Ева
Шрифт:
Сайбер Императора покатился от удара, словно карандаш, и Ева поймала его, не дав ему скатиться, упасть на пол. Это дало ей некоторое время, в течение которого она сумела обдумать свой ответ и справиться со своим смущением. До сих пор никто из подчиненных не говорил, даже не намекал на ее отношения с Вейдером, и этот вопрос… Полковник не просто спрашивал; он еще и говорил, что для него их связь с Вейдером не новость.
— Сказать Дарту Вейдеру? — переспросила она, глянув, наконец, в разгневанные глаза полковника. — Вы себе представляете масштаб бойни, причиной которой
Рукс нервно кивнул, пряча взгляд. Он понимал, что сделал бы лорд Вейдер. Он просто разрубил бы своим алым сайбером всех, кто подвернулся бы ему под руку, и правых, и виноватых.
— Давайте утаим от него эту безобразную сцену, — произнесла Ева, поглаживая сайбер, словно тот был живым. — Тем более что генерал Вайенс извинился, и оставил свои попытки приблизиться ко мне. Мне кажется, что генерал Вайенс не совсем здоров. С ним происходит что-то…
— Это не оправдывает его действий! — вспыльчиво выкрикнул полковник. — И эта его черная стража… Это странные и страшные люди. Говорят, в восточном секторе они расстреляли заключенных, которые просто оказались поблизости от корабля Вайенса! Это совершенно никуда не годится.
— Знаю, — перебила его Ева. — Знаю! За это отвечать будет он сам. Но генерал Вайенс утверждает, что это его ударная сила. Они отличились в операции на Риггеле — 1.
— Это не наше дело — проводить военные операции! Наше дело — это то, что мы с вами, леди Рейн, делаем каждый день! Вы — а не генерал Вайенс! Наше дело — инспекции и надзор за заключенными! А он заигрался; наверное, ему хочется быть таким же храбрым воякой, как и лорд Вейдер, в ваших глазах, и иметь такую же абсолютную власть, какой когда-то обладал имперский главнокомандующий, но это… это просто невозможно! Это недопустимо!
Ева задумчиво кивнула:
— Пожалуй, вы правы. Я поговорю с генералом об этом.
**********
Разумеется, информацию о поведении Вайенса донесли до вышестоящего начальства очень быстро. И это сделала даже не Ева. Издерганные постоянным бесцеремонным вмешательством черной стражи во все внутренние дела Риггеля, сами словно находясь под конвоем, офицеры очень скоро настрочили донос, и Вайенса вызвали на Совет.
Вайенс отнесся к доносу равнодушно; вопреки всем ожиданиям, даже репрессивных санкций не последовало, и Вайенс отбыл, никому ничего не сказав, и его черная стража улетела вместе с ним.
Вайенсу необходимо было побывать в центре, и послушать что говорят.
Ему необходимо было знать, где находится Вейдер, и зачем ситха так спешно отозвали с Риггеля. В зависимости от того, какую операцию затевал Альянс, Вайенс собирался строить собственные планы.
Одновременно с этим перед ним стояла и другая задача — не попасться Вейдеру на глаза, пока его ранение не заросло. Обмануть людей, никогда не видавших ранений сайбером, еще можно было, но не ситха, нанесшего подобных ран тысячи. А увидев изуродованное лицо Вайенса, Вейдер не мог не понять, кто угостил генерала энергетическим лучом сайбера, и уж тем более — не мог не довести начатое до логического завершения.
Так что эту встречу
Но на счастье Вайенса, ни Люка, ни Вейдера он не встретил. Краем уха Вайенс услышал, что Вейдер склонял сына к тому, чтобы допросить с пристрастием посла каминоанцев — а это как раз то, что Вайенс и хотел услышать, и ради чего, собственно, и прилетел!
Каминоанцы… они непременно должны знать что-то о клонах Императора. Не факт, что этим занимались они, но они могли продать свою технологию представителям Императора.
Допросить с пристрастием посла… отличная мысль!
На все обвинения, озвученные в доносе, у него был готов ответ — в качестве доказательств и оправданий он предоставил на Совете тело одного из клонов Императора, из которого заблаговременно выжал все соки.
— Это была лаборатория для клонирования, — таковы были его оправдательные аргументы, — и Император оттуда лично хотел наносить удары по Ригелю. Поэтому я действовал исключительно в целях безопасности Риггеля, что бы там ни говорили. Нам пришлось уничтожить ее, потому что охрана лаборатории открыла огонь, и не позволила нам захватить ее.
И на том его оправдания закончились.
Однако, Вайенс не торопился улетать обратно на Риггель. У него были дела и здесь…
****************
…Поздно ночью, под большим секретом, не договорившись о встрече заранее, Люка посетил каминоанец.
Это было очень странно; недавний разговор с Вейдером не мог быть случайным совпадением с этим визитом.
Провожая незваного гостя в гостиную и предлагая ему присесть, Люк не мог отделаться от мысли, что эта встреча кем-то подстроена, словно каминоанца привели сюда, обложив со всех сторон огнями, как волка на охоте.
Каминоанец заметно волновался; обычно представители его расы были величественны, и суета была им чужда, но не в этот раз. Его длинные руки, привыкшие к плавным движениям, сегодня словно не хотели чинно лежать на коленях, они то и дело вздрагивали, и тонкие длинные пальцы то сжимались, то выпрямлялись. Глядя на это нервное движение, Люк почему-то подумал об осьминоге.
— Так что привело вас ко мне? — спросил Люк, устраиваясь в кресле напротив каминоанца. Тот, словно сомневаясь, а стоит ли говорить, задумчиво посмотрел на молодого джедая и чуть качнул своей маленькой головой.
— Мастер Люк, — очень мягко, по-отечески добродушно произнес каминоанец слегка нараспев, что совсем не вязалось с его нервозным поведением. — Я пришел просить у вас защиты.
— У меня? — удивился Люк. — Почему у меня? И защиты от чего? Вам кто-то угрожает?
— Мне лично не угрожал никто, — ответил каминоанец спокойно. — Но вы, вероятно, слышали о том, что пара моих соотечественников найдена мертвой на этой неделе. Двое. Всего за неделю.
— Да, что-то такое я припоминаю, — ответил Люк. — Ну, так я-то тут причем? Я, откровенно говоря, и связи с вами-то не усматриваю.