Это всегда был ты…

Дал Виктория

— Мой муж захотел заняться новым делом — поставкой и продажей кофе. Благодаря нашей собственной плантации и его связям в сообществе мы можем гарантировать высшее качество продукта по самой низкой цене.

— Но где же твой супруг?

— Я… я плохо переносила жару, поэтому он отправил меня в Англию, чтобы открыть магазин. А муж в настоящее время в Индии, налаживает новые контакты.

— Понятно, — отозвался Эйдан таким тоном, который говорил, что ему ничего не понятно. — А торговля кофе действительно настолько

прибыльная?

— Это только первый шаг.

Стиснув руки, Кейти ждала, когда он заметит нестыковки в ее истории. Почему она занимается магазином одна? Почему у нее нет работников? Почему муж не приехал с ней?

Когда он, похоже, собрался заговорить, они уже подошли к парку и разговор прервался. Эйдан окинул взглядом поросшую травой лужайку, прежде чем повести ее к маленькой скамейке, приютившейся под низко свисающими ветвями ивы. Кейт присела на краешек и устремила взгляд на опавшие листья, дожидаясь, когда он снова заговорит.

И почувствовала, как он придвинулся к ней.

— Прошу тебя, расскажи обо всем, что случилось!

Грудь ее так сдавило, что стало больно дышать.

— Это очень трудно. После того как мы поссорились, я вернулась домой. И была ужасно зла на тебя. Ты сказал, что мы не можем пожениться…

— Мы и не могли.

Кейт прикрыла глаза, вспоминая все те ужасные слова, которые они в запальчивости наговорили тогда друг другу. Она обругала его трусом, а он назвал ее наивным, глупым ребенком.

— Ты прав, — пробормотала она. — Поэтому я вышла замуж за другого.

— На Цейлоне, — сказал он без всякого выражения.

— В Индии, — поправила она, ощутив привкус лжи на языке. — Так получилось.

Конечно, все, что она сказала, выглядело чересчур схематично, и ее рассказ вряд ли казался правдивым. Да какая теперь разница?

Эйдан поднялся со скамейки и взъерошил рукой волосы. Кейт почувствовала себя полной дурой. Она не готова к откровенному разговору.

— И это все? — возмутился он. — Все, что ты можешь сказать? Ты не могла выйти за меня, поэтому вышла за другого?

Она покачала головой и ничего не ответила.

— Но твои родители сказали мне, что ты умерла. Почему?

Действительно, почему? Потому что она сопротивлялась навязанному ими браку? Потому что отказывалась согласиться с их решением? Потому что они перехватывали письмо за письмом, в которых она умоляла Эйдана приехать к ней? Возможно, он так и сделал, а родителям пришлось обмануть его, заявив, что она умерла. Но ничего этого Кейт не сказала, лишь пожала плечами.

— Отец был твердо намерен выдать меня замуж по расчету.

— Я помню, — сухо отозвался Эйдан.

— Мой будущий муж имел много денег и твердое желание, стать губернатором Цейлона. А отец имел влияние на правительственные назначения, но у него не было достаточно средств. Это был именно такой брак, которого он хотел.

— И

который я не мог предложить, — пробормотал Эйдан.

— Что ж теперь поделаешь…

— И ты согласилась?

— У меня просто не было выбора.

Эйдан резко вскинул голову и пристально посмотрел на нее. Страдания оставили след на его красивом лице, осознала Кейт. Морщинки боли и усталости залегли под глазами. С ее стороны было жестоко не заметить этого раньше. Невозможно представить, что бы она испытывала, если б думала, что Эйдан умер.

— Я сожалею, что родители сказали тебе, будто меня нет в живых. Прости!

Он, казалось, не слышал ее.

— Тебя вынудили выйти за мистера Гамильтона? Заставили поехать в Индию?

Зачем он спрашивает? Скорее всего жалеет ее. Конечно, так и есть. Похоже, он не упрекает ее, а сострадает. Но как ей к этому относиться?

Кейт решительно расправила плечи. Надо положить этому конец.

— Да, ну, в общем… мне выпало счастье побывать в экзотических странах и встретиться с интересными людьми. Не многим девушкам выпадает такая возможность.

Его лицо сделалось непроницаемым, с удовлетворением увидела она.

— О, конечно. Значит, для тебя это было не так уж и страшно?

— Разумеется, нет.

Кейт растянула губы в принужденной улыбке. Разрази ее гром, если она позволит ему уйти, испытывая к ней жалость. Она уже не та глупая девчонка, какой была когда-то. И пусть никто, в том числе и Эйдан Йорк, не сомневается в этом.

Кейт встала, вынудив и его подняться, и шагнула на тропинку. Эйдан хмуро смотрел на траву, себе под ноги, куда угодно, только не на нее.

— Что ж, похоже, жизнь в Индии пошла тебе на пользу.

Она что-то невнятно буркнула в ответ.

— Столько лет в чужой стране. Трудно было?

— Жарко. Плантация изолированная и недостаточно оборудована. Незнакомые, странные животные…

Самым диким из которых оказался ее муж. Ей потребовалось так много лет, чтобы понять его.

Она почувствовала, как ладонь Эйдана напряглась под ее пальцами, когда он приготовился спросить о чем-то и, казалось, не знал, как это сделать.

— Значит, ты жила там обеспеченной жизнью?

— Да, вполне. У нас только в доме было, должно быть, двадцать слуг, если не больше.

И ни один из них никогда не разговаривал с ней ни о чем, кроме своих обязанностей. Постепенно Кейт пришла к мысли, что нет ничего более дурацкого, чем жить в доме, полном людей, которые отказываются тебя замечать. Только пасынок, молодой человек ее возраста, постоянно наблюдал за ней, и очень скоро Кейт пожалела, что он не слепой.

Отодвинув в сторону тревожащее воспоминание, она стала краем глаза разглядывать Эйдана. Он выглядел сбитым с толку и немного рассерженным. Губы плотно сжаты, подбородок напряжен.