Это любовь
Шрифт:
Ускоряясь, я напрягаюсь и догоняю его, готовая пересечь финишную черту бок о бок.
— О, нет-нет! — Голос Джакса полон смеха, и это все, что я слышу, прежде чем он обгоняет меня и финиширует первым, на несколько хороших метров впереди.
Он наклоняется, упираясь руками в колени, и глубоко вздыхает. Я, наконец, присоединяюсь к нему.
— Ты мог бы позволить мне выиграть один раз, — говорю я между судорожными вдохами. Кладу руки на бедра и смотрю в небо, глубоко вздыхая.
— Никогда, —
Перевожу взгляд на Джакса и вижу, что он уже выпрямился и наблюдает за мной. Его взгляд сосредоточен на моем оголенном животе — обрезанный топ, который я надела, задрался во время моего предыдущего движения. Джакса переводит взгляд к моей груди, замирая на долю секунды. Его глаза сегодня скорее серые, чем синие, взгляд напряжен и задумчив. Джакс приближается ко мне.
— Я всегда побеждаю, — спокойно говорит он.
Мурашки появляются на коже, дрожь пробегает по моему позвоночнику.
— Я начинаю это понимать.
За последние две недели я стала лучше понимать реакцию, которую испытывает мое тело, когда рядом Джакс. Хотелось бы мне контролировать это, игнорировать его, притвориться, что это не влияет на меня. Мне жаль, что это не стало причиной, по которой моя потребность оставаться на связи с Беном станет неважной.
Я потираю ладони друг о друга, пытаясь стереть физическую реакцию. Сделав шаг назад, сцепляю пальцы и закидываю руки за голову, потягиваясь. Джакс делает то же самое. Мы стоим в напряженной тишине, позволяя теплому воздуху охлаждать наши перегретые тела.
— Ты должна пойти ко мне. У меня кое-что есть для тебя, — нарушает тишину Джакс.
Я замираю, вытянув руки перед собой. Джакс округляет глаза, понимая, как это звучит.
— Ох, это прозвучало... — Я смотрю на него, пытаясь найти слова.
Его рот открыт, в глазах смущение. Думаю, это первый раз, когда я вижу Джакса смущенным. Это весело и отчасти я хочу продолжать играть. Это справедливо, учитывая, сколько раз я краснела перед ним.
— Не волнуйся. Я поняла, что ты имел в виду, — Я пожимаю плечами и машу рукой, чтобы он расслабился.
Через секунду он улыбается, но улыбка не затрагивает его глаз.
— Ты готова?
— Сейчас?
— Конечно. Если только у тебя нет других планов? — спрашивает он.
Я смотрю на свою пропитанную потом одежду.
— Нет, никаких планов. Но, может быть, мне переодеться? Я немного влажная.
Теперь я понимаю, как это двусмысленно прозвучало, и Джакс тоже. Он так смотрит на меня, что дрожь вновь пронзает мой позвоночник.
— Я не против. — Джакс улыбается и кивает головой в сторону своего кондоминиума, безмолвно спрашивая.
Через мгновение я киваю и иду с ним в сторону его дома.
Здание кондоминиума
— Добрый вечер, мистер Перри, — говорит он, открывая дверь. — Мисс, — приветствует он меня, приподнимая фуражку.
Внутри вестибюля полы выложены красивым кремовым и золотым мрамором, стены выкрашены в тон. Также туту кремовый кожаный диван и несколько кресел, расположенных вокруг темного журнального столика. За стойкой консьержа работает пожилой джентльмен, внимание которого сосредоточено на небольшом телевизоре.
— Джимми! Какой счет? — интересуется Джакс, проходя мимо него к лифтам.
— Им нужно больше тренироваться, — отвечает он, качая головой.
— Может быть, в следующий раз, — смеясь, говорит Джакс и наклоняется ко мне. — Фанат «Кабс».
Я киваю, как будто понимаю, о чем говорит Джакс, наблюдая, как он нажимает кнопку вызова лифта.
— Ты не переживаешь, что кто-нибудь может войти сюда, когда консьерж так погружен в игру? — спрашиваю я с любопытством.
— С Джимми? Не получится. У него глаза на затылке. Никто не пройдет мимо него. К тому же, если я опаздываю с утра, всегда могу положиться на него в плане спорта.
Подъезжает лифт, и Джакс взмахивает рукой, приглашает меня войти первой. Стены лифта зеркальные, включая внутренние двери. Как только они закрываются, я вижу свое отражение. Волосы в беспорядке, на одежде все еще присутствуют пятна пота, и макияж выглядит так, как будто ему три дня.
Боже.
Я пытаюсь незаметно подтереть «глаза енота», пока Джакс нажимает кнопку этажа. Я смотрю на кнопки и вижу, какая кнопка горит, и приподнимаю бровь.
— Пентхаус?
Глядя на меня, Джакс пожимает плечами.
— Просто лучший способ назвать двадцать седьмой этаж.
— Забавно, но я не вижу, чтобы у других этажей были названия, — дразню я.
— Туше.
Джакс делает шаг назад, упираясь руками в перила, и скрещивает ноги. Я снова поворачиваюсь лицом к двери, наблюдая, как медленно загораются цифры. Каждые несколько секунд я бросаю взгляд на отражение Джакса. Слышу, как он стучит пальцами по перилам, медленно и ритмично. Находиться в таком замкнутом пространстве, где так мало отвлечений, нервирует.