Это дикое сердце
Шрифт:
— Хорошо же, — злобно прорычал он. — Я понял тебя. Пока мы едем, я тебя не трону, но молись, чтобы я остыл к вечеру, когда мы устроим привал.
В этот момент, словно в подтверждение его угрозы, небеса прорезала яркая вспышка молнии, за ней последовал страшный раскат грома. Мощный ливень обрушился на них водопадом, и Красавчик, прервав свою грозную речь, выудил из сумки непромокаемый плащ и набросил на них обоих, а потом пришпорил лошадь, чтобы догнать остальных.
Глава 28
— Что
Кортни решила не отвечать Ромиро, да она и не знала ответа.
Она сидела у костра, держа в руках тарелку с бобами, к которым почти не притронулась: живот ее сводило от страха.
Ближе к вечеру дождь перестал, и они устроили привал в более густой части леса, высоко в Сэндстонских горах. Кортни ожидала, что Красавчик побьет ее, но он, сдернув ее с седла, занялся своей лошадью, а теперь о чем-то вполголоса переговаривался с длиннолицым, которого звали Фрэнком. Оба время от времени бросали на нее косые взгляды, и от этого она в конце концов взвилась.
— Что-то не так, bella?
— Этот убийца, похожий на ангела, собирается меня изнасиловать, а ты еще спрашиваешь, что не так? — ответила она Ромиро.
Глаза ее блестели от гнева, а волосы, подсвеченные огнем костра, отливали золотом. Но в этот момент Кортни не думала о своей внешности и не подозревала о том, как сильно хотел ее Ромиро.
— Не могу осуждать его за это, я и сам поразвлекся бы с тобой. Мои amigos поделили бы тебя, но не Красавчик.
— А ты не можешь остановить его?
— Ты шутишь, bella? — Удивленный, он отступил на шаг. — Никто не осмелится встать на дороге у этого парня. Он чокнутый. Ему все равно, кого убивать и за что.
— Чандос не струсил бы перед ним.
— Но его здесь нет.
— Он появится, Ромиро, — предупредила она. — Не сомневайся! Его глаза сузились.
— Когда мы виделись с тобой в прошлый раз, ты, помнится, уверяла, что ему на тебя наплевать.
— С тех пор многое изменилось. — Она посмотрела на огонь и добавила:
— Теперь я его женщина.
— Dios! — Ромиро выругался. — Думаю, мне было бы спокойнее путешествовать одному. Какого черта я связался с этими придурками? Твое общество небезопасно.
— Думаю, ты прав, — Кортни старалась говорить небрежно, — но сейчас это уже не имеет значения: вам все равно далеко не уйти, вот разве что ты уедешь один.
Кортни быстро соображала, удастся ли ей убедить их всех бросить ее. Нет, вряд ли. Красавчик не из тех, кого легко запугать: он слишком уверен в себе. И все же чем меньше их останется, тем больше у нее шансов на побег.
— Чандос наверняка нашел наши следы до дождя, — сказала она Ромиро. —
— Утром ты сомневалась в этом, хотя у тебя была возможность послать меня на смерть. Но ты сказала, что он…
— Я сказала так, чтобы ты не нарвался на пулю. — Кортни пожала плечами. — Неужели ты думаешь, что я хочу чьей-то смерти? Но сейчас я, кажется, уже не смогу помочь никому из вас.
После долгого напряженного молчания Ромиро повторил свой первый вопрос:
— Что стало с Дэйром?
— Чандос мне этого не сказал.
— Но ты сама была там.
— Нет, меня там не было. Он велел мне ехать вперед, потому что хотел кое о чем поговорить с Траском, но считал, что мне незачем это слышать.
— Он послал тебя вперед одну, зная, что там индейцы? — спросил Ромиро с сомнением.
— Он был уверен в моей полной безопасности. — Она решила чуть-чуть преувеличить, ведь Ромиро не мог знать о том, что там был всего один индеец. — Я только вчера выяснила, что эти индейцы — его друзья, он всегда-с ними путешествует. Они ехали с нами от самого Канзаса, но держались на расстоянии. Чандос знает, как я боюсь индейцев.
— Si. В ту ночь мы видели троих из них, иначе я бы вернулся и спас Траска.
— Троих? — Кортни быстро справилась с удивлением. Что ж, выходит, она не обманула его. — Я просто никогда… То есть я полагала… В общем, едва ли Траск вырвался оттуда живым. Чандос сказал, что не убивал его, но… но он также упомянул и о том, что Траск виновен в ужасных преступлениях, а потому и получил по заслугам. Может, Чандос заставил его идти в Канзас пешком, но не исключено, что он просто оставил его там…
Кортни судорожно сглотнула. Да, это было возможно, и это свидетельствовало о жестокости и хладнокровии Чандоса.
Если он оставил Траска индейцам, то чем тот заслужил такую казнь? Может, убил тех, с кем Чандос говорил в своем горячечном сне?
— Эти команчи еще здесь? — спросил Ромиро, тревожно оглядывая деревья.
— Да. Когда утром Джим Эванс подстерег меня на речке, я сначала приняла его за одного из них.
— Значит, они могут поехать с Чандосом, чтобы вернуть тебя?
Кортни почувствовала прилив надежды. — Едва ли, — ответила она. — Зачем? Он и без них справится с вами. Разве он уже не доказал это однажды? Ромиро кивнул:
— Я думаю, bella, для меня лучше распрощаться с тобой, и как можно скорее. — С этими словами мексиканец удалился с поляны.
— Эй, ты что, уходишь? — окликнула его Кортни.
Ее услышали. Красавчик встал, преграждая Ромиро дорогу.
— В чем дело? — резко спросил он.
— Я помог вам найти женщину. Это было ошибкой. Вам не следовало трогать ее.