Факел
Шрифт:
– Клуб такой есть – владельцев кораблей. Не российский клуб, так вот им заправляться где-то нужно, они там горючее сливают себе в баки… на Луне…
– Да, истории увлекательные и удивительные, – заметил Иван. – Жалко, что все вранье!
– Ладно, Морозов! Ухватишь кабель – вези его сюда.
– Здесь он мне не нужен, – пробурчал Александр.
– А где он тебе нужен? – тут же вцепился Андрей. – Давай, Сашка, не тяни – рассказывай!
– На Марсе, – ответил Морозов, неожиданно для себя и покраснел от такой выдумки. – Там марсодром
Мальчишки захохотали.
– Шутник ты, товарищ Саша! Опытный такой новичок. Ладно – удачи тебе и до связи!
На удивление быстро согласилась мать.
– Езжай – тебе это нужно, – тихо и печально сказала она. – Надолго?
– Не знаю, – честно ответил он. – Но как только пойму, что сделать ничего нельзя – приеду!
Мама кивнула.
– Лолка у соседей – играет с котом, вернется с минуты на минуту, уходи скорее, убегай, она тебя не отпустит! Такой рев поднимет…
– Да, мама.
– Нам, женщинам, иногда невозможно отказать…
Он выхватил из ее рук сумку с вещами, заскочил к деду – обнять и пожать руку, спустился на задний двор и вышел через ворота.
Лолкин звонкий голосок уже слышался в саду.
Быстрым шагом он добрался до метро и нырнул вниз.
7. Мальчишки
Морозов, одним из последних ступил на борт вертолета, выбрал место ближе к проходу – соседние кресла пустовали.
Взвыли двигатели, и машина пошла вверх.
"Площадки разбора", кто их открыл и почему – следовало понять главное. Информаторий выдал интересные сведения – площадки были не сами по себе, а существовала программа занятости молодежи.
Александр не стал смотреть все, а глянул в начало статьи, в середину и вдруг наткнулся на упоминание о международной программе "Помощь планете". В каждой стране население, кроме занятых в производстве товаров и продуктов питания, призывалось добровольно участвовать в работах по очистке, переработке, озеленению. Не исключалось, что добровольность сменится на обязательность…
Там было много всего – в глазах рябило от проектов.
Александр просмотрел это быстро, не вчитываясь, в конце нашел самое интересное: "…задействовать в программах экологической разведки юношей, подготовить морально и физически, вооружить современной техникой"
Да, усмехнулся Александр, юные должны разведывать, взрослые – утилизировать.
И ниже – закладка двух тренировочных баз под Екатеринбургом и Новосибирском.
Нам туда, подумал Александр весело. Хватит убивать время на слеты, походы, дискуссии, просмотры… роба, защитный шлем, в руки кайло или лопату и вперед – настали времена очистки от скверны!
Он вызвал Андрея. Тот налаживал что-то в своей винтокрылой машине и отозвался не сразу.
– Здорово! Ты где?
– Лечу, – ответил Морозов, – ждать, понимаешь, только время терять! Я вот что хотел – список деталей и узлов тебе дать,
Он помолчал.
– Может… опытным взглядом, а?…
– Взгляну… еще что?
– Да вот думаю, – ответил Александр, – почему ты станины до половины разбираешь?
– А как вниз-то пробраться? Мы ребро одно снимаем – сложное это дело… вот и накапливается не разбор, в конце месяца маленький аврал и запасы уничтожаем. А ты, по-другому хочешь?
– Пока не знаю. И еще… что важнее – разбирать корпуса и станины на блоки, или блоки – на детали?
– Никогда такие вопросы не возникали. Попробую узнать.
– Спасибо! До связи…
Весь полет он спал, набираясь сил, словно чувствовал, что они ему понадобятся.
В Кировограде из пассажиров сошел только он.
Было свежо и воздух наполнен влагой, наверно ночью прошел дождь. Солнце едва оторвалось от горизонта, но обжигало уже сейчас, пришлось надеть шляпу.
Александр решил пройтись пешком – до площадки было недалеко.
Маленький, тихий, одноэтажный городок встретил его редкими прохожими и велосипедистами. Каменные дома под разноцветными крышами, много зелени и цветов – чем-то напоминало это окраины Новосибирска.
Морозов шел не спеша, поглядывая по сторонам, и совсем не думал о цели приезда.
У одного из домов, склонив головы, стояли люди, сухощавая немолодая женщина в темном платье и платке, вытирала слезы.
Александр приблизился. Только что заложили урну с прахом. Этот ритуал возник стихийно, и у него было немало сторонников. Это было непривычно – прах умершего человека рядом с живыми – утверждали, что загадочная душа находится возле останков и людям спокойнее, когда такое единение живых и мертвых душ.
Александр снял шляпу, выбрал из россыпи гвоздик две крупных и положил под портрет. "Плахотный Андрей Ильич, 47 лет" – волевое лицо, серьезный взгляд, крепко сжатые губы – довольно симпатичный дядька.
– Спасибо, сынок! – женщина погладила его по руке.
Постояв несколько минут, он тихонько отошел. Все наши… живы и здоровы, разве можно представить кого-нибудь вот так… и тут он вспомнил слова светловолосого обменщика: "Жизнь принадлежит тебе"… и холодок пробежал по спине. Такое может случиться с ним, Александром, если лазить по свалкам… в поисках деталей к кораблю.
Обдумывая эту мысль, он дошел до площадки.
Через распахнутую дверь диспетчерской были видны два стола, за которыми томились две девушки в комбинезонах и ярких блузках.
– Здравствуйте! – Александр снял шляпу и посмотрел в глаза симпатичной брюнетке. – А где старший?
– Здесь, – сказал сзади грубый мужской голос. Невысокий крепкий мужчина в штанах и тельняшке отодвинул Александра и вошел внутрь.
– На работу принимаете?
– Принимаем. Каждый день. Приходят и уходят. Настоящих работников – мало. Хочешь помочь?