«Если», 2007 № 02
Шрифт:
Том приподнялся на локте и серьезно посмотрел на жену.
— Боже мой, похоже, эта брюква действительно разоткровенничалась, стоило ей только остаться с тобой наедине!
— Я просто сложила два и два, Том. Единственное, чего я пока не знаю, что мы выиграем, если завоюем его симпатию. В конце концов, он военный и подчиняется приказам.
— Ты не права. Даже один друг среди этих ходячих корнеплодов — уже прогресс. Я, во всяком случае, не стану тебе мешать. Делай, что считаешь нужным, Сью.
— Это приказ, господин мэр?
— Что-то вроде, моя
Придвинувшись ближе к мужу, Сьюзен положила голову ему на плечо. Когда Том был рядом, самые сложные проблемы казались ей пустяками.
В следующие несколько недель капитана Гротона почти не было видно. Информация, инструкции и распоряжения по-прежнему поступали в мэрию из его штаба, но сам капитан не звонил и не появлялся. Нездоров — такова была официальная версия. Узнав об этом, Сьюзен в тот же день позвонила в штаб уотессунцев, боясь, что причиной заболевания могла стать непривычная пища, которой она угощала капитана. К ее удивлению, уотессунец сам подошел к телефону.
— Не беспокоитесь, Сьюзен, — сказал он, когда она объяснила, зачем звонит. — Ваша еда не может мне повредить.
— Я вам не верю, — заявила она. — Насколько я успела заметить, вы склонны к чрезмерному стоицизму и будете упорствовать, пока вас не свалит токсический шок.
— Уверяю вас, со мной все в порядке.
— Но я медицинская сестра, капитан, — не отступала Сьюзен. — И если вы больны, значит, моя прямая обязанность позаботиться о вас.
Последовала интригующая пауза, потом капитан сказал:
— Боюсь, это чисто уотессунская болезнь. Вряд ли она вам знакома.
Его признание, однако, заставило Сьюзен забеспокоиться еще сильнее.
— Это… очень серьезно? — спросила она.
— Она не смертельна, если вы это имели в виду.
— И все-таки мне бы хотелось увидеться с вами.
— Я весьма признателен за вашу заботу, но помощь мне не нужна.
Этим ей и пришлось удовлетвориться.
В конце концов Том встретился с капитаном раньше нее. Это произошло на собрании, где представитель уотессунцев не мог не присутствовать — члены городского совета должны были отчитаться перед оккупационными властями, как идет подготовка к эвакуации.
— Насколько я понял, у него что-то вроде артрита, — ответил Том на вопрос Сьюзен. — Он ходит с палочкой и раздражается по любому поводу.
Но Сьюзен никогда не доверяла мужской способности замечать подробности и потому позвонила Эллис Бруди, тоже присутствовавшей на собрании. Эллис, казалось, была только рада поделиться с кем-то своими наблюдениями.
— Капитан, безусловно, нездоров, во всяком случае он чувствует себя явно не лучшим образом, — сказала она. — Но самое странное не это…
Сьюзен насторожилась.
— Знаешь, он выглядит намного выше, чем в прошлый раз. Такое впечатление, будто наш капитан вырос сразу на несколько дюймов! Да и телосложение у него теперь совсем другое. Он больше не напоминает бочонок с ножками, если ты понимаешь,
— Как ты думаешь, что с ним творится?
— Будь я проклята, если знаю!
Именно после этого разговора Сьюзен пришла в голову мысль пригласить капитана Гротона на празднование Четвертого июля{2}. Правда, сама идея праздника вызывала некоторые сомнения, — в сложившихся обстоятельствах было, пожалуй, не до веселья, — однако после долгих размышлений городской совет все же решил не отступать от традиций в надежде, что праздничная суета сможет немного поднять настроение жителей. Кроме того, уотессунцы не особенно задумывались о том, что День независимости имел — хотя бы чисто номинально — политическую подоплеку. Они считали его чем-то вроде красочного летнего фестиваля, поэтому единственное возражение с их стороны касалось возможных беспорядков. Однако и оно было снято, как только городские власти пообещали запретить в этот день продажу алкогольных напитков.
Главным событием Четвертого июля в Оканогган-Лип всегда было карнавальное шествие. Оно являлось своего рода местной достопримечательностью, поэтому участники процессии начинали готовиться к ней как минимум за три часа до начала церемонии. По сложившейся традиции шествие открывал взвод пожарных, которые показывали строевые артикулы с бензопилами; за ними следовали открытый кадиллак с Молочной Принцессой и грузовик, в кузове которого размещался джаз-банд. Украшенные лентами и цветами погрузчики и экскаваторы должны были заменить в этом году обычные колесные платформы — жителям Висконсина всегда была свойственна самоирония, которую они превратили почти в искусство.
Том тоже участвовал в карнавале. Как главному должностному лицу города, ему предстояло замыкать колонну в стареньком «форде-Т» с клоунским цилиндром на голове, поэтому Сьюзен позвонила уотессунскому командиру и спросила, не согласится ли он составить ей компанию на сегодня.
— Вы увидите настоящую Америку, Какой она была до вас, — пообещала она. — Это весьма любопытно.
— Так-то оно так, — заколебался капитан Гротон, — но мне не хотелось бы лишний раз раздражать жителей. Боюсь, мое присутствие на празднике может не понравиться некоторым вашим согражданам.
— Если бы вы стояли на трибуне или ехали на одной из колесных платформ, тогда — да, это никому бы не понравилось. Но если вы смешаетесь с толпой и будете веселиться и пить лимонад, как все, на вас вряд ли станут обращать внимание. Напротив, я уверена, что многие сумеют по достоинству оценить этот жест доброй воли. Ну а если не сумеют, я с ними справлюсь… Ну как, договорились?
В конце концов капитан согласился, и Сьюзен назначила место и время встречи.
— Только не надевайте форму, — попросила она напоследок.