Еще один мальчик
Шрифт:
На той же неделе Гарри убедился, что цветы зрелой шипоглазки можно собирать в чаще Леса исключительно по полнолуниям!
Гарри часто потом снилась в кошмарах эта картина: как светила полная луна, издали раздавался леденящий кровь вой оборотней, а они с Бобби стояли на опушке леса и спорили о методах сбора зрелой шипоглазки.
Тогда терпение Гарри лопнуло.
Гарри твердо заявил, что в бумаге Слагхорна ни слова не сказано о сборе трав в ночном лесу, снял со Слизерина десять баллов и
отправил Бобби спать, а разрешение
До конца учебного года остается два месяца, и можно попытаться их спокойно проспать!
Увы, Гарри не знал, с кем связался.
Два ночи спустя упорный Бобби шел по Запретному лесу за ягодами луноцвета.
Он любовался красотой ночного леса и думал, водятся ли здесь нимфы? В книгах утверждалось, что это возможно, но труднодоказуемо. За нимфами тяжело наблюдать. Любого приблизившегося к ним нимфы превращают в оленя.
Бобби уловил шорох… В ночной дымке кто-то к нему приближался.
Он всмотрелся и увидел прекрасную нимфу…
Простите, обознались. Он увидел злого, невыспавшегося, со съехавшими очками Гарри Поттера.
В этот момент Бобби как никогда понимал застенчивых нимф, которые превращали нежеланных визитеров в оленей. А Гарри, долгие годы мечтавший стать оленем, как его папа Джеймс Поттер, не знал, как близка была его мечта к тому, чтобы сбыться.
— Что Вы делаете ночью в Лесу?
— Собираю составляющие для зелий, сэр, — спокойно ответил Грейнджер.
— Вы знаете, что это запрещено?
— Простите, это совсем не запрещено, сэр, — вежливо отвечал Бобби. — Лаборанты профессора зельеварения со времени основания Хогвартса собирали здесь ингредиенты. Никто никогда не возражал.
— Почему нельзя купить их в аптеке?
— Сэр, они же имеют совсем другой эффект — вещества, собранные своими руками. Мы стараемся создать для нашей лаборатории всё лучшее.
— И всё же, Вы не ответили! Что Вы делаете в неурочный час в Лесу, когда я категорически Вам запретил…
— Сэр, а у меня есть разрешение, — улыбаясь во весь рот, заявил Грейнджер. — Прочтите.
«Настоящим я, профессор Г. Слагхорн, разрешаю студенту I курса Слизерина Р. Грейнджеру проводить экспедиции по сбору лекарственных растений в Запретном лесу в ночное время…»
— Я конфискую у Вас данное разрешение, — сказал Гарри. — Временно. Я сам поговорю с профессором Слагхорном. А сейчас, Грейнджер, следуйте за мной.
Бобби шел за профессором Поттером и мечтал, что профессор споткнется о корягу, упадет и утонет в болоте. Гарри вел его, стиснув зубы, и представлял, как бы хорошо Бобби наступить на черную мамбу…
Вы думаете, на этом кончилось? Как вы ошиблись!
Неделей спустя…
— Гарри! Ты ложишься спать?
Гарри автоматически посмотрел на Карту Мародеров. Точка «Роберт Грейнджер» — Запретный лес.
— О нет…
Рядом была разъяренная Джинни — и приказ министра. Гарри со вздохом
— Ты куда? — грозно спросила Джинни.
— Дорогая, не начинай…
— Зачем ты это делаешь?
Гарри подумал.
— Он мой ученик. Ему грозит опасность.
— Он не твой ученик, а Слагхорна. Пока что Слагхорн — декан Слизерина. Это Слагхорн за него отвечает. Вот пусть и бегает за ним по ночам.
— Джинни, ты же знаешь: Слагхорн ни за кем бегать не будет. Слахгорну …плевать на своих учеников, он отвечает только за себя.
— А ты, сердобольный, взвалил на себя его заботы, — ссорилась Джинни. — Как всегда. Попросил бы тогда и его зарплату!
— Джинни, пока мы разговариваем, Грейнджеру может грозить опасность…
— Замечательно. Отбей Патронуса директору и ложись спать.
— Я знаю, он тебе не нравится, — сказал Гарри. — Но он — сын Гермионы Грейнджер. Единственный. Сирота.
— Если он сын Гермионы Грейнджер, пусть Гермиона Грейнджер за ним и бегает, — мудро ответила Джинни. — Напиши Гермионе, что ее сокровищное чудовище… бр–р-р, уже заговариваться стала к часу ночи… чудовищное сокровище вытворяет, и пусть вправляет ему мозги.
Гарри молча оделся, буркнул «Спокойной ночи» и вышел.
Он держал путь к Запретному лесу, нес в кармане Карту Мародеров и поглядывал на нее. Точка «Роберт Грейнджер» неторопливо бродила по болотам. Гарри, судя по Карте, подошел совсем близко. Он спрятал Карту и вышел на просеку. Там должен был быть Бобби. Бобби не было.
Гарри сверился с Картой — Бобби успел недалеко зайти. Гарри посетил новую просеку — с прежним результатом.
Это было странно, мальчишка постоянно терся рядом. Они должны были столкнуться.
На четвертом заходе Гарри озарило, что чертов мальчишка от него прячется. Заметил его и дразнит. На часах час ночи…
Гарри ослепила ярость.
— Выходите, Грейнджер! Игра окончена.
Из-за большой сосны слева немедленно высунулся длинный нос.
— А, это Вы, сэр? Добрый вечер.
— А кто, Вы думали?! Вы меня давно заметили, не отпирайтесь!
— Я не подумал, что это Вы. Я думал, какой-то человек следит за мной, и спрятался. Простите, сэр.
Бобби явил народу из-за дерева свой светлый лик. Оба знали, что Бобби врет, но доказать это было невозможно.
— Теперь Вы убедились, что это я? Выходите и возвращаемся в замок.
— Так точно, сэр.
Грейнджер вышел — полы мантии, носки и ботинки в тине, руки — черти в чем, в пальцах пакет с набитыми травой мензурками. Мантия, урожденная черной, приобрела неопределенно серый в пятнах цвет. «Серый в яблоках». Ненавижу этого кошмарного мальчишку, подумал Гарри, но он сын Гермионы Грейнджер. Моего лучшего друга Гермионы Грейнджер. Я должен всегда его защищать.