«Если», 2011 № 06
Шрифт:
Мы быстро позавтракали яичницей с колбасой. Затем Горман встал, дважды хлопнул в ладоши и объявил, что пора выступать.
— У меня тут мысль появилась, — сказал Джим Донахью. — Почему бы нам не объявить награду в тысячу долларов тому, кто первым заметит леопарда? Это нам ничего не будет стоить, если только кому-нибудь не повезет.
— Плохая идея, — возразил Горман, и я заметил, что Чарлз Нджобо кивает, соглашаясь с ним.
— Почему?
— Носильщики здесь для того,
— Хорошо, я все понял, — признал Донахью. — А что если мы лишь попросим их посматривать по сторонам, не обещая ничего?
Горман ухмыльнулся:
— Что ж, можете попробовать.
Тут к нам подошел Муро и сообщил, что палатки сложены в хижинах, носильщики нагружены камерами и звуковой аппаратурой, про аптечку тоже не забыли, и экспедиция готова продолжать восхождение на Килиманджаро.
— Кому-нибудь нужно еще время на сборы? — спросил Горман. — Нет? Тогда в путь.
Мы начали восхождение, и хотя снега едва хватило бы, чтобы слепить снеговика, здесь было холодно. Воздух разреженный, и через несколько минут все стали задыхаться. Ну, кроме Муро и носильщиков, которым наши мучения, похоже, казались забавными.
У Гормана хватило ума — никогда не спишу это на сочувствие — устраивать через каждые полчаса привал, чтобы мы отдышались. На третьем привале, около половины десятого, Муро уставился куда-то вдаль, затем достал бинокль.
— Как думаете, что он там увидел? — спросила Бонни и, прищурившись, посмотрела в ту же сторону.
— Нашего леопарда? — с надеждой уточнил Донахью.
Я покачал головой:
— Вряд ли.
— Почему?
— Нет укрытия, — пояснил я. — Тут крутой склон, а леопарды прячутся среди деревьев, но не среди камней. А на этом склоне никогда не росли деревья. Кстати, большая часть флоры появилась здесь уже после таяния снегов. А того, что росло здесь сто лет назад, не хватило бы на прокорм достаточного количества добычи.
— Вы уверены?
— Это моя специальность.
Муро повернулся к Горману с торжествующей улыбкой на узком лице.
— Чуй! — воскликнул он.
— Чую? — переспросил Рэй. — Он что, что-то учуял?
— Чуй, — повторил я. — Это «леопард» на суахили.
— Вы, кажется, говорили, что это не мог быть леопард, — напомнил Донахью.
— Я сказал, что вряд ли. — Я побрел в направлении, указанном Муро. — Давайте взглянем, что там такое.
Муро обогнал меня и буквально пробежал оставшиеся полмили, затем принялся
Мы заторопились вперед, задыхаясь, не обращая внимания на острую боль в груди, и несколько минут спустя окружили покрытый мокрой грязью холмик. Под ним, несомненно, лежало тело. Одна нога торчала наружу — жесткая и замерзшая, покрытая коричневой шерстью.
— На мой взгляд, это точно не лапа леопарда, — сказала Бонни.
— Наверняка, — поддакнул я.
— Согласен, — сказал Горман. — На этой лапе никогда не было когтей. Ни втягивающихся, ни любых других.
— Это человек? — спросил Рэй.
Тело было настолько очевидно не человеческим, что никто не потрудился ответить.
— Что ж, давайте вытащим его и осмотрим свою находку, — предложила Бонни.
— Это собственность правительства Танзании, — заявил Нджобо. — К нему никто не имеет права прикасаться.
— Согласен, — кивнул я. — Тело могут загрязнить наши ДНК и микробы, которые мы принесли на себе. Мне надо послать за подходящим оборудованием, чтобы переместить объект в безопасные условия.
— У вас нет права перемещать тело, — не унимался Нджобо.
— Я не говорил о том, чтобы переместить его с горы. Но тело необходимо перенести туда, где его сможет осмотреть группа экспертов. Наверху должна отыскаться надежная пещера, где температура все еще ниже нуля.
— Я настаиваю: оно останется здесь.
— Вы действительно хотите прославиться как человек, из-за которого погиб первый экземпляр… чем бы это ни оказалось? — спросил я. — Что скажет ваше начальство?
Нджобо помолчал.
— Я над этим подумаю, — вымолвил он в конце концов. Потом добавил: — Если кто-либо прикоснется к нему без моего разрешения, я отправлю его вниз в одиночку.
Горман долго рассматривал находку.
— Я думал, что знаю каждое животное, когда-либо жившее на Килиманджаро, — сказал он и повернулся к Муро: — Приведи сюда пару носильщиков, пусть они очистят тело от грязи. — Он сделал паузу и взглянул на Нджобо: — С вашего разрешения, — добавил он.
Нджобо вопросительно посмотрел на меня.
Я кивнул:
— Только осторожно.
Муро передал приказ, и двадцать минут спустя два носильщика тщательно очистили тело от грязи. Существо оказалось двуногим, ростом около полутора метров. Это точно не был человек или антропоид, и я никак не мог вспомнить других двуногих животных такого размера. Я не назвал бы его лицо мордой, но все же оно было чуточку вытянутым. Мех его — фактически, пух — был рыжевато-коричневого оттенка и не таким густым, как у обезьян.