Эртан
Шрифт:
— И, Юлия, я настоятельно рекомендую вам воздержаться от самостоятельных экспериментов с Лучом Воздуха. Равно как и с другими Лучами, если они попадут к вам в руки. Последствия могут оказаться фатальными — ваше тело совершенно не приспособлено для управления потоками Силы.
— На этот счет можете не волноваться, Архимагистр. Подобная демонстрация, — я потрясла рукой, которая все еще неприятно саднила, — надолго отбивает охоту к экспериментам.
— Я восхищен вашим педагогическим талантом, магистр, — усмехнулся Вереск.
Дверь бесшумно отворилась, и в приемную вошел лорд Дагерати.
— Добрый день, Архимагистр. Юлия, могу я полюбопытствовать, что вы так поспешно
— Здравствуйте, Витторио. С вашего позволения, я вернул Луч Воздуха законной владелице, — ответил за меня магистр Астэри. — Надеюсь, вы не возражаете?
— Можно подумать, от моих возражений что-то изменится, — проворчал герцог, отпирая дверь кабинета. — Васкер, найдите белль Риолли, скажите, чтобы он сию же секунду принес мне кофе, протоколы допросов по Карлисскому делу и подшивку отчетов вельмарских полевых агентов за последние десять дней. Если вам потребуется больше десяти минут, чтобы отыскать этого паршивца, сообщите ему, что он уволен и может подойти к казначею за расчетом. Потом можете быть свободны до шести вечера.
— Да, милорд.
Исполнительный Васкер, не заставляя себя долго упрашивать, скрылся за дверью, а мы гуськом проследовали в кабинет.
— Совсем обнаглели, стервецы, — пожаловался Дагерати, падая в кресло за столом. — Мне больше делать нечего, кроме как кофе готовить и за отчетами ходить. Один Васкер еще чего-то стоит, да и то потому что всего лишь сержант, — герцог достал из ящика плоскую флягу, отвинтил крышку, сделал большой глоток и продолжил, — А Ригерт меня еще спрашивает, почему я не пытаюсь завербовать белль Канто. Если у меня еще и белль Канто в штате будет, я даже до позорной отставки не доживу!
— Вы просто устали, Витторио, — мягко заметил магистр. — Хотите я вам сотворю кофе?
— Замечательно. Верховный маг королевства будет мне делать кофе. Зачем я тогда держу секретаря? — пробурчал Дагерати. — Хочу, конечно. Черный, крепкий, без сахара. Кружка на сейфе.
Архимагистр деловито взял с сейфа кружку, взболтал содержимое, ополаскивая стенки (у меня сложилось впечатление, что кружка была пуста, а содержимое он наколдовал по ходу дела), выплеснул вверх. Мутноватная жидкость испарилась, не долетев до потолка. Магистр поставил кружку на стол и провел над ней рукой. Замер на мгновение, словно прислушиваясь к чему-то, еще раз провел рукой и подвинул кружку герцогу. По кабинету поплыл восхитительный запах свежесваренного кофе. Я незаметно сглотнула голодную слюну. Вереск тоже рефлекторно дернул кадыком, но по другой причине — сдерживая рвотные порывы. Я с любопытством покосилась на магистра, но он оставался совершенно спокоен — не похоже, чтобы его тошнило от запаха кофе.
После первого же глотка лицо лорда Дагерати просветлело.
— Спасибо, магистр. Ваш кофе, как всегда, превосходен. Лучше натурального.
Он сделал еще пару маленьких глотков и удовлетворенно заключил:
— Ну вот, теперь можно приступить к делу. Кстати, присаживайтесь. А то выстроились, как на плацу, так и хочется скомандовать: «Бегом марш!»
Мы послушно расселись кто куда (кроме Архимагистра, который так и остался стоять у стола, скрестив руки на груди).
— Вот что, орлы, — герцог обвел нас взглядом, — отпустить я вас не могу. Уж не обессудьте. Обвинение в похищении принцессы я с вас, конечно, сниму. Там дело очевидное, виновные уже пойманы и ожидают наказания — за исключением нескольких мелких сошек, но это только вопрос времени. Однако вы и без этого обвинения настолько подозрительные личности, что я просто не могу позволить вам свободно разгуливать по территории, за безопасность которой отвечаю, прежде, чем выясню
Тебя, белль Канто, я, к сожалению, привязать не могу. Но все же настоятельно не рекомендую маячить в городе. Мой человек, приставленный к дому доктора Литовцева, заметил тебя сегодня утром в окне второго этажа. А это значит, что заметить мог не только он. Последнее время агентурная сеть Корпорации необычно напряжена, и не надо быть гением, чтобы понять, что за муха должна в нее попасться.
— А если я вдруг позволю себе излишние вольности, вы мне быстро напомните, что жизнь моих друзей в ваших руках, — горько усмехнулся Женька. — Не волнуйтесь, ваша светлость, я все понял. Я буду вести себя прилично.
Герцог едва заметно поморщился, но не спешил опровергать Женину догадку и снимать с себя подозрения в недостойном поведении.
— Если вопросов нет, то все свободны до вечера. Магистр Астэри проводит вас в ваши покои.
По лицам товарищей я поняла, что вопросов у них — вагон и маленькая тележка, но задавать их лорду Дагерати никто не жаждет.
— Возьмите меня за руку, — распорядился Архимагистр. — В гостевое крыло пойдем телепортом.
За мгновение до перемещения я успела заметить, что камень в перстне магистра ярко вспыхнул. Все правильно, сообразила я, магистр Астэри — не «воздушник», значит, для телепортации ему необходим амулет.
Секунда легкого головокружения — и вот мы уже в новом месте. Судя по обстановке — в гостиной.
— Это Большая, или Открытая, гостиная, — подтвердил мою догадку Архимагистр. — Есть еще Малая гостиная, она используется в тех случаях, когда гостям требуется побеседовать в приватной обстановке. Если будете перемещаться в гостевые покои самостоятельно — это в первую очередь касается вас, господин белль Канто, — вы, разумеется, попадете не сюда, а в телепортационную. Она находится в конце коридора. Распорядитель гостевых покоев вам расскажет подробнее. Идемте, я покажу ваши комнаты.
Следуя за эльфом, я поняла, почему гостиная называется Открытая: одна из стен комнаты отсутствовала, так что любой, кто проходил по коридору, мог наблюдать, что делается в гостиной.
По правой стене уходила в даль галерея картин — в основном портретов, хотя я заметила пару пейзажей и даже одно исполинских размеров батальное полотно. По левой стене через неравномерные промежутки шли двери гостевых покоев. Над каждой дверью горел небольшой светильник.
Эльф остановился напротив портрета тощего желчного мужика в парадном мундире, увешанном орденами и медалями, — вероятно, какого-нибудь прославленного военачальника.
— Господин белль Канто, Кристоф, это ваши апартаменты. Юлия, ваша дверь — следующая по коридору. Я пришлю к вам распорядителя гостевых покоев, он выдаст ключи и разъяснит некоторые особенности внутреннего распорядка. Кстати, по поводу обеда тоже можно обращаться к нему. Я зайду вечером. Я хотел бы поговорить со всеми вами, но особенно — с вами, Юлия. А сейчас, с вашего позволения, я вас оставлю.
— Вечер обещает быть насыщенным, — хмыкнул Женька, когда Архимагистр исчез.
Он толкнула дверь в комнату, и я автоматически двинулась за ним. На языке вертелся десяток вопросов, на которые мне не терпелось услышать ответы. Но Вереск как бы невзначай загородил дверной проем и поинтересовался: