Эртан
Шрифт:
— А с какой стати тебе пришло в голову выдавать меня за твою сводную сестру?
— Это не я, это Вереск придумал. Но легенда действительно вполне убедительная. Старик белль Канто и в шестьдесят-то был не дурак потискать симпатичную попку, а уж четверть века назад он вообще норовил затащить в постель все, что шевелится и носит юбку. Беженка из Кэр-Аннона отлично вписалась бы в его коллекцию. А у тебя внешность подходящая. К тому же про Кэр-Аннон можно врать относительно безопасно, это закрытая страна, про нее никто ничего толком не знает.
— Никто, включая меня, к своему стыду вынужден
Я от неожиданности подпрыгнула на стуле.
— Ваша светлость, почему мы всегда подкрадываетесь так неожиданно? — спросил Женька с легкой укоризной.
— Работа у меня такая, белль Канто, — усмехнулся герцог. — Не волнуйся, я слышал только твой последний пассаж насчет легенды. К сожалению, наш верховный маг весьма щепетилен в вопросах гостеприимства и не позволяет подслушивать разговоры гостей магическими методами.
— Вы по делу или так? — поинтересовался Женя. — Присаживайтесь. Можем предложить теплые булочки и остывший кофе.
— Я, собственно, на секунду заскочил. Убедиться, что вы все на месте и предупредить тебя персонально, чтобы ты никуда не улизнул. Мы вчера не закончили один любопытный разговор.
У меня вырвался мученический стон:
— Милорд Дагерати, а может, я признаюсь вам в каком-нибудь ужасном преступлении против государства, и вы меня по-быстрому казните?
Герцог посмотрел на меня с недоуменным любопытством и некоторой опаской, как на неизвестное науке насекомое.
— Она у вас всегда такая?
— Практически всегда. У Юлии весьма своеобразное чувство юмора, — со скрытой издевкой подтвердил Вереск.
— У некоторых его и вовсе нет, — огрызнулась я.
— А, я понял, — обрадовался Дагерати. — Вы хотите сказать, что вчерашняя беседа вас несколько утомила? Не волнуйтесь, сегодня у меня в планах пообщаться с вашими друзьями. А вас, насколько я знаю, магистр Астэри ждет в своей лаборатории. Кстати, — герцог тонко улыбнулся, — насчет палача я не забыл.
— Палача?!! — хором воскликнули парни, когда Дагерати исчез в телепорте.
Я невинно хлопнула ресницами:
— Вы случайно не в курсе, как у его светлости с чувством юмора?
Магистр Астэри, разумеется, первым делом пожелал услышать историю моих злоключений из первых уст. Но, в отличие от главы Канцелярии, его интересовали не только (и не столько) факты, сколько мои чувства, ощущения и догадки. Поначалу я ужасно стеснялась: несмотря на некоторую импульсивность, я вовсе не склонна вываливать содержимое своего богатого внутреннего мира на всеобщее обозрение. Но магистр задавал правильные вопросы, деликатно вставлял подбадривающие замечания, и в конце концов я почувствовала себя совершенно свободно — вероятно, такую откровенность я могла бы себе позволить на приеме у психоаналитика, если бы он у меня был.
Когда рассказ подошел к концу и наводящие вопросы были исчерпаны, я обреченно поинтересовалась:
— Скажите, магистр, вы тоже, как и Вереск, считаете, что мои поступки говорят о ярко выраженной степени идиотизма?
Эльф негромко мелодично рассмеялся.
— Юлия, мне почти три тысячи лет. Около восьмисот из них я провел в тесном контакте
Я хотела съерничать, что когда он обещает меня убить, я ничуть не сомневаюсь в его искренности, но вспомнила исполненный страсти взгляд, обращенный к незнакомке, и промолчала. Интересно все же, что скрывается за льдисто-серой сталью зрачков?
— Скажите, магистр, а…
— Юлия, прошу прощения, что перебиваю, но мы ограничены во времени, а нам надо еще провести несколько важных экспериментов. Обещаю ответить на все ваши вопросы, но позже. Договорились?
Я кивнула.
— Вот и прекрасно. Тогда, если вас не затруднит, встаньте вот сюда…
Вторая часть исследования показалась мне куда увлекательнее первой — возможно, потому, что магистр обозначил ее словом «эксперимент», которое со школьной поры оказывает на меня волшебное действие. (Давно замечено: предложите мне поучаствовать в авантюре — я лишь покручу пальцем у виска, но назовите то же мероприятие «научным экспериментом» — и мое согласие у вас в кармане.)
Впрочем, сказать, что я поняла хотя бы десятую долю этих экспериментов, было бы чересчур самонадеянно. Я еще худо-бедно могла себе представить, зачем магистру понадобилась пробирка моей крови, локон волос и крошечная полоска кожи (биологические образцы — они и в Эртане биологические образцы), но о цели и смысле остальных опытов у меня не было ни одного разумного предположения. Мне пришлось дышать в какие-то трубочки, разглядывать картинки, пробовать на вкус и запах жидкости, поочередно держать в руках различные предметы непонятного назначения и происхождения… Через три часа, несмотря на увлекательность действа, я валилась с ног от усталости. Причем в прямом смысле: в разгар эксперимента с Лучом Воздуха я самым банальным образом хлопнулась в обморок.
Очнулась на кушетке в маленькой комнатке за лабораторией. Усталости не было — напротив, состояние было такое бодрое, что хотелось немедленно вскочить и закружиться в танце. Сдержалась я только потому, что на моих висках лежали прохладные пальцы магистра Астэри.
— Прошу прощения, Юлия, — спокойно сказал магистр. — Я переоценил резервы вашего организма. Вам еще рано работать с Лучами Стихий даже с моей поддержкой. На сегодня с экспериментами закончим.
— Но я себя превосходно чувствую!
— Это ненадолго. Я слегка ускорил ваш метаболизм и добавил Силы, но, как и всякая навязанная извне Сила, она не задержится в организме. Все, можете вставать. Выпейте вот это.
Я подозрительно принюхалась. Общение с белль Канто приучило меня, что «вот это» обычно оказывается невообразимой гадостью. Но, против ожиданий, содержимое кружки оказалось весьма приятным, как на запах, так и на вкус.
— Когда доберетесь до своей комнаты, обязательно нормально пообедайте. И желательно поспите. Возможно, вечер будет насыщен событиями, и вам потребуются свежие силы.