«Если», 2009 № 08
Шрифт:
— Пришел, — расплылся в радостной улыбке Суборов.
Можно было подумать, он хотя бы на секунду усомнился в том, что я непременно приду!
— Пошли! — Витёк схватил меня за локоть и потащил в другую комнату.
Комнатка, где некогда стояла Витькина кровать и двухтумбовый письменный стол, за которым он делал уроки, теперь напоминала медицинский кабинет. Стены, выкрашенные белой краской, светлый ламинат на полу, закрытые жалюзи на окне. В центре комнаты — широкий стол, накрытый сверху плоским пластиковым колпаком. С двух сторон от стола — яркие бестеневые
— Ты здесь вивисекцией занимаешься? — пошутил я.
— Хуже, — зловеще прошептал Виктор. — Создаю новую реальность.
— Виртуальную?
— Нанотехнологическую.
— Не слышал про такую.
— Естественно. Никто не слышал.
— Ага. — Я придал лицу многозначительное выражение. Так всегда следует поступать, когда не знаешь, что сказать.
Но на Витьку мое «ага» не подействовало совершенно. Он подошел к столу, щелкнув сбоку клавишей, включил подсветку и передвинул на угол стола закрепленный на трех подвижных кронштейнах полупрозрачный квадрат размером с коробку для компакт-диска. Чем-то мне все это напоминало нашу детскую игру в крошечных солдатиков.
Витёк изогнул один из кронштейнов так, что полупрозрачный квадрат поднялся вертикально, и посмотрел сквозь него на меня.
— Я тебя вижу насквозь!
А я видел только вылупившийся на меня огромный глаз. Покрытый сеткой красных прожилок и как будто неживой. Зрелище было настолько отталкивающее, что я почувствовал странный, неприятный холод под ребрами.
Витька наклонил голову к плечу и посмотрел на меня своим нормальным взглядом, не через стекло.
— Как ты думаешь, что это такое? — он кончиком пальца коснулся закрепленного на кронштейне квадрата.
— Увеличительное стекло, — ответил я. — Обалденно навороченная, мощная суперлинза.
— Мимо! — Витёк снова перевел квадрат в горизонтальное положение и переместил к одному ему приметному месту на ровной матовой поверхности стола. — Это — окуляр наноскопа.
— Чего? — насмешливо скривился я, решив, что Суборов меня дурачит.
— Наноскопа, — Виктор посмотрел на меня через плечо. — Прибора, позволяющего видеть объекты, созданные с помощью биоструктурированных нанороботов пятого поколения. — Лучше сам посмотри, — Виктор сделал шаг в сторону, уступая мне место возле наноскопа.
Я осторожно подошел к непонятному прибору и, вытянув шею, издали заглянул в квадратное окошко. Оно казалось мутным и слегка опалесцирующим.
— Смелее, — подбодрил меня Витька. — Это совершенно безопасно.
Я наклонился и одним глазом заглянул в окуляр.
В первый момент мне показалось, что навстречу устремилось мерцающее серебристое облако. Зажмурив глаза, я чуть было не отшатнулся назад. Но, вовремя успев подумать о том, как смешно это будет выглядеть со стороны, осторожно приоткрыл левый глаз. Серебристое облако будто охватило меня со всех сторон. То ли оно проникало в меня, то ли я сам растворялся в нем; постепенно я утрачивал связь с реальностью и все глубже проваливался в разверстую пасть наноскопа. Не скажу, что
Внезапно обволакивающая меня дымка рассеялась, и я увидел…
— Черт возьми!
Пораженный, я не мог сказать ничего больше.
— Узнаешь? — донесся до меня голос Виктора.
— Гиза.
Ошибиться было невозможно. Три гигантские пирамиды и охраняющий их Сфинкс среди бескрайних песков. Картина оказалась столь реалистичной, что, казалось, протянув руку, я мог коснуться пальцем вершины пирамиды Хеопса.
Я с трудом оторвал взгляд от наноскопа и посмотрел на Витьку.
— Ты снова занялся художественными миниатюрами?
— Нет, — загадочно улыбнулся мой старый друг. — То, что ты видишь, явление иного, более высокого порядка. Это реальность, воссозданная благодаря современным компьютерам и нанотехнологиям.
— Выходит, эти пирамиды ненастоящие?
— А что для тебя реальность? Откуда ты знаешь о том, что существует страна Египет, в которой некогда властителей было принято хоронить в гробницах, спрятанных под чудовищными нагромождениями камней? Из книг? Из учебников истории? Из телепередач?.. Ты ведь ни разу там не был.
— Да, но у меня нет причин усомниться в реальности существования египетских пирамид.
— Почему?
Я задумался.
Если следовать предложенной Витькой казуистической логике, то эдак можно было во многом усомниться. К примеру, с президентом я тоже за руку не здоровался, только по телевизору видел…
Должно быть, на лице моем отразилось то, о чем я подумал, потому что Витёк рассмеялся и замахал руками:
— Нет-нет, дружище. Я не собираюсь заставлять тебя подвергать ревизии собственные представления о реальности. Я всего лишь хочу сказать, что пирамиды, которые ты только что видел, не менее реальны, чем те, о которых тебе кто-то рассказывал. Посмотри сюда.
Он передвинул объектив наноскопа чуть левее и жестом предложил мне воспользоваться им.
Я заглянул в квадратное окошко и сразу же провалился в серебристое марево. На этот раз я знал, чего ожидать, поэтому быстро сориентировался в пространстве и вышел на цель. Туман рассеялся. Передо мной стоял Тадж-Махал. Во всей своей красе.
— Ну, как?
— Впечатляет. Почти как настоящий.
— Лучше! Гораздо лучше!
Я покинул площадь перед величественным и прекрасным мавзолеем и вновь перенесся в Витькину квартиру. Суборов глядел на меня с видом триумфатора.
— Что бы ты еще хотел увидеть?
— А что у тебя есть?
— Здесь, — Витёк указал на внешне ничем не примечательную точку на поверхности стола, — Большой каньон. Здесь — Долина гейзеров. Здесь — Стоунхендж. Чуть левее — висячие сады Семирамиды. Я воссоздал их по сохранившимся описаниям. Дальше — панорама Лондона до великого пожара. Долина Луары. Елисейские поля. Бухарский базар. Ниагарский водопад. За ним — Парфенон и Колизей. Справа от Колизея — Лхаса…
— И все это ты сделал сам?