Эреш. Книга огня
Шрифт:
– Катажина, ты не знаешь меня. А когда узнаешь, поймешь, что тебе нужен совсем не я. – Принц не позволил мне уйти, преградив дорогу. Его левая рука касалась ствола дерева, к которому я прислонялась. Правая скользила по моему плечу.
«Он не верит в то, что говорит. Нужно лишь немного подтолкнуть».
– Так позволь же мне решить самой. – Я положила руку ему на шею, касаясь пальцами волос у него на затылке. – Я не знаю твоего прошлого, не знаю нашего будущего. Я просто хочу быть с тобой. Здесь. Сейчас.
Райденн наклонился ко мне, я ощутила его дыхание на своих губах. Свежее, будто солнечный морозный день. Я прикрыла глаза, наслаждаясь своей победой и предвкушая
– Прости, Катажина, но это не ты, – печально произнес Лунный. Он наблюдал, как на меня надвигалась наполненная лунным светом руна. Я обернулась, чтобы убедиться в своей догадке: такая же сияла на коре за моей спиной.
Я зашипела. Тьма требовала уничтожить обидчика, но мысли мои прояснились. Я больше не хотела навредить Райденну. Впрочем, существу, что завладело моим телом, было плевать на мои желания. Оно больше не играло со мной, не пыталось очаровать, а являло неприкрытую правду: оно здесь, чтобы убить любого, кто станет на пути к заветному древу. Гранат сулил ей перерождение. Мне же – погибель.
Тьма затопила сознание. Я оскалила зубы и зарычала, ощущая, как в глубине души пробуждается энергия. Шептала слова, значение которых не знала, и с ненавистью взирала на принца. Руна таяла. Но прежде, чем я успела договорить, татуировки на руках Лунного наполнились голубым сиянием. Он резко обернулся и швырнул серебристую вспышку прямо в драгоценные алые плоды. Дерево раскололось.
Нечеловеческий крик вырвался из моего горла. Я орала, визжала и бесновалась. Рухнула на колени, не в силах наблюдать за тем, как падали и умирали гранаты, соприкасаясь с белоснежным покровом. Там, где гибли плоды, возникали кровавые лужи. Мгновение – и из ран, что теперь зияли на заснеженной земле, показались сжатые в кулак руки на бледных тонких запястьях. Кулаки разжались. Ужас украл мой голос. С раскрытых ладоней на меня уставились абсолютно черные, полные ненависти глаза.
Прошло несколько секунд, прежде чем я все-таки заорала. Тут же попыталась подняться, чтобы сбежать на спасительную тропу. Окоченевшие пальцы сомкнулись на моих лодыжках и потащили в багряную мертвую топь. Я упала, больно ударившись животом. Серебристые путы сорвались с ладоней Райденна. Попытались вытащить. Тщетно. Веревки лопнули. Бледные пальцы устремились к принцу. Он магией начертил сверкающий круг, не позволяя скверне распространиться за его пределы. Я оказалась в центре.
Все больше рук касались моего тела и тянули, тянули, тянули. Райденн пытался ударять по ним заклинаниями, но едва он уничтожал одну ладонь, как на ее месте возникала следующая. Я отбивалась ногами, извивалась и крутилась, но это лишь смешило вновь пробудившуюся во мне тьму. Тогда я оставила попытки. Замерла, осознав, что главная битва развернулась в моей голове. Сущность и я боролись за контроль. И я должна победить. Не позволю утащить меня под землю. Не умру в этой кровавой яме. Я выживу. Выживу. Выживу. Ради Кева. Ради Дхария. Ради себя самой.
Краем сознания я отметила, что Эмбер, Лис и Вивиан по-прежнему оставались на тропе, но пытались магией помочь Райденну уничтожить ненавистные руки.
