Даже удивительно, что люди вообще способны там выживать.
Закрываю глаза, чтобы сосредоточиться. Леотту никто не увидит, кроме меня. Погружаюсь в сознание, представляю тихое, спокойное место. Свое родное графство. Как же я по нему соскучился… Дракон без своей земли — просто летающая ящерица. Особенно скучаю я по одному определенному месту: фонтан в цветущем саду возле дворца. Ребенком я играл там, а когда повзрослел и принял правление, довольно часто проводил там время. Пока не ушел на войну.
Она уже ждет меня. Сидит на мраморном бортике, свесив ноги на землю, а рукой касаясь воды. Что это с ее запястьями? Уже не думаю, подбегаю, встаю на колени, касаюсь рук.
— Что с тобой? — в моем голосе больше возмущения, чем жалости. Кто с ней это сделал? Неужели Риввард? Он бывает жесток, он мог бы, если бы узнал о нас… Нет, не хочу об этом думать.
— Ал! — Леотта бросается мне на шею, обнимает. — Нас с Лесом похитили!
— ЧТО?!
Встаю на ноги, не отпуская ее ладони из своих. Усталость сняло мгновенно, глаза застилает ярость. Никто не смеет поднимать на нее руку!
— Кто? Где вы находитесь?
— Я не знаю, кто… — Леотта пытается объяснить, путаясь в словах. Я касаюсь ее головы. Она, по прежнему сидя на бортике фонтана, прижимается к моему животу и явно через силу сдерживает панику. Такой я не привык ее видеть. Чудо-леди, придумавшая чудо-броню. Возрождающая край. В моих руках.
— Тише, по порядку, милая. У нас не очень много времени.
— Ты далеко улетел? — вместо ответа спрашивает Леотта.
— Слишком далеко… Но я вернусь. Вы в каком-то лесу?
— Мне кажется, это что-то вроде сада. Точнее, когда-то было садом, слишком ровно высажены деревья. Может, не выдержал засухи. Там одинокий домик, может, несколько, но они на расстоянии друг от друга. Больше мне нечего рассказать… Они хотят убить Лесандра!
На этих словах Леотта по-настоящему срывается, и я крепче прижимаю ее к себе.