Это любовь
Шрифт:
Когда мы достигаем нужного этажа и двери открываются, я вздыхаю с облегчением. Следую за Джаксом к двери в конце холла, «ПХ-3» — написано чуть ниже глазка.
Джакс отпирает дверь, позволяя мне войти первой. Я чувствую, как его рука касается меня, когда он тянется к выключателю. Свет освещает квартиру, и я озадачена пространством передо мной. Небольшая прихожая ведет в открытое жилое пространство, где окна от пола до потолка занимают всю стену, открывая прекрасный вид на городской пейзаж.
— Поразительно.
— То же самое я сказал, когда впервые пришел посмотреть на эту квартиру. После этого вида, как я мог сказать «нет»?
— Ты не мог! Точно! —
Обернувшись, я осматриваю оставшуюся часть квартиры Джакса. Гостиная еще совсем не обставлена, стены светло-кремового цвета, приятный контраст с темными дубовыми полами. Представляю, как он отдыхает на шоколадно-коричневом кожаном диване, сложив ноги на деревянном журнальном столике, глядя телевизор с плоским экраном — единственное, что в настоящее время висит на его стенах. Я прохожу мимо красивого газового камина с деревянной отделкой. Только одна фотография стоит сверху, с изображением его родителей. Просто стоя в гостиной, я понимаю, что это место огромное.
— Я только переоденусь. Чувствуй себя как дома. Хочешь свежую футболку или еще что-нибудь?
Джакс останавливается у коридора, который, как полагаю, ведет в спальню или спальни.
— Нет, я в порядке, но, могу воспользоваться твоей уборной? — спрашиваю я. Хотя и не прочь немного освежиться, носить одежду Джакса — это слишком интимно.
— Конечно, я проведу для тебя небольшую экскурсию. — Он машет мне, призывая следовать за ним.
Первая дверь, к которой он нас приводит, это кабинет. Перед окнами от пола до потолка стоит стол из красного дерева и черное кресло. Плоский экран висит на стене лицом к столу. Встроенные полки с рядами книг аккуратно и организованно расположены на противоположной стене.
— Очень мило, — говорю я одобрительно.
— Благодарю. Когда находишься в удобном месте, хорошо работается, — улыбается Джакс.
Следующая дверь — пустая спальня. В ней нет ничего, кроме открытых коробок.
— Здесь еще предстоит работа, — поясняет Джакс, двигаясь к следующей двери. — Моя спальня, — тихо говорит он, открывая дверь.
Не знаю почему, но это единственная комната, в которую я захожу. Джакс щелкает выключателем, и две прикроватные лампы загораются.
Его спальня именно такая, какой я ее себе представляла. Как и остальная часть квартиры, мебель из темного дерева и кремовые стены. Кровать огромного размера аккуратно застелена темно-синим стеганым покрывалом. Кроме комода и еще одного плоского экрана, в комнате больше ничего нет. Я вижу две двери — одна закрыта, предполагаю, что это ванная комната, а другая ведет в гардеробную. Склонность Джакса к опрятности распространяется и на его гардеробную, так как все его пиджаки и рубашки весят ровно и организованы по цвету.
— ОКР? — спрашиваю я, приподнимая брови и указывая в сторону гардеробной. (Примеч.: ОКР — обсессивно-компульсивное расстройство).
— Мне нравится, когда все организовано, — отвечает Джакс.
Еще раз оглядев спальню, я киваю. Хотя большая часть квартиры Джакса все еще пуста, она производит приятное впечатление чисто мужского пространства. Единственное, что кажется неуместным, это джинсы, оставленные лежать на кровати.
Чувствую, что Джакс подходит ко мне ближе, и понимаю, что
— Дам тебе переодеться, — говорю я, быстро направляясь к двери и выходя из спальни.
— Уборная слева, — кричит вдогонку Джакс.
Прежде чем дохожу до двери ванной, поворачиваю голову обратно в сторону спальни и смотрю, как Джакс стягивает футболку через голову. Он стоит спиной ко мне, и я наблюдаю, как мышцы вдоль его плеч двигаются, пока он раздевается. Торс Джакса сужается к бедрам, и я замечаю полоску его боксеров, выглядывающую из-под пояса беговых шорт. Мой взгляд словно приклеивается к области прямо над этой полоской, где две ямочки. Я помню, Тесс однажды читала статью о самых сексуальных частях тела мужчин, и в этом списке были ямочки на пояснице. Я никогда не понимала почему. До сих пор. Они выглядят как идеальные маленькие углубления, в которые могут поместиться ладони рук или пятки ног.
Джакс поворачивается, и я вижу его пресс. Не слишком накачанный, но достаточно выраженный. Тонкая линия волос теряется за поясом шорт. Недолго думая, я следую взглядом за этой линией вниз... пока голос Джакса не возвращает мое внимание к его лицу.
— Все в порядке? — Сейчас его голос другой, слегка с придыханием и хриплый. Он смотрит на меня с такой интенсивностью, какой я никогда раньше не видела, и делает шаг вперед. — Рэйчел?
Смутившись, я быстро киваю и указываю на дверь передо мной.
— Эта дверь, правильно?
Я открываю дверь и быстро закрываю ее за собой, прежде чем Джакс успевает что-либо ответить. Прислоняюсь к двери и закрываю глаза. Я одновременно унижена тем, что меня застукали откровенно наблюдающей за тем, как он раздевается, и чувствую себя ужасно за то, как мне... понравилось.
Делаю несколько глубоких вдохов и приближаюсь к раковине. Ванная комната лишена даже малейшего беспорядка и выглядит безупречно чистой. Джакс, должно быть, использует ту, которая примыкает к его спальне, потому что кусок мыла, лежащий рядом с краном, выглядит совершенно новым, а полотенце, свисающее со стойки, все еще идеально сложено. Я брызгаю холодной водой на лицо снова и снова, прижимаю ледяные ладони к шее, надеясь согнать румянец. Схватив чистое полотенце, я протираю лицо и шею, глядя на свое отражение в зеркале.
— Возьми себя в руки, Рэйчел, — шепчу я себе.
Стук в дверь пугает меня.
— У тебя все в порядке? — спрашивает Джакс.
— Я сейчас вернусь! — отвечаю я.
В последний раз взглянув на себя, я набираюсь смелости, чтобы выйти и встретиться с Джаксом лицом к лицу.
Выхожу в гостиную и вижу, что Джакс переоделся в черную хлопчатобумажную рубашку с длинными рукавами и надел те джинсы, которые лежали на его кровати. Он слышит, как я вхожу, хлопает в ладоши от волнения и подводит меня к дивану. Я сажусь, с облегчением думая, что момент моего подглядывания, кажется, забыт. Джакс направляется к двери шкафа.
— Как я уже сказал, в квартире все еще довольно пусто... — Он достает из шкафа большой предмет, завернутый в коричневую бумагу, и несет его к дивану. — Но надеюсь, это поможет все исправить.
Глядя на завернутый предмет, я точно знаю, что это такое. Как ребенок рождественским утром с нетерпением и без колебаний начинаю тянуть за коричневую бумагу. Вижу улыбку Джакса, когда оторванные куски бумаги взлетают и падают на пол. Как только вся бумага снята, передо мной предстает картина, которую Джакс купил несколько недель назад, только в новой красивой темной деревянной раме.