Это дикое сердце
Шрифт:
— Почему? — озадаченно спросил Джим.
— Сеньор, это женщина Чандоса, а значит, он придет за ней. У меня нет охоты встречаться с ним.
— Значит, ты решил, что лучше уехать сейчас — ночью, одному? — удивленно спросил Джим. — Сумасшедший!
В разговор вмешался Красавчик:
— Чем это, интересно, она тебя так запугала?
— Она женщина Чандоса.
— Думаешь, мы поверим, что краснокожему-полукровке не безразлична судьба белой женщины? — усмехнулся Фрэнк.
Кортни поразило то презрение, с которым Ромиро обвел
— Я видел, что этот полукровка сделал с моими amigos, а тогда она еще не была его женщиной — он только сопровождал ее. А сейчас у него есть на нее права. Знаете ли вы, что делает команчи с тем, кто похищает его женщину?
— Он команчи только наполовину, — заметил Джим.
— Однако, сеньор, это делает его вдвойне опаснее, ибо он может убивать и как белый, и как команчи. Мы углубились на Индейскую Территорию, и боюсь, он придет за своей женщиной не один.
Джим сурово глянул на Кортни.
— Тогда ты останешься, Ромиро, — распорядился он. — Нам понадобится каждый револьвер…
— Пусть убирается, — перебил его Красавчик с презрительной усмешкой. — Я не хочу, чтобы меня прикрывал трус. Мне вообще не нужно прикрытие. Я лучше их всех, Эванс, вот почему ты и взял меня с собой.
Услышав, что его назвали трусом, Ромиро напрягся. Кортни поняла, что задета его гордость. В следующую секунду она закрыла уши, крикнув:
— Нет!
Ромиро потянулся за револьвером, и тут же прозвучал выстрел. Красавчик подтвердил свои слова делом. Кортни с ужасом смотрела, как кровь заливает грудь мексиканца. Он медленно повалился на землю и застыл.
Красавчик улыбался. От этой улыбки Кортни стало дурно.
— Вот и положили конец той панике, которую ты вызвала, лапочка.
Кортни согнулась, и ее вырвало. Красавчик подошел к ней.
— Я не знал, что ты такая нежная, лапочка, — сказал он со смехом, — а то предупредил бы, чтобы ты не смотрела.
— Ты… ты нарочно раззадорил его, — сказала она.
— Возможно.
— Не «возможно», а так и есть! — закричала она. — Ты хотел убить его. За что?
— На твоем месте я бы не стал так возмущаться, — холодно заметил он. — Ты сама вынудила его открыться. Я не люблю трусов, вот и все.
Кортни застонала. Неужели она виновата в смерти мексиканца? Нет, это ложь! Может, она и преувеличила грозящую ему опасность, но она же не заставляла Ромиро хвататься за револьвер. Это сделал Красавчик.
— Я считала дикарями команчей, но дикарь ты, — прошипела Кортни.
Красавчик приблизился к ней с самым злобным видом, и Кортни не сомневалась, что сейчас он ударит ее, но он только дернул ее, поднимая на ноги.
— Думаю, вся беда в том, что я слишком долго пренебрегал тобой, лапочка. — Кортни попыталась высвободить руку, но он крепко держал ее. — Фрэнк, убери мексиканца и не спеши назад. А ты, Джим, если так боишься индейцев, пойди и разведай обстановку, — распорядился Красавчик.
Кортни
— Нет! — закричала она. — Эванс, неужели ты посмеешь оставить меня с этим чудовищем? Эванс!
Джим Эванс, даже не взглянув на нее, подхватил свою винтовку и ушел. Фрэнк, не обращая на нее никакого внимания, потащил труп Ромиро с поляны. Теперь Кортни осталась с Красавчиком. Он еще крепче сжал ее руку, и холодная злоба в его васильковых глазах ужаснула ее.
— Я вовсе не хотела… назвать тебя так, — со страхом начала она.
— Конечно, не хотела, лапочка.
Он не верил ей, и Кортни понимала, что от него нельзя ждать пощады. Однажды, очень давно, она просила Бога дать ей мужество встретить смерть без слез и стенаний. Это было во время налета индейцев, когда жизнь ее висела на волоске. С Красавчиком сложилась не менее угрожающая ситуация, и Кортни приказала себе не опускаться до бесполезных слез и просьб.
Гнев придал ей смелости.
— Ладно, я хотела сказать то, что сказала! Ты гнусный, жестокий…
Ее щеку обожгло огнем. Хлестнув Кортни по лицу, Красавчик тут же бросил ее на землю, навалившись сверху всем телом. Ошеломленная, охваченная ужасом, она почувствовала, как его рот впивается в ее губы, ей стало нечем дышать.
Теперь она видела, чем отличается страсть от животной похоти. Красавчик намеренно причинял ей боль, но Кортни знала, что настоящая, страшная боль еще впереди.
Его зубы прошлись по ее щеке, спустились на шею. Кортни кричала и, схватив Красавчика за волосы, тянула его голову назад. Но это не производило на него ни малейшего впечатления, он лишь гнусно усмехался, поглядывая на нее.
— Если ты позволишь себе больше, — задыхаясь, проговорила она, — Чандос убьет тебя.
— Ты еще не поняла, лапочка? Твой краснокожий-полукровка не пугает меня.
— Не бояться его может только дурак! Он схватил Кортни за горло и стал медленно, безжалостно сжимать его. Кортни ловила ртом воздух. Он заставил ее помучиться примерно с минуту, потом отпустил. В следующий момент Красавчик одним рывком разорвал ей блузку вместе с сорочкой и процарапал ногтем длинную красную черту вдоль ее груди.
— Советую попридержать язык, — холодно сказал он. — Я уже наслушался от тебя столько вздора, сколько не слыхивал за всю жизнь.
— Значит, никто раньше не говорил тебе правду?
Кортни сама не поверила, что осмелилась сказать такое. Он опять наотмашь ударил ее по щеке. Слезы выступили у нее на глазах, но в Кортни словно вселился бес — она уже не могла остановиться.
— Ты не учел одного. Красавчик, — сказала она, тяжело дыша, — убив человека, который встретился с тобой один на один. Команчи так не воюют. Если ты им понадобишься, за тобой придут сразу пятеро или шестеро. Да, ты умеешь быстро выхватывать револьвер, но что тебе это даст тогда?
— Мексиканца ты запугала этим же? — спросил он, презрительно усмехнувшись.