Факел
Шрифт:
Морозов откашлялся.
– Сначала сделаем мышке норку – вот эти три блока один над другим снимем в первую очередь! Подцепишь и вылезешь, а Витя поднимет…
– Норка готова! – объявил он спустя некоторое время. – Тесновата, но техника требует жертв.
Мальчишки улыбнулись.
– Теперь будешь нырять туда при подъеме блоков. Сама напросилась, нечего пищать!
Довольно быстро сняли двенадцать блоков, но девочка отказалась вылезать, как ее, ни уговаривал Александр. Когда сняли остальные, Наташа вылезла, усталая,
– Молодец! Отдыхай! Теперь уже проще… мальчик на шаре нам все достанет…
Он уложил на дно продолговатый пластиковый мешок и подключил к компрессору. Шар заполнил весь объем.
– Доброволец будет работать со страховкой. Защелкни карабин за горизонтальную планку. Вот тебе инструменты. Я помогу ослаблять гайки.
Наконец из станины была извлечены все блоки.
– Сорок восемь штук – почти полная платформа.
Славка посмотрел на него, на ребят и уехал.
Весть о том, что Морозов с малышами разбирает станины и блоки по новой схеме, мгновенно облетела всю площадку.
Морозова вызвали на совет мастеров.
– Рассказывай, что натворил?
– Ничего особенного, – ответил Александр, – научил малышей работать на сложной технике.
– Кто тебе разрешил?! – завопил старший. – Меня нет, значит все можно?
– В общих Правилах об этом ничего – специально все тщательно изучил. В обязанности старшего это тоже не входит…
Мастера прямо впились взглядами в Морозова, но он был невозмутим. Каких только усилий ему это стоило!…
– Ну и что особенного, что твои мальчишки кранами управляют? – небрежно заметил Павел, мастер седьмого ангара. – У меня тоже многие могут…
– С камерой? – спросил Морозов. – Трое моих мальчишек работают только в наглазниках. Давайте, устроим экзамен, но чтобы жетоны выдали им, как полагается!
Мастера зашумели.
– Что они еще умеют? – хмуро спросил Петров.
– Сейчас подъемник изучают, ЭП-82… платформу водят все и давно… Оля и Галя просятся, но я не знаю, как быть, они все-таки диспетчеры…
– Ты и диспетчеров обучил, – недовольно сказал Петров, – что же теперь будет?
– Хорошо будет! – улыбнулся Александр. – Мастера будут самое сложное разбирать, остальные – всякую мелочь – корпуса, станины, блоки разные…
– Ну, ты наглец! – прошипел старший. – Сразу мне твоя рожа не понравилась!
– Предлагаю эксперимент, – невозмутимо продолжал Морозов, а внутри все дрожало, – за неделю берусь разобрать все завалы! Только учить буду всех подряд, и не смотреть, какие рожи нравятся, а какие – нет!
Поднялся невообразимый шум.
Сейчас все решится, подумал он, или оставят, или выгонят! О кабеле и заикаться не стоит…
– Тихо! – крикнул Петров, и все замолчали.
– Что ты предлагаешь?
– Мастера будут заниматься тем же, чем и занимались, Валерия Осиповича – в диспетчерскую, всеми остальными буду заниматься я и
В полном молчании поднялся старший, подошел к Морозову и поднес к его носу огромный волосатый кулак.
– В таком случае все материалы по работе площадки, я передаю в Объединенную дирекцию! – звонко сказал Морозов. – Там одни факты и цифры – по ним ясно, что вы, Валерий Осипович, работу завалили, площадка разбирает лишь одну десятую от объемов и требуется срочная реорганизация. Вас уберут и быстро, – сказал он, глядя в налитые кровью глаза старшего. – Эксперимент поможет вам удержаться "на плаву". Выбирайте!
Старший сверкнул глазами и отступил.
– Хорошо, – сказал он, пряча глаза, – я согласен на эксперимент. Завтра и начнем…
Разошлись быстро, удивленно и восхищенно поглядывая на Александра, а он стоял в сомнении и с тяжелым сердцем – слишком быстро согласился старший, и это не предвещало ничего хорошего…
9. Возвращение
Утром он позвонил маме.
– Саша! – воскликнула она, – мы уже начали волноваться! Это первый раз, когда ты вдали от нас. Мне все время кажется, что ты сильно устаешь и не отдыхаешь – это так?
– Да, мама, – признался он, – так получается…
– Тебя так загрузили? Много работы?
– Я сам себя нагрузил, и это уже дало результаты!
– Получишь, что хочешь?
– Все решится в ближайшие дни, – ответил он, – я надеюсь, что в мою пользу.
Он погрустнел.
– Что у вас? Дедушка… Лолка… папа не звонил?
– Приезжал режиссер – понравилось ему – я по лицу видела. Валентин Николаевич сказал, что из других театров ему звонили – интересовались… мне как-то странно – неужели я была неправа?
Она улыбнулась.
– Лола скучает, чувствую – привязана она к тебе, мне даже завидно… ездим в лес, но – с тобой ей как-то лучше…
Она вздохнула.
– Папа не звонил, я ему сообщила про тебя… такой интерес у него!… Раньше про дом спросит, как я живу, здоровы ли дети, про отца своего… поговорим о том, о сем, и разговору конец, а тут – как же, сын взялся корабль чинить – небывалый случай! Целый час меня расспрашивал, теперь каждый день звонит сам, сказала ему, что ты за важным проводом в другой город поехал…
Она вглядывалась в его лицо.
– Скорей бы домой – мы все очень скучаем. Вот и Лолка бежит!
– Сашечка, здравствуй! – радостное личико сестренки заняло весь экран. – Ты еще долго?
– Не знаю, Лолочка, хотелось быстрей…
– Приезжай, братик, я тебя очень, очень люблю!
– Я постараюсь, котька, не скучай! Братик тебя любит очень-очень и целует в носик.
Она исчезла и появилась мама.
– Расстроил ты девочку – плачет…
– Мне и самому нелегко. Но должен сделать, что задумал, иначе зачем это все…