Еще один мальчик
Шрифт:
Четверка друзей сжимала вокруг него кольцо в середине коридора. Круг постепенно сужался.
— Привет, Паинька. Скучал без нас?
— Скучал страшно, — ответил Бобби. — Я вас ждал.
— Дождался.
— Это здорово, — тепло отозвался Бобби. — Даже замечательно. Только я обязан вас предупредить, в последний раз: может, передумаете? Всё-таки не по–гриффиндорски, вчетвером на одного… Нечестно.
— Зато заслуженно, — сказал Олливандер.
— Не проси, Паинька, бесполезно, — пискнул Тайгер.
— Я вас предупреждал.
— Как страшно.
—
Компания повиновалась.
— Еще ближе… Отлично. Так, теперь посчитаем. Один, два… Надо же, четверо. Что так мало? В следующий раз всемером приходите.
Тайгер засмеялся.
— Как скажешь, Грейнджер. Последнее слово обвиняемого всегда священно.
— Последнее слово? — переспросил Бобби. — Это благодарность. С вами приято иметь дело. Вы такие послушные, предсказуемые. Просто идеальные клиенты.
— Что он имеет в виду?
— Фред, только не слушай его, — сказал Олливандер. — Не видишь, он зубы заговаривает?
— Я заговариваю? Помилуй, Олливандер! Я готов драться хоть сейчас! — обиженно ответил Бобби.
— Тогда без разговоров — начнем?
— Все четверо, сразу. И лучше одновременно, — посоветовал Бобби.
— Думаешь, ты крутой?
— Я один против четверых, — сказал Бобби. — По справедливости, я имею право выбора.
— Выбора одного из нас?
— Выбора, как мне с вами сражаться.
— Мне это не нравится, — сказал Буллер.
— Мне тоже. Раз он сам сказал, у него что-то на уме. Надо сделать всё наоборот.
Бобби слегка поклонился.
— Обожаю, когда гриффиндорцы демонстрируют правила чести и справедливости. Особенно, чтобы скрыть, что четверо боятся одного.
— Фред, а что будет? — спросил Тайгер. — Нас четверо.
— Так нечестно, — сказал Фред.
— Он сам напросился.
— Паинька, ты что-то задумал? Зачем тебе нужно, чтобы все сразу?
— А что мне вам ответить? Я не знаю, что будет. Лучше у Трелони спросите, это она у вас ясновидящая.
— Паинька, ты сам напросился! — рявкнул Олливандер.
— Давайте синхронно, на счет три, — сказал Бобби. — Все подняли палочки… Раз… Два…
Буллер не шелохнулся; Фред Уизли, Олливандер и Тайгер подняли палочки.
— Левикорпус!
— Импедимента!
— Фурункулюс!
— Наложись! [1]
«Наложись», — крикнул Бобби. И произошла невиданная вещь: из его палочки вылетел ярко–синий разряд, который прошел сквозь три орудия противников. Синяя молния соединила палочки друг с другом. Бобби продолжал удерживать свою в руках. Он оглядывался вокруг с научным интересом.
1
лат. super-inge! (super-ingete!) — форма любезно предложена Natt
А ведь из трех других палочек вылетели собственные разряды! Все они не дошли до адресата —
Коридор светился от вибрирующего в середине магического поля. Палочки нагрелись и пошли искрами. К счастью, дуэлянты успели их выронить.
Только Бобби держал свою.
Поле из четырех магических разрядов текло вокруг него, раскаляясь и набирая силу. Наконец оно мигнуло, пошло ввысь и ударило в потолок — и произошел взрыв.
Поле устремилось ввысь сквозь дыру в потолке, исчезая с глаз зрителей в голубой дали.
Дети, лежавшие на полу коридора, начали шевелиться; Бобби встал первым и изящно отряхнул мантию от пыли и известки.
— Грейнджер, что это было? — хриплым голосом спросил Уизли.
Бобби задумчиво рассмотрел дыру в потолке и вынес вердикт:
— Так не годится… Репаро максима!
Обломки и пыль закрутило в вихре, неудержимо влекущем их к потолку. Перекрытие самовосстанавливалось на глазах.
— Грейнджер, что это…
— Эксперимент, — невинно объяснил Бобби. — Я же вас предупреждал. Удачно вышло, всем спасибо за участие.
Коридор постепенно наполнялся людьми. Разъяренная Витч шла впереди всех.
— Что здесь происходит?!
— Здравствуйте, профессор. Всё в порядке, — вежливо сказал Бобби. — Мы тут пробовали одно заклинание…
— Как Вы думаете, мистер Грейнджер, сколько раз я слышала объяснение типа «Мы пробовали одно заклинание»? — спросила Витч.
— Простите, профессор… я не знаю…
— Это был риторический вопрос, Грейнджер. Мистер Уизли, что тут произошло?
Уизли честно рассказал. В конце концов, Витч была его деканом.
— Что ж… Уизли, Олливандер, Буллер, Тайгер… жду вас после обеда в своем кабинете. Еще раз используете «Левикорпус», Тайгер, и можете попрощаться со школой. Я не потерплю Темных заклинаний на своем факультете. Между прочим, это ко всем относится! А Вы, Грейнджер… Вы меня удивили. Не ожидала от Вас таких подвигов, с Вашим-то примерным поведением! Вы чуть не взорвали коридор. Минус пятьдесят баллов Слизерину и неделя отработок. Вечером после сегодняшней отработки жду Вас в моем кабинете на персональный разговор.
Дверь за Витч захлопнулась.
— За всё хорошее в этой жизни надо платить, — философски сказал Бобби.
— «Минус пятьдесят баллов Слизерину»! — передразнил Тайгер. — «И неделя отработок»!
— Мне только одно непонятно: как вы, четверо дебилов, решили, что сможете справиться со мной? — спросил Бобби.
Около девяти Бобби, занятого отработкой, навестил декан Слагхорн. Со скорбным лицом он отконвоировал студента в кабинет Витч.
В кабинете сидела целая комиссия. Витч, профессор Заклинаний Мишель Лемерсье, профессор Защиты от Темных сил Поттер и примкнувший к ним его собственный декан Слагхорн. Для полного счастья не хватало только директора. Но раз ее не хватало, значит, дело зашло не так далеко.