– Не сходи с тропы! – раздался крик ведьмы из Пустоши, но Вив не послушала. Пробежала мимо Лунного, рванула прямо ко мне. Жадные пальцы пытались ухватить ведьму за ноги, утащить в свое мертвое царство, но с шипением отпускали, едва коснувшись кожи. Шаг за шагом подруга пробиралась ко мне. Разъяренные собственным бессилием и невозможностью заполучить новую жертву, ледяные силки затягивали меня под землю все быстрее. Я погрузилась в кровавое болото по самую грудь. Тьма давила, вынуждая сдаться. Голова раскалывалась от боли, сознание меркло, но я держалась,
Я твердила эти слова как мантру. Как молитву. Как заклинание. И, кажется, именно это держало меня на поверхности. Именно это подарило бесценные секунды и позволило дождаться Вивиан, которая наконец добралась до меня и накинула мне на шею какую-то цепочку. Мерзкие руки с неохотой разжались.
– Что? Не нравится вам мой амулет с перидотом, а, твари? – зашипела подруга, вытягивая меня из кровавого плена. Я едва стояла на ногах, но все-таки смогла выйти за пределы магического круга. Меня тут же подхватил на руки Райденн. Притянул к себе. Понес на тропу. В безопасность. Зубы стучали. Взгляд уцепился за цепочку с прозрачным пузырьком, в котором сверкали осколки зеленого камня.
– Спасибо, Вивиан.
Подруга кивнула, а принц крепче прижал меня к себе. Я обернулась – с окровавленных ладоней за мной неотрывно следили абсолютно черные глаза. В полных лютой ненависти взглядах я читала неутолимую жажду, которая больше не была моей.
Глава 5
Эмбер
Эмбер шла впереди. Первой шагала по тропе проклятого леса дэйви. Ее спутники, должно быть, полагали, что она возглавляет их немногочисленную колонну, потому что знает, что делать. Горькая ухмылка тронула губы ведьмы. Ухмылка, которую никто не увидит. Собственно, именно в этом и заключалась истинная причина, побудившая претендентку стать негласным лидером. Когда идешь первой, никто не видит твоего лица. Лица, на котором давно не отражались привычные спокойствие и отстраненность. Непробиваемая Эмбер трещала по швам! Чувства, таившиеся где-то глубоко внутри, пробирались на поверхность. Слишком близко. Так близко, что, казалось, любой смог бы их прочитать.
Уязвимость ведьма скрывала за уверенной походкой, короткими приказами и прямой спиной. «Ни при каких обстоятельствах не сходите с тропы!» – Эмбер поморщилась от собственного командного тона. Будто этого кто-то не знал без ее очевидных указаний! Хотя какое ей вообще дело до того, что о ней думают остальные? Но впервые за долгое время дело все-таки было. Она не узнавала саму себя.
Слишком много всего навалилось. Слишком много. Она так и не оправилась от страшной тайны, доверенной ей Тобиршасс. Тайны, которая вынудила бежать из Пустоши, ставшей ей вторым домом. Тайны, тяжким грузом давившей на плечи, не позволяя спокойно смотреть в глаза рыжей девчонке, которой предстояло стать приманкой. Той, кто защитит настоящую Избранную и, если потребуется, умрет вместо нее. Умрет вместо Эмбер. Ведьма с трудом подавила желание впечатать кулак в ствол ближайшего к ней дерева.
Злость. Бессилие. Тошнота. Да, ее тошнило от самой себя. Хотелось замереть. Остановиться у одной из этих мрачных елей и блевать. Блевать до тех пор, пока из нее не выйдет вся гниль, трусость и вранье, что так прочно вошли в ее жизнь. Кем она стала? Кем ей еще предстоит стать? «Эмбер – позор истинных ковенов», – слышался ей далекий высокопарный голос. «Позор, на который вы сами меня обрекли!» – она защищалась, будто голодный израненный волк. Вот только от кого? Она сама была себе палачом и защитником. Невыносимо. Мерзко. Противно. Она забыла, от чего так отчаянно бежала всю свою жизнь. Забыла, сколько вреда приносят размышления. Магия, дисциплина, тренировки, результат – все это броня. Броня, которая позволяла забывать. Не думать. Не чувствовать. Все исчезло. Почвы под ногами больше нет. Есть только ненавистная, сводящая с ума тропа. Тропа в бесконечном дремучем лесу. Из которого нет выхода. Выхода нет.