«Если», 2007 № 02
Шрифт:
Сьюзен даже не представляла, какую трудную задачу задала капитану, пока не увидела его перед входом в аптеку Майера. Уотессунец был облачен в кричаще-яркий костюм, который, помимо того, что плохо сидел на нем, выглядел так, словно его вытащили из мусорного бака. Самым удивительным, впрочем, было то, как Гротон вообще сумел натянуть на себя пиджак и брюки, поскольку, когда Сьюзен видела его в последний раз, ни о какой человеческой одежде не могло быть и речи. Уже шагнув ему навстречу, она с еще большим удивлением заметила, что теперь они почти одного роста; кроме того, у капитана появился почти нормальный
— Вы выглядите… потрясающе! — выпалила она не находя других слов.
— Думаю, Сьюзен, вы несколько преувеличиваете, — отозвался капитан слегка обиженным тоном.
— Нет, что вы, нисколько… Надеюсь, вы чувствуете себя лучше?
— О да, благодарю.
— Я рада. Вот только ваша одежда…
— Что, не подходящая? — с беспокойством спросил он.
Сьюзен огляделась. Вокруг было полно людей, одетых в соответствии с неряшливой американской летней модой: мужчин в растянутых футболках и сандалиях на босу ногу и женщин, чьи пышные формы рвались на свободу из натянутых до предела эластичных топиков.
— Нет, — сказала она. — В принципе, вы прекрасно вписываетесь в общую картину, но… В общем, если бы вы не занимали столь важный пост… — не договорив, Сьюзен схватила капитана за руку и потащила за собой в аптеку. Там она остановилась перед стойкой с глянцевыми журналами. Выбрав свежий номер «Джи-Кью», она сунула его уотессунцу.
— Посмотрите сами, — предложила она. — Вот что носят люди, занимающие высокое положение в обществе.
Она схватила еще какие-то журналы и, быстро пролистав их, нашла несколько стильных костюмов «сафари», популярных в этом сезоне на мысе Код.
— Думаю, это прекрасно вам подойдет, — проговорила она. — Скромненько, но элегантно и со вкусом. Подобный костюм вы можете смело носить в такие дни, как сегодня, не боясь уронить свой авторитет в глазах окружающих.
Капитан Гротон изучал журналы так сосредоточенно, что Сьюзен невольно вспомнила о Томе, который никогда не относился к ее рекомендациям с должной серьезностью.
— Спасибо, Сьюзен, вы дали мне очень ценный совет, — сказал Гротон. — Я обязательно приму его к сведению.
Они уже шли к прилавку, чтобы заплатить за журналы, когда капитан вдруг резко остановился. Один из отделов буквально поразил его, но Сьюзен не сразу поняла — почему.
— Для чего нужны все эти товары? — проговорил он наконец.
— Это средства личной гигиены, — пояснила Сьюзен. — Вот это паста для чистки зубов. Мы чистим зубы два раза в день, чтобы устранить неприятный запах изо рта и чтобы эмаль оставалась белой. А это специальная пена для бритья. Наши мужчины каждый день бреют лицо, иначе у них отрастают бороды.
— Вы хотите сказать — у ваших мужчин растут волосы на лице? — потрясенно переспросил капитан Гротон.
— Да, конечно. И тот, кто не хочет отращивать бороду, вынужден ее сбривать.
— А это для чего? — спросил уотессунец, показывая на упаковки дезодорантов.
— Это специальные ароматные жидкости для подмышек. Они тоже устраняют неприятные запахи, только пользоваться ими надо регулярно.
— Получается, — негромко заметил Гротон, — что человек постоянно воюет с собственным телом.
Сьюзен рассмеялась.
— Да, наверное, со стороны это действительно выглядит именно так.
Потом она посмотрела на стеллажи
За прилавком в тот день стояла Бет Майер, и Сьюзен представила ее капитану Гротону. Не в силах спрятать свою враждебность, та тем не менее сказала:
— Надеюсь, сегодня вы узнаете о нас что-нибудь новенькое.
— Ваш магазин уже кое-чему меня научил, миссис Майер, — вежливо ответил капитан. — Признаться, я поражен изобретательностью, которую проявляют люди, заботясь о личной гигиене. Возможно, я как-нибудь еще зайду к вам.
— Пока мы открыты, мы рады каждому покупателю, — сказала Бет.
Когда капитан и Сьюзен снова вышли на улицу, подготовка к параду уже заканчивалась. Судя по некоторым признакам, жители Оканогган-Лип все же решили превратить праздничное шествие в спонтанную демонстрацию протеста. Кое-кто из зрителей держал в руках плакаты соответствующего содержания, а один предприимчивый горожанин установил на тротуаре переносную палатку с аттракционом, носившим красноречивое название «Убей овощ!». За несколько долларов желающие могли самым изуверским способом расправиться с печеной картофелиной или брюквой. Наибольшей популярностью пользовалось «убийство» овощей с помощью петард — об этом свидетельствовала задняя стенка палатки, к которой прилипли раздробленная картофельная мякоть и клочья кожуры. Рядом репортер окружной телевизионной станции расспрашивал владельца палатки о его бизнесе. Слово «уотессунец» ни разу не было произнесено, однако намек был слишком прозрачным, чтобы его не понять.
Капитан Гротон, во всяком случае, понял. Заметив его взгляд, устремленный в сторону палатки, Сьюзен негромко сказала:
— Это, конечно, грубо и глупо, но пусть лучше люди проделывают это в шутку, чем всерьез.
— Вы, вероятно, правы… — проговорил капитан несколько напряженно.
Именно в этот момент внезапно ожило радио, спрятанное где-то под одеждой капитана. До этого момента Сьюзен и не подозревала, что ее спутник носит с собой коммуникатор или рацию.
— Прошу прощения, — извинился капитан и, поднеся к губам маленькую черную коробочку, сказал в нее несколько слово на своем языке. О чем шла речь, Сьюзен, разумеется, не поняла, однако она не могла не отметить, что голос Гротона звучал совершенно спокойно и профессионально.
Когда капитан закончил, она спросила:
— Вы, наверное, спрятали поблизости целый отряд, готовый вмешаться, если что-то пойдет не так. Я угадала?
Несколько секунд Гротон рассматривал ее, словно прикидывая, солгать или нет, потом кивнул:
— С нашей стороны было бы глупо не принять мер предосторожности.
А Сьюзен невольно подумала, что сейчас ее спутник выполняет роль разведчика, который, пользуясь дружеским расположением аборигенки, пытается выяснить, не пора ли применить против ее земляков военную силу. В первое мгновение она почувствовала приступ острого негодования, на смену которому быстро пришло облегчение, оттого что Гротон не послал вместо себя какого-нибудь нервного коллегу, способного поддаться на провокацию с картофелем.